Приводя обувь в порядок, Валерия вспомнила, как в Пушкаре (Пушкар – город в штате Раджастан, Индия. Является одним из древнейших городов и священных мест паломничества в индуизме. Там расположен единственный храм Брахмы и священное озеро Брахмы.), так же попав на такую мину, она стояла и ругалась, а проходящая мимо туристка, хиппарского вида улыбнулась искренне и очень светло, объяснив, что не надо ругаться, это к удаче! «Я очень удачливый человек», про себя смеялась Валерия.
– Ахмад, я сюда ненадолго, завтра пойду покупать билет до Варанаси (Варанаси – город в штате Уттар Прадеш. Индия.), переночую у тебя сегодня и завтра. Мне надо как можно быстрей принять нормальный вид.
– Я смотрю, ты знаешь в этот раз куда ехать. – Индиец внимательно посмотрел на женщину. – Пошли, у меня магазин есть, там одежду продаю.
– Да, пошли, чем раньше сниму с себя эти вещи, – Вэл посмотрела на себя, льняные брюки и футболка были не плохи, но не тут и не для нее, которая решила совершить это путешествие в одиночку, – тем лучше. Оденем меня по-человечески.
Подобрав пенджаби (Пенджаби – (сальвар камиз) традиционная индийская женская одежда, состоящая из брюк (шаровар) и платья доходящего до колена с разрезами по бокам, доходящим до талии.), один шелковый, один из легкой хлопчатобумажной ткани, Вэл удовлетворенно кивнула.
– Еще бы волосы куда-нибудь мои спрятать, давай еще дуппата (Дуппата – длинный, широкий шарф, дополняющий пенджаби.) посмотрю. – Выбрав два длинных легких шарфа, она осталась довольна.
– Купи еще, это мало тебе будет. – Валерия посмотрела на него, улыбаясь, этот мужчина, как любой другой индиец, готов был выжать из туриста по максимуму.
– Завтра посмотрим. Пошли, покажешь мне мой номер.
– Да у меня не дорого, ты же знаешь! Покупай, нигде такого не купишь больше! Всего сто пятьдесят долларов за все!
– Ахмаааааааад, – предупреждающе сказала Вэл, она вспомнила, как ей сказал один парень из Англии, живший полгода в этой стране: «отношение к белым людям в Индии очень уважительное. Их, конечно, все хотят нае***ть, но при этом очень уважают!», повеселив этим замечанием.
– Ладно! Только для тебя по дружбе, за сто!
– На тебе восемьдесят и все остались довольными, да? – Посмеиваясь, Вэл наблюдала, как индиец довольно закивал, беря деньги. Даже сейчас она, конечно же, переплатила, но пусть он останется довольным.
Приняв душ, Валерия прилегла на постель и, не смотря на то, что весь перелет проспала, опять задремала. Когда проснулась – был уже день. Одев купленную ночью одежду, накинув на голову длинный, легкий цветной шарф, закинув оба конца за спину, Вэл посмотрела на себя в зеркало. «Не плохо, меньше буду привлекать внимание, вот если бы еще лицо не выдавала во мне европейку, вообще было бы замечательно, но с этим уж ничего не поделаешь». Она оставила только легкие мокасины, для удобства передвижения.
***
Улица встретила запомнившимся хаосом, ничего не изменилось тут за эти годы. Одежда помогла, Валерия наблюдала, как атакуют туристов местные жители, предлагая всевозможные услуги и товары, почти не обращая на нее внимания. Дойдя до вокзала, она прошла внутрь здания, стараясь не сталкиваться со спешащими и снующими индийцами, осторожно переступая через нищих, спящих почти плотным ковром на полу.
Увидев очередь для женщин – встала в нее и терпеливо стала ждать. Очередь была не большая, в отличие от нескольких очередей для мужчин. Купив билет в спальный вагон, внимательно его изучив, не нашла информации о времени отправления, ни номера вагона, ни, тем более, места. Вэл поинтересовалась у кассира, во сколько отбывает поезд.
– Завтра в 10 утра, мэм, но уточните в справочной.
Найдя глазами вывеску «Информация» и встав в очередь, таких же интересующихся, быстро поняла, что эта затея не из лучших, мало того, что она женщина, так еще и иностранка, что вызывало бешеный интерес окружающих. «Началось веселье, надо уходить, но прежде узнать, во сколько же поезд».
Пользуясь отношением к иностранцам, Вэл решила пройти с черного входа. Перед ней открылась следующая картина. Вдали у окошка толпится народ, пытаясь что-то прокричать и услышать. Четверо служащих, которые должны выдавать информацию, мирно сидят в тесном кругу и пьют спокойно чай, беседуя друг с другом, лишь изредка кто-то обращает свое внимание на окошко в стене, отвечая на вопросы.
Увидев иностранку, зашедшую с черного входа, эта группка отнеслась к ней с большим пониманием.
– Вы не поможете мне с информацией? Мне нужно время отправления поезда на Варанаси, номер вагона и мое место. – Валерия протянула одному из служащих свой билет.
– Конечно, мэм! Поезд уходит завтра в 8:40 утра, места на билетах Вам проставит главный инспектор, обратитесь туда!
Найдя нужный кабинет, Валерия увидела, как у кабинета инспектора какой-то человек подметает пол. Открыв дверь, она никого внутри не обнаружила. Собравшись уже уйти, заметила, что человек у двери, продолжая уборку, поглядывает на нее.
– Извините, не подскажите, где я могу найти главного инспектора? – С улыбкой спросила она.
– Конечно, мэм – я инспектор, чем могу помочь?
«О, боже, тут все Махатмы Ганди?» (Махатма Ганди считал позорным, что среди индийцев существует неравенство, обязывающее людей из касты «неприкасаемых» заниматься самой грязной и тяжелой работой. Однажды в знак протеста этой недостойной традиции, будучи представителем высшей касты, он стал сам убирать общественные туалеты.)
– Господин инспектор, мне нужно, что бы вы проставили мне место, завтра я выезжаю в Варанаси.
– Я напишу номер поезда, место узнаете завтра в вагоне. Не забудьте, мэм, поезд отходит в 8:50 утра. – Очень обходительно сообщил он ей.
«Просто замечательно, у меня есть три времени отправления и что с этим делать?» Поблагодарив, Вэл отправилась в отель.
Предусмотрительно пораньше придя на вокзал, в половину восьмого утра, с помощью многочисленных вопросов удалось узнать номер вагона. Поезд подали к восьми, заняв место, она удовлетворенно вздохнула и расслабилась. Ровно в 8:20 поезд тронулся!
«Что за безумие?» – Валерия посмотрела на часы.
– Простите, почему поезд тронулся на полчаса раньше? – Спросила она у соседа по купе, статного индийца.
– Это Индия, мэм. – Философски произнес он.
Впрочем, поезд тут же затормозил, остановился и окончательно отправился в девять утра, прибыв в Варанаси с двухчасовым опозданием на десятичасовом отрезке пути.
