— Ничего. Пятка зачесалась.
— Дело в том, шеф, — вклинилась Женя, не давая прерваться линии повествования, — что Шеффилд сейчас совершенно свободен от каких-либо обязанностей и, питая искреннюю симпатию к нам, с удовольствием вызвался сопровождать нас в странствиях… Тор, ну, ведь хороший парень никогда не помешает в подобных делах!
— Хороший парень, может, и не помешает… Только смотрите, поаккуратнее там со своими чувствами, — нахмурился Лисицын.
Люська хихикнула:
— А ей Томасы не нравятся!
Сердитый взгляд Женьки, метнувшийся за рамку экрана, предназначался, очевидно, шутнице.
— Ну, ладно, продолжайте! — милостиво разрешил руководитель Центра.
— В общем, письмо уже у нас в руках. Собираемся отбывать в обратный путь.
— Скажите честно, вам ничего не угрожает? — Торий Васильевич пытливо всмотрелся в лица разведчиц.
— Ни в коем случае! — горячо запротестовала Женька.
— Все тихо, как зимой в Гаграх! — подтвердила Люська.
— Ну, коли так… — Лисицын секунду помедлил, — тогда придется вам задержаться во Франции еще на некоторое время. Есть небольшое задание.
При этих словах Люська опять исчезла с экрана.
— Да что там у вас! — теряя терпение, воскликнул Тор.
Изображение на левом экране какое-то время подрагивало. Потом на нем появились оконные бархатные занавеси, сменившиеся розеткой на потолке, из которой под углом свисала люстра. Люстра качнулась, приняла горизонтальное положение и исчезла. На экране вновь было лицо Люськи. Она невозмутимо улыбалась.
— Кто-то постучал. Но теперь уже все в порядке.
— А ну-ка, покажите мне комнату! — потребовал Тор. — Что-то вы крутите!
— Пожалуйста, — равнодушно ответила Женька, и изображение на ее экране медленно поплыло.
Перед взором руководителя Центра прошла вся полутемная комната с ее старомодными креслами, двумя кофрами в углу, бюро, и тому подобными обыденными предметами. Посторонних в комнате не наблюдалось.
— Достаточно, — неохотно сказал Лисицын. — Приступим к делу. Итак, если вы помните, месяца четыре назад в Зауральске при ремонте городской больницы был обнаружен тайник, содержащий коллекцию драгоценностей из четырнадцати предметов. Среди прочих уникальных изделий был найден алмаз в пятьдесят три с половиной карата, ограненный в виде «двойной розы» и оправленный в серебро. Специалисты после квалифицированной экспертизы дали заключение, что алмаз из Зауральского клада идентичен знаменитому алмазу «Санси», последнее достоверное упоминание о котором относится к 1913 году. Тогда он принадлежал семье уральских промышленников Демидовых. Существовало мнение, что до последнего времени камень находился в частной коллекции семьи Астор в Англии. Сообщение о находке попало в зарубежную печать, и вот около месяца назад английские власти обратились к нам с просьбой установить подлинность «нашего» алмаза. Попросту говоря, нас подозревали в фальсификации. Была затронута наша честь. И тогда академик Арбелян из Института ядерной физики предложил установить возраст и время огранки камня, используя методику, основанную на радиоизотопном распаде. Ну, технические подробности вам ни к чему. Суть же в том… Короче говоря, камень оказался искусной имитацией «Санси»… Но! Имитацией семнадцатого века! Периода, когда еще не умели создавать стразы подобного качества. Заинтересовавшись феноменом, мы уговорили Асторов (что стоило Арбеляну пары десятков седых волос) подвергнуть экспертизе и английский камень. И что же вы думаете?
— Фальшивка?! — ахнула увлеченная рассказом Люська.
— Точно! — Тор был так же захвачен загадочной историей, как и его аудитория. — И, что характерно, тоже семнадцатого века! Причем, время огранки датируется довольно точно — 1670–1680 годы. Документально установлено, что камень принадлежал тогда Людовику XIV. Делами его в то время заправлял Жан-Батист Кольбер — генеральный контролер финансов. После смерти всесильного министра в 1683 году в его бумагах были найдены счета ювелиров. К сожалению, не все имена ювелиров удалось установить. И, что самое обидное, нет имени ювелира, получившего в 1681 году от Кольбера 260 тысяч экю.
— Ого! — Женька вскинула брови.
— Вот именно — ого! Можно лишь предположить, что это был уникальный заказ. Но какой? Кому? Этим вы и займетесь. Если вы хотя бы установите существование человека, способного в те годы создавать подобные подделки, это будет великолепно! Ну, а если — чем черт не шутит — вам удастся узнать местонахождение настоящего «Санси»!.. — Лисицын развел руками.
— Узнаем! — Люська порывисто вскочила, энергично взмахнув рукой, отчего ее изображение в очередной раз исчезло с экрана. — Найдем!
— Постараемся, — более осторожно подтвердила Женька и обратилась к подруге: — Сядь, Ксави, и не маши крыльями, а то в «Зеркале» вместо тебя сплошной шабаш ведьм…
В этот момент раздался стук в дверь. Торий Васильевич, собиравшийся что-то сказать, замер. На его экранах Женька с Люськой дружно повернули головы. Затем послышался мягкий голос:
— Девушки, я договорился: завтра в шесть утра на заставе Сен-Дени будет ждать карета.
— Ой, Том!.. Понимаешь, мы, кажется, должны остаться, — в голосе Жени звучало искреннее огорчение. — Ненадолго, совсем ненадолго!
— Остаться? — недоумение сквозило в словах вошедшего. — Но что произошло? А как же капи..?
— Мы все тебе объясним через несколько минут, — прервал его голос Люськи. — Томми, я тебя умоляю, попроси, чтобы нам принесли чего-нибудь перекусить. А то у меня живот к спине прилип от голода. Ладно?
Ее голос был столь ласков, что Тор не удержался от улыбки. После нескольких слов, которых руководитель Центра не разобрал, дверь хлопнула, и подруги вновь обратились к экранам.
— Ну-с, что вы теперь будете делать с вашим «хорошим парнем»? — ехидно осведомился их начальник.
— Не извольте беспокоиться, шеф, — Люська самоуверенно вздернула подбородок. — Это наши заботы!
— Ну-ну. «Побачим» — сказал слепой, — проворчал Лисицын. — Ну, что ж, девочки, удачи! Ни пуха, ни пера!
— К черту! — единогласно послали шефа те и еще с полминуты с легкой грустью наблюдали, как в их обсидиановых «Зеркалах» тает изображение руководителя Центра. Потом посмотрели друг на друга и синхронно вздохнули.
* * *
— Хорошо, что он не начал допытываться, как и зачем мы попали к Мальборо, — помолчав, сказала Джоанна. — А ты тоже хороша! Подмигивать ей приспичило, видите ли!
— Так я ж «Зеркало» поворачивала перед тем, как подмигнуть. Откуда я знала, что ты брешешь не хуже меня?
— Могла бы сообразить! Еще не хватало, чтобы из-за наших личных дел нас отозвали обратно.
— Ну, ладно. Что будем врать Тому? — спросила Ксави.
— Да-а, — протянула Джоанна и сосредоточенно свела брови на переносице, — что врать Тому… Что врать Тому… Что врать…
— Может, сказать, что алмаз нужен для выкупа Блада? — предложила Мари.
— Ты еще скажи, что этот мифический алмаз пригодится для оплаты проезда! — фыркнула Джоанна.
— Ну, тогда… Во! Что Форе нас застукал и теперь шантажирует, требуя достать алмаз…
— Ты что, Тома за идиота принимаешь?! — взорвалась, не дослушав, Джоанна.
— Тогда придумай что-нибудь сама! — тоже взорвалась Ксави.
Поссориться окончательно они не успели, потому что вернулся Том. Он взглянул на двух надувшихся подруг, глядящих друг на друга с видом бойцовых петухов.
— Ну, а теперь, может, вы все же объясните, в чем дело? — потребовал Шеффилд с тревогой.
— Понимаешь, Том, — вздохнула Джоанна, — мы не можем объяснить тебе причины нашего поступка, а врать не хочется. Поверь, по-другому не получается…
— Слушай, Джоанна, — против обыкновения серьезно поглядела на подругу Ксави, — у меня предложение. Только не торопись высказываться, не дослушав! Я предлагаю вам с Томом отправляться в шесть утра с заставы Сен-Дени в Англию, а я останусь… Подожди! — пресекла она возражения Джоанны. — Я останусь с Нэдом здесь. Пойми, вы должны торопиться к герцогине. Там Питер! Но и здесь кто-то должен остаться.
