иначе, — пожал плечами барон. — Власть должна быть хорошо проинформирована.
— Я бы хотел услышать всю историю.
— Тогда нам стоит выпить, — кивнул Гласс и вытащил из неприметного шкафчика графин и два бокала. — Я только попрошу вас держать сказанное мной втайне. Все рабочие моменты вы можете обсуждать со мной, но дальше этих стен… Сами понимаете.
Я кивнул и устроился поудобнее, глотнув крепкого вина. Меня не покидало ощущение, что после этого разговора вся моя жизнь изменится.
— Маги и люди никогда не жили дружно, — начал Гласс. — На протяжении последних столетий между нами держится хрупкий мир. Но чем дальше, тем становится сложнее. Маги забыли свое место, начали требовать большего. Их мало, они скрытны, сильны. И даже при этом умудрялись нам завидовать. Вы слышали, что они воруют детей?
Я удивленно приподнял брови. Это не похоже на ту историю, что рассказывал Лерчик.
— Да, в народе ходят скверные истории, что, дескать, детям дают «Око» и потом их увозят в неизвестном направлении. Это касается только простых людей. Посмели бы они забрать ребенка барона или графа! Нет, конечно, — покачал головой Гласс, — были попытки, но пара вооруженных столкновений и перекрытие поставок продовольствия решило вопрос.
— А много вообще магов?
— В последнее время все меньше и меньше. Они уходят в подполье и, как мы установили, готовят какую-то пакость. В этом вам предстоит разобраться. Однако мне известно, что вы уже начали работать в эту сторону.
Я молчал, смотря Глассу в глаза. Что же он имел в виду?
— Огненный маг. Мои люди видели, как он на вас напал. К сожалению, они никак не успевали вам помочь. Вы показали удивительный уровень владения способностью. К слову, слежка была не за вами с вашим другом, а за магом.
Мысленно скривившись, я поставил себе в памяти пометку более тщательно наблюдать за обстановкой. Неприятная ситуация.
— Мне все любопытно узнать, как вы его убили, — обронил Гласс, отпивая вина. — Неужели в этом была такая необходимость?
— Спешу вас расстроить, это не моих рук дело. Маг был под клятвой молчания. И попытка разболтать секретную информацию привела его к… — я на секунду задумался, как это объяснить, — его тело просто вскипело.
Теперь настала очередь удивляться барону.
— Клятва, говорите. Весьма и весьма интересно. А на какую тему был разговор?
— Он начал говорить про то, кому будет жаловаться. Видимо, что-то связанное с Орденом.
— Вы так и не выяснили, кто они?
— Нет, — поморщился Гласс.
— А исследовательский центр? Он чем занимается?
— Ничем интересным, — отмахнулся Гласс, — сказками для людей. Все мечтают выяснить природу магии. Мы иногда даем им свежие данные, чтобы не заскучали совсем.
А вот это уже меняет дело. Поэтому история о первом конфликте магов и людей так сильно разница.
Как же мне не хотелось влезать в эти политические интриги и подковерные игры! С другой стороны, для меня это отличный шанс подняться по карьерной лестнице, да и набрать вес в обществе. Чтобы ни один Булатов даже и подумать не смел про нас.
Я позволил себе улыбнуться.
— Расскажите мне все, — сказал я Глассу. — Я в деле.
И он довольно кивнул.
* * *
Виталий Захарович дернул ставший слишком свободным ворот рубашки и скривился. Вся его затея с вином Эгерманов вылетела в трубу. А так все хорошо все начиналось! И с чем он остался?
Булатов подхватил со стола помятые листы с отчетами. Он уже раз десять пытался их выбросить в мусорку, но каждый раз останавливался и раз за разом перечитывал строчки. Ему нужна была хоть какая-то зацепка, чтобы найти выход из полного… краха.
Предприниматель вложил немало денег на подкуп чиновников, наём подставных сотрудников, дорогие подарки нужным людям. И все впустую.
Но он не мог так просто остановиться. Эта винодельня сводила его с ума. Каждый раз, когда он видел на витрине очередную бутылку с семейным гербом Эгерманов, ему хотелось разбить ее.
Один раз нервы сдали окончательно, и Булатов нанял людей сжечь магазин.
Этого было мало.
Виталий Захарович давно уже потерял сон и аппетит. От него отвернулась супруга, друзья и партнеры.
Даже верный помощник и тот начал бросать на Булатова косые взгляды. И нужно бы уже остановиться, пока все не рухнуло окончательно, но…
В дверь осторожно постучались. У Булатова дернулось веко.
— Войдите, — проворчал он, не посмотрев на дверь.
Он знал, кто к нему пришел. Настроение от этого испортилось только сильнее.
— Надеюсь, у тебя хорошие новости, Игорь.
Всегда собранный и спокойный помощник зашел в кабинет и вдруг нерешительно остановился. В руках он сжимал тонкую папку с бумагами.
— Да, не молчи ты! — заорал Виталий Захарович. — Говори, что там еще⁈
— Ищейки канцелярии добрались до одной из наших «пустышек». Компания закрыта. Активы аннулированы. Проверяются сделки.
— И что ты делаешь, чтобы этому помешать⁈
— Мы сворачиваем все проекты и бросаем все силы на защиту.
— А винодельня?
— В том числе.
Раздался еле слышный хруст бумаги. Две пары глаз скрестились на смятых документах в руках Игоря.
— Это что? — спросил Булатов.
— Новости.
— Отдай сюда, живо!
Он выхватил папку из рук Игоря и жадно впился в несколько скупых строк. А потом поднял взбешенный взгляд на помощника.
— Да вы там что, с ума посходили⁈ — вскричал Булатов, швыряя бумаги на пол. — Как это долги⁈ Откуда⁈
— В связи с закрытием нескольких филиалов… — начал Игорь.
— Замолчи! — оборвал его Виталий Захарович, — Замолчи! Слышать ничего не желаю! Все кончено! Это полный провал!
Он рухнул в кресло, запутавшись в полах пиджака. И когда он стал таким огромным?
Булатов шумно выдохнул, дернул ящик стола и достал полупустую бутылку. Игорь тут же поставил перед начальником пузатый бокал.
Виталий Захарович долго смотрел на отблески света в хрустале, а затем вдруг размахнулся и швырнул коньяк в стену. Игорь едва успел прикрыть глаза от брызнувших во все стороны осколков. Он перевел взгляд на начальника и начал отходить к двери.
— Стоять! — загремел голос Булатова. — Скажи мне, это же все Эгерман? Он во всем этом виноват? Я же просил разобраться с ним! Убить его!
— Виталий Захарович, бомбы…
— Да мне плевать, как ты собирался это сделать! Он! Должен! Быть!
