поступили под начало барона Гласса?
— От вас ничего не утаить, — усмехнулся я. — Да, все верно. Буду, так сказать, работать на благо родины.
— Похвально, — вмешался Авдей Станиславович и огляделся. — Пока Павла Николаевича нет, расскажите лучше про винодельню. Меня заинтриговали слова Семена Игнатьевича. Я уж испугаться успел, вдруг пропадет вино Эгерманов с прилавков магазинов! Это была бы страшная потеря для меня и общества в целом.
Рядом с ним удобно устроилась высокая шатенка в зеленом наряде и положила на Авдея Станиславовича одну ногу.
— А я слышал, — вмешался рыжий толстяк, — там был чуть ли не захват!
Все взгляды снова устремились на меня.
— Захват не удался. Виновные в скором времени понесут наказание. Сейчас винодельне ничего и никто не угрожает.
Я внимательно следил, как на лице главного по финансам мелькнуло удовлетворение.
— Семен Игнатьевич, как раз хотел спросить вашего совета по этому поводу, — обронил я.
— Внимательно вас слушаю, ваше высочество, — добродушно отозвался он.
— Как сделать так, чтобы в будущем никто не мог даже подумать над присвоением имущества моей семьи? Вы же опытный человек в таких делах.
— Да, Семен Игнатьевич, расскажите и нам тоже, — с усмешкой отозвался Юрий Дмитриевич, любуясь девушкой в желтом платье с откровенным вырезом на юбке.
— Просто нужно внимательно читать то, что подписываете, — отмахнулся толстяк.
— Наверное, часто такое бывает, — задумчиво сказал я.
— Постоянно! Скажу вам по секрету, я сам не все читаю, но у меня есть целый штат юристов, которые за это отвечают.
— Наверное, они и подсказывают, какой договор более выгодный? — улыбнулся я.
— Конечно, там не только они, но еще и два кабинета аналитиков. И муха не проскочит. Я все про это знаю! — он приобнял доставшуюся ему брюнетку с вырезом, казалось бы, до пупка, и глотнул шампанского. — Мне известны все лазейки.
— Что вы говорите, — потянул я. — Напомните, откуда вы про винодельню знаете?
— Так, все об этом говорят, — глядя мне в глаза, сказал он.
Точнее, пытался, ведь его взгляд все время соскальзывал в вырез платья сидящей рядом брюнетки. Семен Игнатьевич опрокинул бокал в себя и потребовал еще.
— Помню, попался мне на глаза отчет один, — повеселев, сказал он. — Как раз о поставках вина. Смотрю на него и думаю, интересная какая ситуация! В нашем краю — единственная винодельня. Обороты хоть и средние, но зато стабильные. Управленец хороший. Подумал тогда, вот повезло Эгерманам.
Его речь прервал полет блондинки, которая съехала с колен Григория Павловича. Девушка картинно охнула и усиленно ерзать между мужчинами, чтобы выбраться. Юбка ее платья задралась и оголила ногу до бедра. Красивую, к слову, ногу.
Я машинально провел рукой по своей фее, она в ответ замурлыкала мне всякие непристойности. Но я не слушал, я внимательно наблюдал за Григорием Павловичем, который на мгновение нахмурил брови.
«Повезло, значит. Ох, Семен Игнатьевич, не с твоей ли легкой руки Булатов так загорелся идеей делать свое вино?»
— Да, повезло, что тут скажешь! — снова улыбнулся я, но взгляд остался холодным.
— Вы теперь поставщики императорского двора. Считайте это гарантией безопасности. Только если сами не захотите продать, — заметил Авдей Станиславович.
— Не захочу, — ответил я.
К нам тихо подошел один из распорядителей и протянул какую-то записку Семену Игнатьевичу. Тот с улыбкой принял ее, развернул и вдруг побледнел.
— Плохие новости? — с интересом спросил я и склонил голову к плечу.
— Прошу меня извинить меня, господа. Олег Валерьевич хочет меня видеть.
Он отпихнул девушку и нетвердой походкой покинул наше общество.
— Дойдет ли? — потянул Авдей Станиславович. — Что же там такого важного, что могло Семена оторвать от выпивки и девушек?
Думаю, что я знаю, в чем причина.
Перед тем как я уехал от Зурова, он пообещал мне сразу же поехать в канцелярию. Видимо, уже доехал.
— А кто такой Олег Валерьевич? — с ленцой спросил я.
— Так руководитель пятого отделения министерства. Плетанов Олег Валерьевич. Жесткий, справедливый и главный по экономике.
Я удивленно вскинул брови.
— Не волнуйтесь, к нему на ковер можно попасть, только, если у него состоять на службе, или сильно отличиться, — ухмыльнулся Авдей Станиславович. — Но чтобы вот так вызвать…
Он покачал головой и кивнул кому-то. К нему юркой рыбкой подбежал темноглазый мужчина с крупной родинкой над бровью. Он вежливо нам поклонился, выслушал несколько фраз от своего руководителя и быстро вышел.
— Новости нужно узнавать по горячим следам, — сказал Авдей Станиславович и погладил шатенку по спине.
Разговор плавно перешел на обсуждение последних сплетен, не касающихся, слава святым наместникам, меня и винодельни.
Девушки активно развлекали нас, не забывая подливать в бокалы шампанское. Алкоголь уже ударил в голову, и я решил схитрить, ускорив организм магией. На трезвую бы не решился. А тут — раз и помогло. Я глубоко вздохнул и глянул на остальных.
Авдей Станиславович вовсю шарил руками под юбкой шатенки, Юрий Дмитриевич не отрывал взгляда бокала, а Григория Павловича обнимали уже две девушки — блондинка и шатенка, оставшаяся без Семена Игнатьевича.
Кстати, о нем. Не прошло и часа, как человек Авдея Станиславовича вернулся. Он снова наклонился к нему и что-то горячо зашептал на ухо.
Реакция старичка была интересной: его глаза резко распахнулись, лоб пошел морщинами, губы скривились.
Он аккуратно снял с коленей девушку и махнул остальным феям, чтобы нас оставили одних.
— Господа, произошла крайне неприятная ситуация, — мрачно сказал он и внимательно посмотрел на меня.
Глава 17
— Нет, нет и еще раз нет! — кричал граф Самойлов, директор исследовательского центра, сжимая пудовые кулаки. — Субботин, что за манера предлагать мне такую нелепицу⁈ Мне того раза хватило! Месяц потом разгребали!
Игнат Филиппович с вызовом посмотрел на руководителя и скрестил руки на груди.
— Лука Кузьмич, послушайте меня! Это же идеальный вариант!
— Чушь. На кой ему вся эта белогорщина? Он военный! Ему до одного места ваши исследования.
— Он проявил смекалку в вопросах магии. Я же не предлагаю его нанять на работу, — напряженно сказал Субботин. — Просто иногда консультироваться. Если поймем, что он нам подходит — переманим. Предложим больше денег! Ну что ему, как военному, там платят! Всех можно купить! Тем более,
