свете хотела, чтобы у неё как в старые добрые времена вырос член, она бы грубо завалила Азами на спину, и потом бы трахнула эльфийку без особых прелюдий. Ошейник, словно прочитав её мысли, немного сжался. Сестра царя опустилась на спину и раскинула свои тонкие серебристые ножки:
- Кирин! - выкрикнула она. Но Азами не нужно было лишних объяснений. Она склонилась к лону царицы, проникла в неё языком. Лунарка закрыла глаза и жарко застонала, словно в горячке. Азами страстно извивалась, оттопырив свой пышный зад. Её лицо блестело от выделяемого серебристой женщиной сока. Шаньи жестом велел Лионзе остановиться, потом молча указал на эльфийский зад. И Лионза тоже все поняла без слов. Она склонилась к подпрыгивающим ягодицам, немного развела их в стороны, чтобы побольше растянуть анус. Азами замерла, дрожа то ли от испуга, то ли от негодования. В следующий момент Лионза языком проникла в её зад, Азами глухо застонала между ног лунарки. Лионза хорошо знала, какие невыносимые тянущие чувства вызывают подобные ласки. И продолжила безжалостно терзать заднее отверстие соперницы острым горячим язычком. Азами вздрогнула и стала дергать своим чудесным задом в протяжном оргазме. Луанийка же продолжала работать языком, делая его ещё острее.
- Феникс… Кирин… в сторону! - сказал задыхаясь Шанью. Член его налился максимальной силой и торчал почти вверх. Лионза и Азами быстро отползли, а Шанью навалился на свою жену и вошел резким хлюпающим движением. Она тихо застонала, подмахивая в такт его яростному напору.
- Да свершиться Воля Небес… да изольется священное семя… да никогда не покинет оно… священного правящего рода… да пребудет вечная чистота… во имя Всеблагой… Луны!
Царь начал бурно кончать, не вынимая члена, плотно прижимаясь к бедрам царицы. Та, судя по блеску в глазах и вздохам, тоже пришла к финалу. Шанью перекатился на спину.
- Это было чудесно… - сказал он еле слышно, - давно у нас не было такого... Он долго лежал без движения, глядя в потолок немигающим взглядом. Его сестра-жена закрыла глаза и судя по всему, уснула. Лионза сидела все в той же позе на пятках, иногда бросая взгляды на Азами. И если их глаза пересекались, то луанийка видела в них острый блеск кинжалов ненависти. Что она такого ей сделала? Подумаешь, не стала отмалчиваться в ответ на её колкости. Не в характере Лионзы терпеть и молчать, опустив голову.
Шаньи неожидано встрепенулся, дернул за один из шелковых шнуров, что свисали с балдахина, вдалеке послышался тихий звон колокольчика. Снова звон колокольчиков, уже тех, что висели у двери. В спальню вошли два гаремных голема, что принесли наложниц. В каменных руках они держали покрывала из пуха цапли. Вместе с ними низко кланяясь зашла старшая наложница Киао и несколько служанок.
- Свершилось ли задуманное? - спросила старшая наложница, не смея поднять глаз на государя.
- Свершилось… во имя Луны!
- Во имя Луны… - почтительно повторила Киао, и сделала запись на дощечке.
- Подай красную шкатулку — велел Шанью одной из служанок. Когда та почтительно и трепетно вложила её в руки царя, он достал оттуда несколько украшений и бросил Лионзе и Азами.
- Вы хорошо поработали, Кирин и Феникс, пусть Луна будет к вам благосклонна.
Девушек завернули в тонкие покрывала из пуха цапли и понесли обратно в гарем.
***
- Эй! - сказала Лионза голему, когда он наконец поставил на пол в её покоях, - может ты ещё поищешь у меня там… что-нибудь запрещенное?
Ей конечно понравилось в спальне правителя, однако это не приблизило её к свободе, и она даже не кончила. Хотя бы последнее надо было исправить. Но голем, не вняв её просьбам, развернулся и тяжело зашагал прочь. Бездушный истукан. Тут женщина изнывает, а он!
Ладно, придется опять ласкать себя пальцами. Кстати, надо посмотреть царские подарки. Не то, чтобы Лионзе нравились все эти побрякушки, но было все же интересно. Они тогда быстро сгребли подарки, едва коснувшись друг друга руками. Азами тогда зашипела и отдернула руку. Так, что тут интересного? Золотая шпилька, отделанная яшмой. Красиво. И ей при желании можно замок вскрыть. Правда, тут нет нигде замков. Налобная подвеска в виде луны. Тоже ничего. А это что? Перстень? Какой красивый, хоть и серебряный. Тем более, что серебро Лионза любила даже больше золота. Тем более, что долгие годы её единственным украшением и оберегом был Священный Знак Близнецов из серебра. Перстень выглядел очень древним, по всей его поверхности проходил тончайший узор. Он был украшен круглой печатью, состоящей из двух частей. Полумесяца из неизвестного луанийки белого светящегося камня и темной лунной стороны, представленного камнем такой черноты, что он казался отверстием, темной дырой. Лионза завороженно смотрела на перстень, не в силах оторвать взгляд.
Полог заколыхался, Лионза вскочила. В её покоях стояла Азами, и вид у неё был как у разъяренной кошки.
- Ты… ты воровка! - выкрикнула она, скаля зубы.
- С чего это?
