панику, то в трепет. Я пытаюсь злиться, потому что Глеб влез в мои дела без разрешения, но не могу. Мне никогда не было так мерзко, как вчера. Я понимаю желание любого человека при мозгах не связываться с Петровским, я не маленькая, но все равно не хочу видеть никого из них. Ни Влада, ни Чернышова, ни Романова.
Кажется, порог дома Калинкина я вообще больше никогда не переступлю.
Обводя кончиками пальцев мышцы груди и живота, открываю глаза.
В комнате светло, и я вижу каждый нюанс лежащего подо мной тела. Как чуть загорелая кожа натягивается на мощном каркасе мышц. Покрытое густыми темными волосками бедро чуть откинуто в сторону, второе я обнимаю своими ногами.
Обвожу круглый, идеально завязанный пупок, кусая губу, потому что это идеальная работа[П1] . Зарываюсь пальцами в темную дорожку, убегающую в трусы. Под тонкой хлопковой тканью огромный, сумасшедше возбуждающий бугор.
Накрыв его ладонью, сжимаю каменный член.
— Ммм… — сжав в кулак свою жилистую руку, Стрельцов хрипло спрашивает. — Ты же не динамщица?
Механизмы утренней мужской эрекции давно для меня не секрет, поэтому таким же хриплым голосом спрашиваю:
— А ты ведь не в туалет хочешь? — просовываю в его трусы руку.
— Ммм… пффф… я потерплю, — сдвигает их вниз. — Отлить в таком состоянии я не смогу даже под героином.
Его большая, увитая венами эрекция падает на живот.
От возбуждения у меня троится в глазах.
Приняв вертикальное положение, седлаю его бедра.
Наблюдает за мной из-под полуопущенных век. Вытянув вдоль тела руки, ладонями сжимает мои лодыжки и приоткрывает губы.
Мне кажется, что если буду смотреть в его глаза, он все поймет. Все! Что я боюсь своих чувств. Что я безвольная.
Глядя в потолок, стягиваю с себя его футболку и отбрасываю ее в сторону.
Мои соски напряжены и чувствительны, а от его взгляда между ног собирается влага.
Делает глубокий вдох, от которого раздувается грудь, и скользит этим убийственно горячим взглядом по моему телу.
Сжимающие лодыжки пальцы напрягаются.
Опустив глаза, вижу кусок его плоского живота и лежащий на нем твердый член между своих бёдер.
Картина заставляет мое белье снова намокнуть.
Сползаю вниз и встаю на колени между его ног.
Обхватив горячий ствол у основания, погружаю в рот гладкую набухшую головку.
— Ммм… — стонет, запрокидывая на подушку голову и напрягая шею.
Звук такой низкий и интимный, что между ног начинает покалывать.
Опустив подбородок, почерневшими глазами Глеб наблюдает за тем, как его член медленно двигается у меня во рту, как ласкаю языком выступающее на стволе вены. Выражение его лица такое жгучее. Во мне просыпается настоящий тактильный голод. Хочу его касаться. Пробовать.
Продолжая сжимать его в кулаке, выпрямляюсь и второй рукой стаскиваю с себя белье.
На его груди проступил пот. На моей спине тоже, потому что уличная духота льется в открытое окно.
Снова седлаю его бедра и, приподнявшись, направляю в себя его эрекцию.
Стонем, наполняя комнату звуками нашего секса.
Шершавые грубоватые ладони накрывают мою грудь. Сжимают. Гладят спину, живот, бедра, пока медленно раскачиваюсь на нем, сходя с ума от мощи его тела подо мной.
Его глаза бездумно оглаживают мое тело. Опускаются туда, где я насаживаюсь на него со стонами. Обхватив мою талию, начинает двигаться навстречу, и эти удары заставляют меня дрожать.
— Глеб… — шепчу, откидывая голову.
Ягодицы бьются о его каменные берда.
Не думаю, что смогу испытать оргазм в этой позе, но мне все равно.
Я хочу, чтобы испытал он. Его удовольствие становится для меня важнее своего, но он с этим несогласен.
Сжав внутреннюю сторону моего бедра у основания, раскрывает меня большим пальцем, заставляя тереться о него при каждом движении.
Он близко, а я нет.
Пытаюсь поймать свой оргазм, но он ускользает.
— Все нормально… — выдыхаю. — Ты первый…
В ответ он переворачивает меня на спину и вжимает в матрас, закинув на плечо мою ног. Входит в меня под таким углом, от которого я выкрикиваю громкое ругательство. Его губы кусают мою шею. Выгнув ее, просовываю между нами руку и с жалобными стонами тру свой клитор, умоляя его не останавливаться.
Мой оргазм, как фейерверк.
Выпустив мою ногу, продолжает двигаться, догоняя меня в три жестких нетерпеливых толчка.
Цепляясь за влажную спину Стрельцова, бедрами сжимаю его талию, пока он комкает в кулаке мои волосы, уткнувшись в них носом.
Меня потряхивает, и я не хочу его отпускать. До боли закусив губу, наслаждаюсь его тяжестью и рваным дыханием рядом с ухом. Повернув голову, прижимаюсь губами к его влажной шее.
Понимая, что я пропала и мне конец.
Трель будильника заставляет Глеба чертыхнуться.
Сделав глубокий вдох рядом с моей шеей, он скатывается с меня и вскакивает с дивана.
Чертовски бодрый, чего не скажешь обо мне.
Я потеряна, и все еще не пришла в себя после оргазма.
Поправив трусы, Глеб берет с тумбочки телефон и отключает будильник.
— Который час? — спрашиваю сипло, перевернувшись на живот.
— Семь, — бросает на меня взгляд исподлобья.
— Черт… — бормочу, прикрывая глаза.
Я в жизни не опаздывала на работу. Я всегда приезжаю в офис первая.
— Я в душ. Кофе будешь?
— Нет. Мне нужно домой, переодеться, — ищу свои трусы, вороша простыни.
— Ладно, — идет в ванную. — Я
