звезды существенная собственная скорость относительно стяжки. Всего через несколько тысяч лет она удалится на полный световой год – слишком далеко, чтобы дать хоть какую-то энергию. А в любом мыслимом внутреннем источнике энергии кончится топливо или распадутся все радиоактивные элементы задолго до нужной нам даты.
Кейт кивнул.
– Но вы сказали, что используете звёздный свет для питания двигателей ориентации?
– Да. Но на питание маяка любого рода энергии уже не останется. Нам остаётся лишь положиться на то, что у строителей стягивающей сети такие детекторы, что обнаружат наш кубик в любом случае.
– А если нет?
Хек пожал обеими парами плеч.
– Если нет – мы ничего не потеряем, попытавшись.
– Хорошо, – сказал Кейт. – По-моему, всё выглядит довольно неплохо. Это прототип или настоящая капсула времени?
– Мы задумывали её как прототип, но всё получилось идеально, – ответил Азми. – Я думаю, можно отправлять как есть.
Кейт повернулся к Хеку.
– Ваше мнение?
Валдахуд коротко рявкнул:
– Согласен.
– Очень хорошо. Как вы предлагаете его запустить?
– Из двигателей на нём только двигатели ориентации, – ответил Азми. – И просто оставить его здесь тоже нельзя – неподалёку толпятся эти существа из тёмной материи, и они могут притянуть к себе наш куб. Мы, однако, убедились, что эти существа обладают определённой подвижностью, так что разумно будет предположить, что они не будут вечно находиться в этой точке. Я запрограммировал стандартный грузовой модуль так, чтобы он унёс куб подальше отсюда, но примерно через сто лет вернулся и сбросил его примерно в двадцати километрах от стяжки. После этого он будет сохранять фиксированное положение относительно неё с помощью собственных двигателей ориентации.
– Великолепно, – сказал Кейт. – Пусковая установка тоже готова?
Азми кивнул.
– Вы можете запустить его прямо отсюда?
– Конечно.
– Тогда давайте сделаем это.
Все трое вышли из причального ангара и поднялись в кабину управления причаливанием, чьи наклонные окна выходили внутрь ангара. Азми уселся за консоль; по его команде в отсек въехала самоходная платформа с цилиндрическим грузовым модулем. Механические руки пристегнули куб к держателям модуля.
– Разгерметизация отсека, – объявил Азми.
Мерцающие стены силовых полей начали сходиться от пола, потолка и трёх из четырёх стен ангара, вытесняя воздух в выпускные клапаны в задней стене. Когда весь заполняющий отсек воздух был собран в специальных хранилищах, силовые поля отключились и в ангаре воцарился вакуум.
– Открываю внешние ворота, – объявил Азми. Сегменты внешней, изогнутой стены пришли в движение и начали втягиваться в потолок. Стал виден кусочек чёрного неба, но звёзды терялись в блеске внутреннего освещения.
Азми нажал ещё несколько кнопок.
– Активирую системы капсулы времени, – сказал он и щелчком клавиши запустил программу действий эмиттера буксировочного луча, смонтированного на задней стене ангара. Грузовой модуль поднялся над платформой, пролетел над плитами пола, миновал веретено хранящегося в том же ангаре ремонтного скифа и вылетел в открытый космос.
– Запуск систем грузового модуля, – сказал Азми. Торец цилиндра осветился пламенем выхлопа толкателей, и вся конструкция быстро исчезла из виду.
– Вот и всё, – сказал Азми.
– И что теперь? – спросил Кейт.
Азми пожал плечами.
– Пока можно об этом забыть. Оно или сработает, или нет. Вероятнее всего, нет.
Кейт кивнул.
– Отличная работа, молодцы. Спасибо. Это…
– Рисса Лансингу, – раздалось из динамиков громкой связи. Кейт вскинул голову.
– Принять. Слушаю, Рисса.
– Привет, дорогой. Мы готовы попытаться поговорить с существами из тёмной материи.
– Уже бегу! – Он улыбнулся Азми и Хеку. – Знаете, иногда мои сотрудники даже немножко слишком эффективны.
* * *
Кейт поднялся на мостик и занял своё место в центре заднего ряда. Голосфера показывала не обычный вид окружающего космоса, а набор красных кругов на бледно-белом фоне, обозначая положение отдельных сфер тёмной материи.
– Ну что же, – сказала Рисса, – мы собираемся установить с существами из тёмной материи контакт посредством оптических и радиосигналов. Мы запустили специальный зонд, который будет осуществлять трансляцию сигналов. Он находится в восьми световых секундах от корабля по правому борту; я буду управлять им посредством коммуникационного лазера. Разумеется, существа из тёмной материи могли уже заметить наше присутствие; с другой стороны, могли и не заметить. И на случай, если они окажутся хлопниками или чем-то настолько же злобным, разумно будет привлечь их внимание к малоценному зонду, а не к самому кораблю.
– «Существа из тёмной материи», – повторил Кейт. – Как-то громоздко, вам не кажется? Надо бы придумать для них название покороче.
– Например, «темнокожие», – предложил Ромбус.
Кейт поежился.
– Не очень хорошая идея. – Подумав секунду, в шутку предложил: – А как насчёт «MACHOмэнов»?
Яг закатил обе пары глаз и издал хрюк отвращения.
– А вот, скажем, «темняне»? – сказал Тор.
Рисса кивнула.
– «Темняне» подойдут. – Потом, обращаясь ко всем в рубке: – Так вот. Как все вы знаете, Хек составлял каталог групп сигналов, получаемых от темнян. Предположив, что каждая группа – это слово, мы смогли идентифицировать наиболее часто употребляемое. Первое сообщение, которое я собираюсь отправить, состоит из многократного повторения этого слова. Мы полагаем, что это слово наверняка нейтрально – что-то вроде темнянского аналога определённого артикля. Такое сообщение вряд ли будет нести какую-либо осмысленную информацию, но, если нам повезёт, темняне расценят его как попытку начать общение. – Она повернулась к Кейту. – Директор, прошу разрешения начать передачу.
Кейт улыбнулся.
– Будьте как дома.
Рисса тронула клавишу.
– Начинаю передачу.
По сенсорной сети Ромбуса пробежали искры.
– Какой-то эффект передача явно произвела, – доложил он. – Интенсивность разговоров радикально увеличилась. Теперь все они говорят одновременно.
Рисса кивнула.
– Будем надеяться, что они смогут запеленговать наш ретранслятор.
– Думаю, уже, – секундой спустя сказал Тор, показывая на монитор. – Пятеро планетарных существ начали двигаться в сторону зонда.
– Теперь начинается сложная часть, – сказала Рисса. – Мы привлекли их внимание, как теперь начать общаться?
Кейт знал, что если кто и сможет вытянуть эту задачу, то это наверняка будет его жена, которая принимала участие в первом контакте с ибами. В тот раз они начали с простого обмена существительными: этот световой узор значит «стол», другой – «почва» и так далее. Даже на этом этапе были сложности. Тела ибов настолько отличаются от людских, что для многих концепций у них просто не было терминов: стоять, сидеть, стул, одежда, мужчина, женщина. И поскольку жили они под постоянным покровом облаков, то не имели названий для массы других идей – день, ночь, месяц, год, созвездие. Тем временем ибы пытались донести до людей фундаментальные понятия собственного существования: биологический гештальт, круговое зрение, а также массу переносных значений, которыми обросло понятие «катиться».
Но те проблемы были семечками по сравнению с задачей общения с существами планетарных размеров. Кстати, с пониманием этой конкретной метафоры – малопитательная, потребляемая для
