- Расскажите что-нибудь о Сереже, - попросила она.
- О Сереге можно говорить много, - стесняясь доверчивости Наташи, сказал я и медленно опустил глаза, делая вид, что рассматриваю кусочек лимона, плавающего в моей чашке чая.
Я поддевал этот золотистый кусочек чайной ложечкой, и наконец - нагнулся к чашечке и ловким движением все-таки поддел лимонную дольку к себе в рот.
Под откровенный хохот Наташи я стал демонстративно, морщась от горячего и кислого лимона, жевать и корчить страдальческие рожи.
- Да... - затаившись на мгновение после карикатурного представления, произнес я и оперся сдержанно нежным взглядом на Наташу. - Серега мой близкий друг, - заговорил я через некоторую паузу. - Мы с ним долго сходились, но потом... понимали друг друга твердо.
- А как вы с ним познакомились? Мне все интересно, расскажите, - оживившись, попросилась в мои глаза Наташа. И тут мне в голову пришла вполне оправданная мысль: разговариваю с Наташей, но это я знаю как ее зовут, но не Гриша.
- Вы извините, - уверенно обратился я к своей собеседнице, - но вы до сих пор не представились мне, мы с Серегой последних три года до его болезни мало видились и я не знал, что он женат!
- Честное слово, Гриша, я вот с вами сижу сейчас, разговариваю и у меня такое впечатление, что я знаю вас уже давно, даже некоторые ваши движения удивительно знакомы, откуда, не пойму. Наташа... меня зовут Наташа, - сказала она, опомнилась от задумчивого рассуждения вслух. "Меня зовут Наташа... Наташа - запомни", - молниеносно прозвучало у меня в душе. От этих воспоминаний я не заметил, как промолчал некоторое время.
- Эй, да вы что, меня не слышите, Гриша?
"Наташа.. меня зовут Наташа - запомните".
- Да, извините, - вернувшись к настоящему моменту, отозвался я.
- Что это с вами? - спросила Наташа.
- Да нет, ничего, вспомнилось, как я познакомился с Сергеем, - соврал я. Когда я работал на теплоходе, у меня был друг Миша, и я стал рассказывать, как я с ним познакомился, как Сергей, чтобы хотя бы в перечислении событий не выдумать, не врать, а походить на подлинного рассказчика:
- Я тогда еще был совсем сопляком, а Серега вообще в пацанах, практику у нас на "Дунае" проходил, от речного училища.
- Вы плавали по Дунаю? - поинтересовалась Наташа, заботливо слушая мой рассказ.
- Нет, это теплоход так назывался - "Дунай".
- А, понятно.
- Так вот... - приготовился я продолжить рассказ.
- Простите, а вы на теплоходе кем работали? - и Наташа улыбнулась, словно догадалась о чем-то.
- Боцманом, - ответил я.
- Я так и знала, - не выдержав, рассмеялась она, - не обижайтесь, ради Бога.
- Да я и не обижаюсь, но боцман действительно должен быть увесистым на корабле.
- Ну да, это потому, что вы матросов гоняете, они потому и худенькие все, а вы себе в это время животик отращиваете. Вы признайтесь - так? Только чур не обижаться!
- Если честно, то немного правды здесь есть, - с огромным трудом заставляя улыбаться Гришино лицо, сказал я для поддержания шутки.
- Вы и Сережу гоняли тоже? Только не врать! - хохотала Наташа.
- Конечно гонял, а что? Он у меня как гвоздик по палубе навытяжку ходил, особенно после нашего знакомства: я его промуштровал.
- Ну и как же это было? - успокаиваясь от смеха, спросила Наташа. - Вы хотели рассказать, как вы познакомились.
- Как было... - И Гришино лицо приняло задумчивый вид. - Ха, - ухмыльнулся я, - дело было так: пригнали их, молоденьких гавриков, три экземпляра - один из них был Сергей.
- Так-так, - подзадорила меня Наташа.
- Я почему-то тогда остановился на нем, выглядел он довольно робко и настороженно, и я решил его в первый же вечер поставить дежурить на вахту и дал ему задание выдраить корму первой палубы. Решил я в конце вахты проверить, как там идут у него дела, спускаюсь на первую палубу, прохожу мимо ресторана (у нас теплоход туристский был) и только выворачиваю из-за угла на корму, а мне в лицо вода как ударит, с ног до головы мокрый, я думал, пробоина случилась, как заору: "Стоп, машина!" - но тут же и осекся: это Серега мне в лицо ведро воды выплеснул, ну, думаю, пацан, сейчас я тебя на канате за борт спущу.
- И спустили? - снова расхохоталась Наташа.
- Да нет, жаль мне стало его - "Простите, простите, я не хотел, я не думал" - передумал я его наказывать, за бортом уже ночь стояла, пришлось раздеваться до плавок и стирать свою одежду, прямо в реке через борт, вода-то была грязная в ведре, не мог же я в таком виде по кораблю мимо моряков пройти к себе в каюту. Постирался и, пока моя одежда сохла, разговорились мы с ним по душам, с моим подопечным. Так и познакомились, так и сошлись. И с того самого вечера крепко, по-мужски понимали друг друга.
Да и Серега перестал робеть, как-то обветрился на реке, солнышком налился, посмуглел, матросский характер в нем прорезался. Ему вообще все очень легко давалось.
Наташа перестала смеяться, будто опомнилась, что сегодняшний день у нее не весел, и она облокотилась на стол и закрыла лицо ладонями.
- Я понимаю, - сказал я, - вам тяжело теперь... А мне можно взглянуть на Сергея?
- На спящего Сергея, - добавила Наташа и встала из-за стола. - Пойдемте, - решительно сказала она и, выйдя из кухни, зашагала через прихожую в зал. И Гришино тело шло за ней.
Мы вошли в зал, Наташа аккуратно отодвинула ширму, огибающую диван, и я увидел себя.
На диване лежало человеческое тело, исхудалое и желтеющее лицо без какого-либо выражения напоминало мумию.
Я лежал в темно-зеленом спортивном костюме, у меня его раньше не было, видимо, его преобрела Наташа.
- Вы что? - осторожно спросила Наташа, взглянув в мое лицо и почувствовав мое внутренее смятение. - Испугались?..
- Нет, но мне очень тяжело видеть Серегу такого. Господи, пусть он скорее проснется, - одержимо произнес я.
- Пойдемте на кухню, - предложила Наташа, осторожно устанавливая ширму на место. И мы возвратились на кухню и молчаливо уселись за стол. Через некоторое время я обратился к Наташе:
- Вы знаете, я вам принес... - И я полез в карман Гришиного пиджака,Наташа оторвала взгляд от стола и обратилась в пристальное ожидание. - Как-то Серега подарил мне сказку о любви, - достав из кармана несколько сложенных листков, исписанных от руки, сказал я, развернул эти листки и подал их Наташе, - может, вы пока почитаете, а я тем временем буду укреплять дверь?
- Нет, прочтите лучше вы, вслух, а дверь мы можем укрепить и в следующий раз, ведь правда? - И она возвратила мне листки. - Я теперь поняла: у вас удивительно много Сережиных жестов, почитайте лучше вы, пожалуйста.
- Ну, дверь-то мы действительно можем укрепить в следующий раз - я, честно говоря, шел в гости и даже не прихватил с собой инструментов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
