— Но вы, мастер Томми, были младшим!
— Ну и что? — удивился Том. — Да, Дэви наследовал титул и поместье по майорату[26], но зато я женился на Алисе Уэркингтон — самой замечательной девушке Англии. Мне нечему было завидовать.
— Конечно, мистер Шеффилд, конечно. Но все-таки вы поссорились, и, ах, как плохо закончилась эта ссора!
— Неужели вы тоже думаете, что я мог поднять руку на Дэви?! — Том внезапно охрип. — Да, в тот день между нами и вправду вспыхнула ссора — громкая, глупая, нелепая. Та, которой ссорятся только очень близкие люди. Да, вероятно, были и угрозы. Но ссора погасла так же стремительно, как и возникла…
— А на другой день сэр Дэвид Шеффилд был найден в парке у старого дуба. Мертвым, — глядя в потолок, произнес Форе. — Говорили, в его спине торчал ваш кинжал.
— И вы тоже верите этому?!! — Том порывисто вскочил. Сидящие за соседними столами стали оборачиваться. Не желая привлекать к себе внимание, Шеффилд снова сел.
— Да, это, действительно, был мой кинжал. Я подарил его брату накануне, так как он сломал свой на охоте. И пусть Бог покарает ту руку, которая направила его в сердце Дэви и захлопнула за мной дверь родного дома! Из-за этой чудовищной ошибки, Санди, я был вынужден бежать, оставив старого отца и жену на сносях, скрываться от властей Англии и Вест-Индии, гибнуть на серебряных рудниках, гнить в топях Новой Гранады, не иметь ни имени, ни семьи, ни даже весточки из дома…
— Недавно я был в Англии, — небрежно обмолвился Форе. — Ваш отец, старый сэр Шеффилд жив и здоров, леди Элси и юный мистер Шеффилд тоже.
— Юный мистер Шеффилд?! — побледнев, прошептал Том.
— Ваш сын, сэр. Премилый вышел мальчуган — здоровый, смышленый. Дед и мать в нем души не чают.
— Похож на меня? — голос Тома сел окончательно.
— Вылитый, — с улыбкой отвечал Форе. — Даже еще симпатичнее. Ох, и гроза девичьих сердец растет!
Том судорожно сглотнул комок в горле и поспешно перевел разговор на другую тему:
— Санди, вы не ответили на мой вопрос. Как вы, собственно, очутились тут?
— Ездил в Булонь по делам. Возвращаясь, поссорился с одним проезжим, дрался на дуэли, был ранен, подлечился и теперь спешу домой в Париж. Не желаете составить мне компанию, сэр Шеффилд?
— Благодарю, друг мой, но я еду в сторону Кале. Ищу одного человека.
— Кого, если не секрет?
— Да так, — махнул рукой осторожный Том. — Знакомого.
Форе пожал плечами.
* * *
Рассудив, что кратчайшая дорога в Кале идет через Аррас, Том повернул коня направо. Он не проехал и трех лье, как увидел небольшой постоялый двор. Шеффилд поспешил к нему.
— Эй, хозяин! — осадив коня, крикнул он.
На зов, вытирая руки о засаленный фартук, выкатился добродушный толстячок с хитрыми глазками на сияющем круглом лице.
— Чего изволите, месье? — с отчаянным бретонским акцентом спросил он.
— Скажи, милейший, не останавливался ли в твоей гостинице некто Александр де Флориньи, парижанин?
— Останавливался, — радостно закивал трактирщик. — Сегодня только уехать изволили.
— Сегодня? — растерялся Том. — И давно?
— Часа два назад, — пожал плечами толстяк. — В черной дорожной карете.
— Проклятье! Я пропустил его, пока сидел в трактире! — Шеффилд швырнул хозяину золотой и, развернув коня, помчался во весь опор.
Проклиная себя и все трактиры в мире, Том мчался по дороге в Париж и, наконец, далеко впереди увидел черную дорожную карету. Шеффилд пришпорил коня и довольно быстро догнал ее.
— Стой! — крикнул он.
Из окна высунулось удивленное лицо:
— Мистер Шеффилд? В чем дело? Что случилось?!
— Ах, это вы, Форе! — разочарованно протянул Том. — Извините, я ошибся.
— Ну, что вы, сэр! Пустое! Вы в Париж?
— Вероятно, да.
— Тогда, может, поедем вместе?
— Простите, Санди, но я очень спешу. Прощайте! — и Том снова пришпорил коня.
— До встречи в Париже! — крикнул ему вслед Форе.
* * *
Том поднялся по лестнице и был встречен радостным лаем.
— Крошка! — засмеялся Шеффилд, безуспешно пытаясь уклониться от мокрых поцелуев собаки. — Вернулся, бродяга! А где Нэд?
Крошка гавкнул и бросился в комнату. Том поспешил за ним и застал премилую картинку: Джоанна, Мари и Волверстон сидели за роскошным завтраком.
— О, Томми! — воскликнула Джоанна. — Жюли, еще один прибор, пожалуйста.
— Мы отмечаем полную и окончательную победу Нэда Волверстона над судьбой-злодейкой! — провозгласила Ксави. — Этот паршивец, знаешь ли, иногда бывает дьявольски изобретателен. Надо будет это учесть в дальнейшем.
В ответ на удивленный взгляд Тома Джоанна пояснила:
— Нэд смастерил прекрасную легенду о мадемуазель Дюпре.
— И черт меня возьми совсем, если этот министерский задохлик не уверовал в нее, как в Евангелие! — пробасил Нэд, давясь от смеха.
— Хватит веселиться. К делу! — Джоанна стала серьезной. — Том, как успехи?
— Плохо, Джоан! Я его упустил. Разминулся. Вероятно, Флориньи уже в Париже, но не дольше двух часов.
— В таком случае, немедленно к маркизу! — Джоанна вскочила. — Том, быстренько ешь и поедем!
— Какая уж тут еда… — махнул рукой Шеффилд.
— Ну, смотри… «Жираф большой…» Жюли, вели закладывать экипаж! Ксави, собирайся!
Мари капризно надулась:
— Слушай, у тебя совесть есть? Я Нэда две недели не видела. Дай пообщаться с любимым мужчиной! А если тебе компания нужна, так возьми Тома, а?
— Черт с тобой! — махнула рукой Джоанна. — И без тебя обойдемся. Общайся! — и набросив плащ с капюшоном, вышла.
* * *
В приемной государственного секретаря по иностранным делам было немного народу, поэтому Джоанна, окинув их быстрым взглядом, облегченно вздохнула. Все эти люди были знакомы ей по приемам и балам. Хотя, впрочем, нет! Маленького остролицего человечка она видела впервые. Джоанна вспомнила описание Флориньи со слов герцогини Мальборо и, вздрогнув, обернулась к Шеффилду. Но тот уже шел к человечку, дружески улыбаясь:
— Месье Форе! Какая неожиданная встреча! Мадемуазель Жанна, рекомендую вам своего старинного знакомого — месье Санди Форе!
У Джоанны отлегло от сердца. Она со светской улыбкой приветствовала приятеля своего друга:
— Рада знакомству, месье Форе. Вы давно в Париже?
— Нет, мадемуазель, я недавно вернулся сюда из Булони.
— Мы встретились недалеко от Амьена, мадемуазель, — пояснил Том, — и месье Форе, если я правильно понял, желает возобновить наше старое знакомство.
— О, да! И прошу вас сегодня посетить мою скромную обитель на улице Сент-Андре-дез-ар, — Форе учтиво поклонился.
— Благодарю, — присела в реверансе Джоанна. — Возможно, я приму ваше приглашение.
Тут из-за тяжелой портьеры, драпировавшей дверь в кабинет министра, вышел секретарь Бежаре.
— Графиня Дюпре! Ваши бумаги в порядке, но господин де Торси, к сожалению, не может вас принять. Он сегодня уехал в Фонтенбло и будет отсутствовать не менее пяти дней. Боже мой! — воскликнул он внезапно, заметив Форе. — Виконт де Флориньи!!! Наконец-то вы в Париже! Маркиз вас не дождется! Правда, как вы слышали, он в отъезде, но просил вас непременно быть здесь через пять дней. Он примет вас в первую очередь!
В течение всего этого монолога Джоанна и Том ошалело глядели друг на друга. Впрочем, Джоанна первой взяла себя в руки. Кивнув Бежаре, она запахнула плащ и, прошелестев юбками, спустилась по лестнице. Шеффилд последовал за ней.
Оказавшись на улице, Том дал волю своему отчаянию:
— Господи! Если бы я знал, что Флориньи и секретарь моего отца Санди Форе — один и тот же человек! Там, в Амьене, он был в моих руках. Я мог отнять у него это злополучное письмо. А теперь… Что же теперь делать?
— Во-первых, Томми, не паникуй! — раздумчиво ответила Джоанна. — А, во-вторых… — улыбнулась она, — я, пожалуй, приму приглашение нашего милейшего виконта!
