Читаем без скачивания Я сам похороню своих мертвых. Реквием для убийцы. Проходная пешка - Чейз Джеймс Хедли

— Мы найдем его и заставим говорить.

Инглиш посмотрел на часы на камине.

— Мне очень бы хотелось, чтобы Лоис поторопилась, — сказал он, садясь. — Вот уже три четверти часа, как она ушла.

— А куда она пошла?

— За Кориной. Я не сказал об этом Крайлю, но Корина, вероятно, работала на Шермана. Если я ее увижу, то, может быть, смогу заставить ее признаться. Она может быть нам полезна как свидетельница, тогда Шерман не сможет все отрицать на суде.

— Будем надеяться, что он не сделал такие же предположения, — сказал Леон, доставая из кармана сигареты.

Инглиш напрягся:

— Что ты говоришь?

Леон, удивленный реакцией Инглиша, поднял глаза:

— Я сказал, что надеюсь, что Шерману не придет в голову мысль, что мы можем использовать Корину как свидетельницу против него. Если же да, то бедная девочка находится в опасности.

Инглиш встал. Выражение его глаз заставило Леона вскочить с кресла.

— Что с тобой? — спросил он.

— Я, вероятно, потерял голову, — закричал Инглиш. — Я позволил Лоис пойти…

— Что из этого? Что тебя беспокоит?

— А если Шерман там? Он нападет на нее?

— А почему ты думаешь, что он обязательно там? Нельзя так распускаться, Ник. Существует большая вероятность, что…

— Мне наплевать, — перебил его Инглиш. — Я не должен был позволять ей идти туда. Этот парень маниакальный убийца. Я должен знать, что случилось с Лоис.

— Гм, минутку, — задумчиво проговорил Леон. — Ты не тронешься отсюда. Ты не забыл, что флики уже ищут тебя? Я пойду, а, возможно, она сама вернется до того, как я возвращусь.

— Я пойду с тобой!

— Если она пойдет сюда с Кориной и никого не застанет… Будь же благоразумным, Ник.

Инглиш пожал плечами.

— Ладно, ты прав. Тогда действуй, Эд. Ради бога, поторопись.

— Не беспокойся, — сказал Эд, который уже схватил плащ и шляпу и побежал к двери.

Дождь лил по-прежнему, и Леон побежал к машине, хлопая по лужам.

Ему нужно было пересечь весь город, чтобы достигнуть Лоуренс бульвара. На улицах было много патрульных машин.

— Вероятно, они ищут Инглиша, — пробормотал он.

Он вытер обшлагом свое мокрое лицо и покачал головой. «Какая ситуация! — подумал он. — Инглиш в бегах! Это просто невероятно. Ник Инглиш, со своими деньгами и связями, со своими покровителями, преследуем, как последний гангстер».

Лоуренс бульвар был спокоен и безлюден, и Леон остановил машину немного дальше виллы Корины.

Окна гостиной были освещены. Он позвонил, подождал немного и опять позвонил. Никто ему не ответил. Дом был безмолвен. Он повернул ручку входной двери, которая была заперта на ключ. Леон попытался посмотреть через окно гостиной, но занавеси были задернуты. Он сделал круг вокруг дома и позади дома заметил ящик для мусора и большой ящик с пустыми бутылками из-под коньяка. Он нажал на ручку двери служебного входа, и она открылась.

Леон сделал несколько шагов и очутился в маленькой кухне. Его нога задела что-то. Шум отозвался в комнате, и он шепотом выругался. Потом он достал из кармана плаща маленькую лампу и включил ее.

Кухня была в ужасном беспорядке. Стопка грязных тарелок стояла на столе, пол был засыпан мукой, пылью, крошками хлеба. Много бутылок с коньяком стояло в углу и в комнате царил запах кислого молока, который заставил его поморщиться.

Он открыл дверь и проскользнул в темный коридор. Вскоре он достиг салона, открыл дверь и заглянул туда.

Салон был пустым. На ковре лежала опрокинутая бутылка коньяка, как раз около камина, в котором потухал огонь, разбитый стакан лежал на полу.

Он заметил на виду, на диване, какой-то белый кусок материала, наполовину спрятанный под подушкой. Это оказался носовой платок с вышитыми инициалами «Л. М.».

Леон покачал головой. Лоис, вероятно, уговорила Корину последовать за ней, и они позабыли погасить свет в гостиной.

Он поискал глазами телефон, чтобы позвонить Инглишу и спросить его, вернулась ли Лоис, и тут его взгляд обнаружил еще одну пустую бутылку из-под коньяка. «Что, Корина была пьяной?» — подумал он. Может быть, звонок Лоис заставил ее опрокинуть бутылку? Мало вероятно, решил он и вернулся в холл.

Напротив него находилась дверь, которую он открыл. Комната была погружена во мрак. Он пошарил по стене, нашел выключатель и включил его.

Эта спальная комната была такой же грязной, как и кухня. Посередине пола валялось розовое дезабелье. Чулки, белье и меховое манто валялись на кровати. Туалет был покрыт пудрой, а зеркало нуждалось в тряпке. Бутылка с лосьоном была опрокинута, а ее содержимое, бледно-кремового цвета, вылилось на паркет.

Леон сделал гримасу и пожал плечами. Он уже собирался погасить свет, когда внезапно замер и сощурил глаза.

Дверь, которая находилась напротив него, привлекла его внимание. Она была приоткрыта на несколько сантиметров и, привязанная к вешалке виднелась красная бечевка, которая исчезала за дверью.

Эта бечевка была слишком сильно натянута. Слишком сильно, как будто она несла какую-то тяжесть.

Леон быстро прошел через комнату и толкнул дверь, которая повернулась. Какой-то предмет болтался по ее другую сторону, вися на шнуре.

Леон с бьющимся сердцем проник в ванную комнату.

Он уже почти не сомневался в том, что он увидит, но тем не менее его желудок сжался в приступе тошноты, когда он увидел конвульсивно искаженное лицо Корины Инглиш.

Она висела позади двери в ужасной позе. С поднятыми коленями, с кукольным лицом, распухшим и багровым языком между маленькими белыми зубами. Красный шелковый шнур глубоко вошел в ее кожу, и ее скрюченные руки походили на лапы зверя с когтями, как будто она собиралась поцарапать своего врага в минуту агонии.

Леон дотронулся до ее руки. Она была еще теплой. Он сделал шаг назад, лицо его позеленело, и он весь дрожал.

Некоторое время он думал, не глядя на труп, потом вернулся в салон.

Теперь он думал о Лоис. Приехала ли она на виллу после того, как Корина была убита, или до ее убийства?

Леон почувствовал, что пот заливает его глаза. Если он скажет об этом Инглишу, тот покинет свое убежище. Ничто его не остановит, если он будет считать, что Лоис в руках Шермана.

Леон вытер лицо носовым платком. Все говорило о том, что Шерман похитил Лоис. Он еще немного подумал, потом решил, что прежде всего надо убедиться, не вернулась ли Лоис к себе. Может быть, это ложная тревога.

Он поискал номер телефона Лоис в справочнике и набрал его.

Он нетерпеливо ждал, слушая, как бьют часы и как звонит звонок на другом конце провода. Потом раздался треск и мужской голос спросил:

— Кто это?

Леон сжался: он не узнал голоса Инглиша.

— Это Вест стрит 57794? — осторожно спросил он.

— Да, кто у телефона?

На этот раз Леон был уверен, что это не Инглиш.

— Я хотел бы поговорить с мисс Маршалл, — сказал он.

— Ее здесь нет. А кто у телефона?

— В сущности, — проговорил Леон, — это я вас должен спрашивать, что вы делаете у мисс Маршалл, если ее нет дома. Кто вы такой?

— Лейтенант Моркли из уголовной полиции, — пролаял голос. — Этого вам достаточно? А кто у телефона?

Леон почувствовал, как по его спине пробежала дрожь. Моркли… Убежал ли Инглиш?

Он быстро повесил трубку.

Ник Инглиш, с озабоченным лицом, засунув руки в карманы, медленно шагал взад и вперед по комнате. Он без конца смотрел на часы на камине. Теперь уже прошло более часа, как ушла Лоис, и более четверти часа, как Леон последовал за ней.

Инглиш рассчитывал, что Леону потребуется двадцать минут, чтобы достичь Лоуренс бульвара. Если даже он там не обнаружит Лоис, это еще не означает, что она находится в опасности. Она, может быть, покинула виллу перед приходом Леона.

Какая неосторожность, какая глупость была с его стороны позволить ей отправиться туда, думал с отчаянием он. Он должен был сообразить, что Корина представляет опасность для Шермана.