не самый наш блистательный полемист, – популист Владимир Вольфович Жириновский – а какой-нибудь косноязычный негр преклонных годов, у меня все равно не было бы шансов на победу. (Пауза.) Я пришел сюда, чтобы апеллировать не к эмоциям, не к страстям и предрассудкам, а к разуму. Смертная казнь ни с каких точек зрения не может быть принята».
Когда я звонила Генри Марковичу и приглашала на этот эфир, он сразу сказал, что не провидец, но знает, каков будет итог. Но он не из тех, кто опускает руки, он из тех, кто борется до конца. Конечно, он нацелен на победу. Спортсмен в прошлом (капитан баскетбольной команды), в нем желание победить – естественное. Но как адвокат он знает, что нельзя бояться проигрыша. Без проигрыша в трудном деле нет движения вперед. Он, конечно, боец. Слушает, слышит, отбивает удары, наносит свои.
В павильоне жара. Резник, не сбавляя оборотов, выдает триаду из аргументов: «Столетние наблюдения за движением преступности показали: никакого (он делает упор на слове «никакого») влияния на снижение преступности смертная казнь не оказывает. (Пауза.) Второе. Ошибки, ошибки. Судебные ошибки неизбежны при любой системе судопроизводства. Смертная казнь делает судебную ошибку необратимой. С нашими судами и с нашими правоохранительными органами требовать применения смертной казни – это обрекать 15 % невиновных людей на смертную казнь. Третье. Смертная казнь ужесточает нравы, она устраняет покаяние, примирение».
Тут я повторю вслед за Чеховым (он был в свое время на судебном процессе с участием гениального адвоката Плевако и вот как потом описывал свои впечатления): «Образных выражений, хороших мыслей и других красот многое множество. Дикция лезет в самую душу, из глаз глядит огонь». Харизма! Точнее, чем мастер, ее не опишешь. Умение пробивать стены, касаться души силой сказанного тобой слова. Касаться словом! Смелость, свобода, энергия. И конечно – точные слова, ни одного лишнего, «ни единого слова зря».
Но вернемся на «Поединок». Раунд продолжается. Жириновский неутомимо гнет свое: «Повесить на центральной площади Кущевки не только бандитов, но и начальника милиции, и главу администрации, и прокурора. Всех казнить! Тогда покрывать никто никого не будет. Мы повесим на центральной площади 15 человек за то, что случилось 5 ноября. И депутатов местных… сорвать погоны с начальника милиции перед всей страной… и в Нижний Тагил его».
Интересно так, что не оторваться. Но напомню: в фокусе нашего внимания сейчас харизма и один из основных ее инструментов – красноречие, умение убеждать.
Что отличает харизматичных спикеров больших и знаковых для страны ток-шоу, знаете? Скажу. Яркость, свобода речи, выразительные паузы, внутренняя структура, умение говорить просто о сложном, доносить свою идею коротко, понятно. Каждый из героев программы максимально убедителен и искусно управляет вниманием аудитории. А ее симпатии раскачиваются то в одну сторону, то в другую, как на качелях. И один прав, и другой.
А еще тут важен голос. Пока спикеры бьются, несколько слов и о нем – это ведь основной инструмент оратора, и даже больше – влияния. Повизгивающий временами на поворотах, словно при заносе, у Жириновского и твердый, выразительный тембр Резника. В нем мощь, энергия, уверенность. Сказал как отрезал.
«Владимир Вольфович, не устраивайте, пожалуйста, балаган. Давайте соблюдать корректность в споре. Ситуация такая: у нас жестокие убийства совершаются не единицами, не десятками – многими тысячами. Когда преступность приобретает массовый характер, причину надо искать не внутри этих людей, не внутри их особых зверских качеств, а снаружи, то есть в социальных условиях.
Теперь в отношении применения смертной казни, даже публичной. Отмотаем на несколько веков назад. Пять веков назад, три сотни лет. Тогда устраивали публичные казни. Считалось, что это устрашит преступников. На глазах у всех вытягивали кишки, снимали кожу, варили публично в кипящей лаве, воде, вине. Четвертовали и прочее. Почему отказались от смертной казни? Наблюдения, а тогда не было статистики, наблюдения показывали: в той местности, где применялась смертная казнь, после этого росла преступность. Ожесточение нравов. Смертная казнь только ожесточает людей».
Ударил гонг. Раунд завершен, но спикеры его не слышат.
– Эта статистика обманчивая. Они всех убили уже. Им больше убивать некого.
– Прекрасно, так если некого убивать, зачем смертная казнь? – метко отбивает удар Резник. И добавляет, обращаясь к аудитории: «В отличие от поверхностно образованного Владимира Вольфовича, я – специалист-криминолог. Эту проблему я изучал многие-многие годы».
У героев программы кураж. Им непросто друг с другом, но видно, что интересно. Достойные противники! Продолжают бороться, причем стоя. Все полтора часа! Это требует большой физической выносливости. Сидеть ведь гораздо проще, чем стоять перед публикой в полный рост. Об этом мало кто думает, но это так. Что помогает этим уже немолодым мужчинам? Наверняка у них включается «самозавод». Они и сами заряжаются от того эффекта, что производят. Это такая волна, которая выносит их на гребень. То есть они производят энергию, направляют волны, щедро делятся своим внутренним электричеством и получают его обратно. Их энергия совершает круговорот.
В программе про смертную казнь победу одержал Жириновский. Что да, было ожидаемо. По данным социологических опросов тогда 79 % россиян считало смертную казнь в России приемлемой. Наши зрители активно голосовали во время эфира. Цифры сторонников казни росли как на дрожжах. Но Резник не сдавался, он все доставал и доставал новые аргументы. До самого финала. Вот это школа. Вот это умение убеждать. Вот это харизма.
В итоге:
Человек, обладающий харизмой, легко общается со всеми и получает массу преимуществ от этого общения. Для него нет проблемы вступить в разговор с кассиршей в продуктовом магазине или с известным политиком. Харизматик обладает иной степенью свободы, нежели остальные. И именно это позволяет ему не чувствовать никаких ограничений в общении и добиваться гораздо большего, чем те, кто таким преимуществом не обладает.
Задание. Представьте, что вы разговариваете по скайпу с Джо Байденом. Расскажите ему о том, что вас беспокоит в российско-американских отношениях.
Хронометраж: 2 минуты.
Вместо послесловия
Конструктор
