не принадлежащие ни одной из уже известных вам плоскостей и ведущие межплоскостное существование, а также третьи силы, принадлежащие другому объему. Да, есть такое — пеленание и пропитывание смолой именно бесплотных проекционных теней, но в случае с последней проекцией телки Рябинки произойдет совершенно другое: ее не будут пеленать и пропитывать, но мертворожденные призраки просто случайно забудут о ней, и она будет лежать в замурованном помещении, без доступа света и воздуха и вредных влияний, так долго, что превратится в подобие мумии, оберегаемая побочными и третьими силами.
— А что означает, Пастух, в замурованном помещении? — взволнованно поинтересовалась рыжая Сонька. — Они что, замуруют ее кирпичами?
— В проекционном понятии это будет выглядеть так: дверь в ее комнату закроют на ключ навсегда и больше никогда не откроют, забыв про нее.
— А что за силы помогают проекциям переходить из одного состояния в другое? — спросила Елена.
— Силы эти, Елена, обозначаются просто: Куклы и Тени теней, — они и заведуют подобными превращениями, никогда не бросая проекции на произвол, как говорится на неправильном языке, судьбы и опекая их от самого появления в проекционной иллюзии и до перехода в другие, разные состояния. Куклы вообще-то распределяют кого куда, Тени теней же управляют случайностями…
— Впервые слышу, Пастух, что кто-то, кроме недосягаемых для нашего понимания великих Создателя и Намерения, распределяет и управляет, — сказала Елена.
— Все это, Елена, касается потустороннего мира и для скотины, для сущностей не особенно важно.
— А куда, Пастух, распределяются призраки, что означает «кого куда»? — спросила Буянка.
— Об этом, Буянка, знают только эти самые Куклы, которые находятся между проекционной иллюзией и вашим вечным существованием и, несомненно, обладают более развитым интеллектом, чем ваши ничтожные мертворожденные тени. Не зря же, когда эти призраки пытаются разговаривать с Куклами, причем обращаясь к ним как к каким-то примитивным игрушкам, последние тактично и изящно молчат, не желая выказывать своего полного превосходства над бессмысленными созданиями. Любая кукла безмолвна лишь с виду, но для чего же тогда проекции, едва появившись по ту сторону реальности, начинают разговаривать с ними и продолжают делать это до старости? Так-то, телки, подумайте. Кукла, в отличие от призрака, не умирает, ее можно поразорвать, растерзать, повыдирать из нее внутренности, но все равно, собранная, склеенная или сшитая, она возникает снова и снова, поскольку телом ее владеет межплоскостная, побочная сила, преодолеть которую не способно ни одно известное существо, тем более какая-то там проекционная тень. Если же аккуратно и бережно относиться к Куклам, то они лишь бесконечно стареют, и то единственное серьезное, что может случиться с ними, — забвение, и это будет называться «забытая Кукла»… Но все равно много спустя она появится в руках какой-то проекции и тогда продолжит ею же управлять. Если на плоскости распределением движения руководит высший закон, то в призрачном мире этим заведуют Куклы, которые дергают ниточки, приводя в действие проекции и распределяя их по заданным направлениям: кого куда. Очень легко понять, что сама тень двигаться не способна без участия того, кто отбрасывает ее. Но не могут же ваши тени повторять те движения, которые совершаете вы, сущности и коровы, передвигаясь по великим кругам Божественной плоскости! И поэтому мертворожденные призраки были бы неподвижны, как камни, если бы Куклы не дергали за эти самые ниточки! Куклы, коровы, не подчиняются никому и, ведя межплоскостное существование, имеют выход ко всем плоскостям и даже тем сферам, которые недоступны нашему пониманию. Куклы — создания странные, и по могуществу своему приближаются к нам, Пастухам, и даже Хозяину, но только в проекционной иллюзии. Здесь же, на плоскости, их не увидишь. Некоторые проекции издавна, завидуя обманчивой безликости Кукол, пытаются превратить себя в них, делая себе операции по стиранию призрачных черт, сущностью же своей при этом стараясь уйти в примитивное мышление и упростить свою жизнь, не зная того, что тем самым они полностью теряют внимание к ним со стороны истинных Кукол, которые не считают возможным опекать какие-то глупые, несерьезные подражания… И даже коровы сущностями своими покидают эти искаженные, изуродованные проекции и больше не возвращаются в них, оставляя их в бессущностной внутренней пустоте и без того жалкого, мертворожденного мира. Да, Куклы — странные силы и иногда возбуждают в проекциях совершенно обратное подражанию: необъяснимую, непримиримую ненависть… В таких случаях мертворожденные призраки сжигают соломенные подобия Кукол, предполагая при этом, что уничтожают подобия не полюбившихся им проекций и не зная того, что на самом-то деле пытаются уничтожить Куклу, поскольку именно Кукла всегда в критических ситуациях приходит на помощь той проекции, которую она опекает. Куклы, как я говорил, не принадлежат Божественной плоскости, но символическое воздействие на них не поощряется великим законом, поскольку покушается на вечное, незыблемое, установленное навсегда из недосягаемых сфер, посягать на которое не вправе даже Хозяин. За это воздействие на чучело, за сжигание его, здесь, на плоскости, наказываются те сущности, проекции которых это воздействие произвели, наказываются очень строго и даже особо строго — как за посягательство на великий закон. Если же чучело сожжено бессущностными проекциями, то души последних расплачиваются за это в том месте, где сходятся несколько плоскостей, то есть в промежуточной плоскости, где небесные Пастухи превращают их, как и обидчиков рыжих, — если вы помните, — в нечто несуществующее, но вечно чувствующее себя… Это, коровы, ужасное состояние, и слава Хозяину, что подобное наказание не предусмотрено для коров!
Тут телки усиленно засопели, обдумывая речь Пастуха, вызывающую тревогу некоторыми созвучиями, такими как «повыдирать внутренности», «стирание призрачных черт», «сжигать соломенные подобия», «обидчики рыжих»… Впрочем, тут высказалась Елена.
— Я думаю, все не так уж и страшно, и нечего волноваться, поскольку все сказанное касается только теней, — сделала она вывод, и телки облегченно вздохнули, доверяя не собственным чувствам, но рассудительности Елены, которая всем казалась неоспоримо умной, обогнавшей их по развитию коровой. — Вы, Пастух, — продолжала Елена, — упомянули еще Тени теней, силу, заведующую случайностями.
— Тут, Елена, несколько проще, но и сложнее. Проекционные тени отбрасывают тени же, и это и есть Тени теней. Это не сущности и не призраки, Тени теней принадлежат другому объему, который соприкасается с Божественной плоскостью лишь одной своей невидимой гранью, но не появляются здесь никогда. Тени, отбрасываемые тенями же, более чем тени, и уже по одному тому признаку, что эти вроде бы вторичные тени не может воспроизвести ни одна из вас, сущностей, можно судить о том, что это намного более высокоразвитые создания, чем те, которые их отбрасывают. Тени теней существование свое ведут в других, неизвестных мирах, и бессмысленные проекции,
