Как и предполагала Вэл, вечер не стал выдающимся, притворно зевнув, она стала собираться домой.
– Ребята, я пойду, все равно у меня страйки не идут сегодня, не мой день.
– Лер, ну ты чего? Только начали, разыграешься еще, не виделись столько, – все наперебой начали ее уговаривать остаться.
– Да приеду еще, куда я денусь. Не в последний раз, пойду я, пока, звоните, пишите письма, шлите переводы, – улыбалась Валерия, прощаясь со всеми.
«Слава Богу, отделалась, а что я ждала вообще? Знала, что так и будет, но все равно поперлась». Вэл быстро выходила из боулинга, боясь, что кто-нибудь из знакомых тоже решит уйти и догнать ее.
– Услуги такси не нужны? – В спину прозвучал знакомый женский голос, притворно растягивающий слова, в шутливой попытке сделать его томным.
– С каких пор ты стала заниматься частным извозом, что муж не обеспечивает? – Вэл не остановилась и не обернулась.
– О, ты продолжаешь быть со мной сукой. Раз уж ты тут, давай для разнообразия объявим перемирие. Хотя, я уже привыкла к твоему поведению. – Женщина все так же шла позади.
Валерия резко остановилась и развернулась. Не успев среагировать, спутница врезалась в нее.
– Не привыкай ни к какому моему поведению, Юля – тебе это не потребуется. Ты за мной следишь?
– У меня нет другого выхода, ты же меня избегаешь, на звонки не отвечаешь, на sms тоже, что мне остается? – Юлия прислонилась к Вэл, почти повиснув на ней.
– Я не успела соскучиться, слишком часто с тобой встречаюсь в последнее время. Так что жди звонка. Как соскучусь, так сразу позвоню. – Валерия скривила губы в мрачной усмешке, она отстранилась от девушки, так же резко, как и повернулась.
Юля чуть не упала, потеряв опору, чертыхнулась, но последовала за Валерией.
– Давай подвезу тебя до дома, отдам долг. Ты же меня подвозила до гостиницы. А где, кстати, та девушка, к которой ты так трепетно относилась? Она еще не достойна того, что бы ты ее представила маме, как, когда то меня? Или ты ее уже бросила? – Юля старалась задеть Вэл этими словами.
– Это не твое дело. Чего ты добиваешься?
– Тебя, мне казалось – это очевидно. Я скучаю по тебе, по твоим поцелуям, по твоему телу. – В девушке затеплилась надежда, что эта знакомая и такая незнакомая женщина, смягчится.
– Скучаешь по моему телу? Замечательно, где твоя машина? Не будем откладывать, надеюсь, места в ней достаточно, что бы ты получила то, чего добиваешься.
Юля застыла как вкопанная от наглости и циничности предложения.
– Я тебе что, шлюха по машинам спариваться, может и деньги мне оставишь? – В голосе было возмущение.
– Может и оставлю, если попросишь, не все же таксовать тебе.
– Ну, ты и сволочь, – девушка прошла мимо Валерии, оттолкнув Вэл с пути, в спину ей раздался смех. Не оборачиваясь, она села в машину и уехала.
«Вот и славно, надеюсь, ты больше не будешь тратить время напрасно». Поймав такси, она поехала домой.
***
«В Москву, в Москву, в Москву»!
Валерия вдохнула полной грудью, выйдя из самолета. «Как будто вырвалась из темницы. Не подумала бы, что будет настолько невыносимо возвращение туда. Я даже не понимала, в какой тюрьме себя держала столько лет. Год за годом вместе с этими снегами, морозами и дождями из меня уходила жизнь. Короткие побеги во время отпуска оживляли меня на время, но от этой жизни мало что оставалось уже спустя наделю после возвращения».
Она любила Москву. Тут нашла друзей, тут ее ждали, любили, ненавидели, страстно желали. Тут она щедро дарила любовь и слезы, любила и страдала сама. Любила бешеный ритм дня и разгульную ночь. Тут были места, которые она посещала каждый раз, как приезжала. Этот город для нее был символом свободы желаний и чувств. Этот город был для нее мостиком, который не позволял до конца погрузиться в безысходность города, где жила. Этот город был многим, но не домом и когда встал вопрос, куда уезжать она, не задумываясь, выбрала Санкт-Петербург. Там прошла ее студенческая юность, там она впервые влюбилась. В Петербурге она стала осознавать, кем является. Влюбившись однажды в город на Неве, она пронесла эту любовь до сегодняшнего дня, возвращаясь туда, как к себе домой, даже тогда, когда дома там не было. Но Вэл оставила за Москвой право оставаться праздником в ее жизни.
Суета вокруг предстоящих крестин, наконец, закончилась самим обрядом. Родственники Марины и Саши разъехались по домам. Саша со своим другом, который по совместительству стал еще и крестным отцом, с согласия жены уехал в спортивное кафе смотреть футбол, оставив подруг пообщаться наедине.
– Пойдем, уложим твою крестницу спать. – Марина выглядела уставшей, но довольной. – Как тебе понравился крестный отец? Правда, замечательный? Красивый, богатый, холостой.
– Какая прелесть, буду иметь в виду. – Улыбнулась Вэл.
– Все тебе шуточки, он с тебя глаз не сводил весь день.
– Марин, еще слово и я уйду! Спать!
– Уж и слова ей не скажи. – Подруги шептали и посмеивались, укладывая маленькое чудо, по имени Варенька, спать.
Когда ребенок мирно засопел – перебрались на кухню. Марина открыла бутылку вина, поставила фужеры.
– Отметим? Я тоже пару глотков сделаю, хоть и кормлю грудью, думаю не страшно, если чуть-чуть выпью.
– Смотри сама, покрепче есть что? Не хочу вино. – Вэл исследовала холодильник, доставая закуски. – И есть хочу.
– Для тебя в моем доме всегда твоя любимая текила стоит. Только лайма нет, даже лимона нет.
– Ерунда, так сойдет. – Выпив изрядную дозу обжигающего напитка, Валерия расслабилась. – У тебя есть все, чего ты хотела, приятно смотреть, что ты счастлива. Спасибо за Вареньку и что я крестной матерью стала.
– Можно подумать, кто-то другой мог ею стать, мы с тобой полжизни знакомы и ближе подруги у меня нет. Поешь, запьянела уже вон, как ты ее пьешь, не понимала никогда. А ты так и не нашла своего счастья? Почти не общались последние полгода с тобой.
– Не знаю, Мариш. Может, нашла, а может, нет. Мне перезагрузка жесткая нужна. До сорока лет дожила, а куда дальше идти не знаю, не говоря уж о том, чтобы идти с кем то. Не поверишь, я в этом году даже пропустила свой день рождения, не вспомнила даже, если б не звонки и смс.
– Помнишь, сразу после университета ты начинала писать всякие рассказы, у тебя получалось ведь, может быть, этим займешься, если другая работа не нравится?
– Да что я там писала, муть всякую и нравилось только тебе.
– Это потому, что ты никому больше не показывала. – С укором сказала подруга. – Надолго уезжаешь?
– Не знаю, сколько проживется, полугодовую визу сделала. Я человек, не обремененный обязательствами, работой, имеющий средства к существованию.
