— Когда мне было пятнадцать, — произнесла Аманда глухо, — У меня было видение. — Она сморгнула слезы, вцепившись в столешницу позади. — Тогда они часто появлялись. И всегда сбывались. В том видении моя лучшая подруга погибала в автокатастрофе. Я видела ее. Я чувствовала ее панику и слышала последние мысли, промелькнувшие в ее сознании перед тем, как она умерла.
Кириан стиснул зубы от боли, слышимой в голосе девушки. Он взял ее руку с ледяными дрожащими пальчиками.
— Когда я увидела ее в школе, то сделала все, чтобы удержать от поездки домой с Бобби Тибидо. Я даже рассказала ей о моем видении. — Слезы вновь покатились по лицу Аманды. — Она не послушала меня, сказав, что я глупая, подлая и завидую, потому что Бобби выбрал ее, а не меня.
Она покачала головой, вновь переживая тот день.
— Я не завидовала ей, Хантер. Я просто не хотела, чтобы она умерла.
Он погладил ее пальцы, пытаясь согреть холодные руки.
— Я знаю, Аманда.
— Она забралась в машину, а я кричала, чтобы она вылезала оттуда. Все в школе пялились на меня, но мне было все равно. Табита оттащила меня назад, чтобы они могли уехать и все вокруг смеялись.
Аманда облизнула пересохшие губы.
— Они уже не смеялись на следующее утро, когда выяснилось, что те двое погибли по пути домой. Одноклассники называли меня сумасшедшей. Следующие три года никто не хотел общаться со мной. Я была той самой странной девочкой, которая видит разные вещи.
Глаза девушки сверкнули гневом, когда она взглянула на него.
— Скажи мне, какая польза от этих способностей, если из-за них люди боятся меня. Почему я вижу то, чего не могу изменить? Что в этом хорошего?
У Кириана не было ответа. Все, что он мог, это чувствовать ее внутреннюю боль и замешательство.
— Разве ты не понимаешь? — продолжила Аманда, — Я не хочу знать будущее, когда не могу предотвратить его. Я хочу быть нормальной, — настаивала она, и ее голос сорвался на последних словах. — Я не хочу быть такой, как Талон или моя бабушка и слышать, как мертвые говорят со мной. Я не хочу знать, что чувствуешь ты. Я просто хочу жить, как все. Разве ты никогда не хотел того же?
Закрыв глаза от неприкрытого страдания охватившего сердце, Кириан выпустил нежность ее кожи из своих рук и сделал шаг назад.
— Если бы я даже и хотел, это бы ничего не изменило.
Аманда замерла от выражения на его лице. Каким-то образом она ранила его.
— Прости меня, Хантер, я не имела в виду…
— Все хорошо, — медленно произнес он. Кириан придвинулся к стулу, и она видела, как он хватается за его спинку. Аманда ощущала его боль, несмотря на все старания мужчины скрыть ее.
— Ты права, — произнес он, наконец. — Случаются моменты, когда я скучаю по ощущению солнечных лучей на лице. Мне не хватает стольких вещей, что я даже не могу их сосчитать. Я давно выучил — лучшее, что можно сделать — это перестать мучить себя воспоминаниями о них. — Кириан взглянул на девушку, и жар его глаз опалил ее. — Но такие, как мы, владеют особыми силами. Мы не можем стать нормальными.
Аманде не хотелось этого слышать. Ее сердце отказывалось принимать его слова.
— Может быть, ты и нет. Но я могу. Я больше не позволяю себе ощущать эти способности. Они для меня мертвы.
Он горько рассмеялся.
— И ты думаешь, что это я упрямый.
— Хантер, пожалуйста, — взмолилась она, ненавидя агонию, которую слышала в своем собственном голосе, — Я просто хочу вернуться в позавчера. Я бы хотела проснуться и понять, что все это всего лишь ночной кошмар.
В этот самый момент Аманда ощутила нечто, испугавшее ее. На мгновение проявились способности, о которых говорил Кириан. И эти силы рванулись сквозь нее, когда она услышала его мысли.
Хотела бы никогда не встречать меня, ты имеешь в виду.
Аманда потянулась к нему.
— Хантер…
Он уклонился от ее прикосновения и подошел к столику, где лежал телефон. Кириан поднял его и протянул ей.
— Позвони Табите и скажи ей оставаться у матери до пятницы. Она может выходить в дневное время, но после наступления темноты должна обязательно быть внутри.
— Ей это не понравится.
Бешеная ярость разгоралась в глубине его полночных глаз.
— Тогда пусть твоя мать привяжет ее. Мы не с обычными вампирами имеем дело. Эти Даймоны обладают какими-то чрезвычайно опасными силами, и пока я и Талон не выясним, что они из себя представляют, Табита должна залечь на дно.
— Хорошо, я сделаю, что смогу.
Он кивнул.
— Пока вы будете говорить, я переоденусь.
Аманда с тяжелым сердцем смотрела, как Хантер выходит из комнаты. Она не хотела, чтобы он оставлял ее, даже на такой короткий миг. Девушка чувствовала странную необходимость пойти за ним и помочь ему сбросить эту одежду…
Вместо этого она набрала номер сотового Табиты.
— О, слава богу, с тобой все в порядке, — произнесла Табита дрожащим от слез голосом. — Полиция только что сообщила мне о пожарах, и я знала, что ты должна была быть дома в это время.
Глаза Аманды тоже наполнились слезами, но она сдержала их. Плачем нельзя было ничего достичь. Дома были разрушены и никакие слезы в мире не могли их вернуть. На чем нужно было сосредоточиться, так это на том, как избежать гнева Десидериуса.
— Как Эллисон? — спросила она, пытаясь отвлечься от страха.
— С ней все хорошо. Ее мама уже в больнице. Я уже еду, чтобы навестить ее. Никто не знает, что с Терминатором.
— Он у меня.
Табита с облегчением выдохнула.
— Спасибо, сестренка. Я задолжала тебе. Так, где ты сейчас?
Это был вопрос, на который Аманда страшилась отвечать. Табита взорвется, когда выяснит.
— Я бы не хотела об этом говорить, — уклонилась она.
Молчание.
Оно продолжалось несколько минут и все, что слышала Аманда, был гул проезжающих машин.
Табита пыталась прочитать ее. Черт!
Сестра заговорила в тот самый момент, когда Аманда подумала об этом.
— Ты снова с тем вампиров, ведь так?
Аманда сжалась. Как сказать сестре, охотнице на вампиров, что она потеряла голову от одного из них и собиралась провести ночь в его доме?
Тут не было легких путей.
Вздыхая, девушка попыталась придумать, как объяснить это.
— Он не вампир.…Не совсем. Он больше похож на тебя.
— Угу, — протянула Табита. — Чем похож? У него есть грудь? Парень? Или он просто любит убивать?
Аманда стиснула зубы.
— Табита Лэйн Девро, не будь такой стервой. Я знаю, что ты тоже не любишь убивать, и я не собираюсь играть с тобой в «Двадцать вопросов». Тот, кто напал на меня в твоем доме, очень опасен и мне не нравятся другие пугающие вещи, с которыми ты связана. Хантер хочет, чтобы ты сидела тихо и я с ним согласна.
