- Вели его сжечь и больше не вспоминай. - Решительно заявила лучница и поставила горшок на пол. - И не мучай себя.
- Да он мне не мешает, - пожал плечами Шеллар. - Не пугает и не мучает. Просто не знаю, что с ним делать.
- Сделай, что я посоветовала. У моего народа считается страшным кощунством делать гроб для живого человека. А уж тем более держать его в доме.
- У нас так не считается. Но я сделаю, как ты советуешь, просто чтобы тебе было приятно.
- Шеллар!
- Да?
- Сделай мне приятное другим способом.
И снова они долго и нежно любили друг друга, и снова все было так же прекрасно. И потом снова тихо лежали, обнявшись и не шевелясь.
- Почему ты так коротко стрижешься? - спросила Валента, опять принимаясь перебирать его волосы. - У вас ведь так не принято. Да и волосы у тебя неплохие.
- Потому, что они не укладываются ни в какую прическу, - вздохнул Шеллар, дотянулся до ее косы и перебросил на грудь, чтобы можно было любоваться. - А зачесывать назад и собирать в пучок... Я тогда выгляжу полным уродом. А тебе твоя коса не мешает? В походах, в бою?
- Мешает, - вздохнула девушка. - Мыть сложно, сушить долго, расчесывать трудно...
- А обрезать жалко.
- Не то, чтобы жалко... Но я не могу ее обрезать просто так. У моего народа девушки носят косу, пока не выйдут замуж. Так положено. А замуж я не собираюсь, так что, видно, до старости придется с этой красотой возиться.
- Почему не собираешься?
- Потому, что путь воина несовместим с кастрюлями и пеленками. А мысль о том, что какой-то немытый и вечно пьяный мужчина будет считать себя моим хозяином была мне противна всегда.
- А если он будет умытый и трезвый, и будет тебя уважать? И не заставит возиться с кастрюлями и пеленками? - со слабой надеждой спросил Шеллар, понимая, что задает дурацкие вопросы.
- Нет, Шеллар. Мне дорога моя свобода. Воин должен идти по своему пути, не оглядываясь назад и не вспоминая постоянно о том, что дома остались дети. Иначе он станет бояться смерти больше, чем следует.
Он снова погладил ее косу и спросил:
- А как вышло, что такая прекрасная женщина избрала путь воина?
- Мне это нравилось, - просто ответила она. - С детства. Мой народ лесные охотники, дети растут в лесу и с детства обучаются стрельбе из лука, и мальчики и девочки. У меня это получалось лучше всех. И это намного интереснее чем сидеть всю жизнь в хижине, варить еду, чинить шкуры и мыть полы. Шить и вышивать я так и не научилась. Зато из лука я попадаю белке в глаз с любого расстояния.
Как она стреляет Шеллар уже видел вчера, поэтому дальше расспрашивать об этом не стал.
- А как ты познакомилась с Элмаром? - спросил он. - Как вообще герои собираются в группы?
- Кто как. Кто-то подбирает соратников специально. А мы случайно познакомились в придорожном трактире по пути в Белую Пустыню. Шанкар шел домой после паломничества. Элмар ехал на подвиги и искал соратников. Я просто болталась без дела и присоединилась. Этель носилась с какой-то старинной картой и толковала о сокровищах... Так мы и познакомились. Поехали искать эти сокровища, рассудив, что для начала подвиг подходящий. А потом подружились, принесли клятву верности и занялись подвигами профессионально.
- Тебе нравится твоя жизнь? - спросил Шеллар осторожно, боясь, что она догадается об истинной подоплеке вопроса. - Ты никогда не подумывала о чем-нибудь другом?
- Никогда, - серьезно ответила Валента. - Какая еще жизнь может быть лучше для воительницы, чем сражаться плечом к плечу с верными друзьями? Вот Элмар вечно ноет, что ему надоело мечом махать, не интеллектуальное это занятие, он бы хотел где-нибудь в тиши баллады слагать. Хорошо, что у него баллады получаются такие, что стыдно людям показывать, а то ведь и правда бы все бросил. И Шанкар вечно как помедитирует неудачно, начинает что-то нести об отшельничестве и уходе от мира. Ну, Этель - авантюристка, ей все равно - подвиги, не подвиги, приключений на свою задницу она себе где угодно найдет. А вот мне действительно нравится. Я очень боюсь, что кто-то из ребят погибнет. Тогда группа распадется, и что я буду делать?
- А она обязательно распадется? Может, вы просто найдете замену?
- Нет, - грустно вздохнула лучница. - Разбегутся они. Шанкар первый смоется, Этель за ним. Да и Элмар, раз уж ему надоело...
- А что, эти баллады, которые пишет Элмар, настолько плохи?
- Ужасны. Даже я это вижу. А сам он видит еще лучше, он ведь разбирается в стихах.
- А о вас пишут баллады?
- А как же! Мы герои или кто?
- А тебе они нравятся?
- Это смотря какие. Пишут ведь все, кому не лень. Знаешь, о нас даже Эль Драко писал. Вот его баллады мне понравились. А Элмар вовсе захандрил от зависти и поклялся, что больше баллад слагать не будет.
- Мне тоже нравятся песни Эль Драко. - сказал Шеллар. - Хотя я не особенно люблю мистралийскую музыку.
- Ты его слышал живьем?
- Да. Очень странное ощущение.
- Согласна. У него был совершенно волшебный голос. А сам он мне не понравился. Он на меня поглядывал, но напрасно.
- А вы были знакомы лично?
- Да, мы как-то кутили вместе. Это была очень смешная история. Наша Этель так замучила одного его приятеля, что он в отместку познакомил ее с ним. Это был единственный случай на моей памяти, чтобы один мужчина удовлетворил ее полностью. Они двое суток из спальни не вылезали, но зато потом Этель еще неделю ни к кому не приставала.
- Да... - тихо рассмеялся Шеллар. - Бедный Жак... У него так не получится.
- Странный он, - задумчиво сказала Валента. - Смешной такой. С дыркой в голове... Он правда бежал из Мистралии?
- Да. Из Кастель Милагро.
- А говорят оттуда нельзя убежать.
- Теперь уже можно. Он при побеге там здорово нашкодил, и теперь Кастель Милагро стал немного попроще. Может, даже удастся заслать туда агента. Надо будет обговорить это с Флавиусом.
- Ну вот, неужели тебе не о чем думать, кроме как о работе?
- Ты сама напомнила. А Жак действительно странный. И смешной.
- Что с ним делали в Кастель Милагро?
- В основном пугали. Показывали, что делают с плохими рабами, которые не слушаются хозяина. А он парень впечатлительный, его очень легко напугать. Он до сих пор боится.
- А как же он ухитрился убежать?
- А он очень сообразительный и образованный молодой человек. А почему ты о нем спрашиваешь?
- Мы с ним разговаривали вчера вечером... Так, обо всем понемногу... и он спросил у меня совета, чем ему заняться. А мне ничего не пришло в голову. Ты очень умный, Шеллар, намного умнее, чем я и мои соратники вместе взятые. Может быть, ты можешь что-то посоветовать?
- Это мне надо посидеть и крепко подумать.
- О нет, только не сейчас!
- И даже не завтра. Вернее, сегодня. А куда Жак так торопится? Мне еще с ним нужно о многом поговорить... выяснить, разобраться... Он столько может рассказать... Да если честно, я бы оставил его при дворе, чтобы иметь возможность общаться с ним постоянно. Только не знаю в каком качестве. Он ничего не умеет, но он умен, способен нестандартно мыслить, знает много такого, чего не знаем мы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
