с толку. “Что ты делаешь, Розалия?” — мысленно корила я себя, но руки уже потянулись к завязкам платья.
Свет свечей мягко озарял каменные стены комнаты. Их мерцание играло на воде, создавая причудливые отблески, которые танцевали на сильной спине Эдмунда. Усталость его была заметна даже в расслабленной позе.
Я глубоко вдохнула, стараясь справиться с волнением. Ткань скользнула по моему телу и упала к ногам. Я осталась в тонкой сорочке, которая почти не скрывала силуэт моего тела, но даже она спустя мгновение оказалась на полу. Холодный воздух скользнул по коже, но горячее пламя, разгоравшееся внутри меня, быстро поглотило это ощущение. Я осторожно опустила ногу в воду, стараясь не плескать, тепло обожгло кожу.
— Что задумала моя отважная леди? — вдруг раздался его низкий голос.
Я вздрогнула. Эдмунд повернулся, его глаза встретились с моими, и я почувствовала, как вся кровь приливает к щекам. В его взгляде читалась смесь удивления, желания и лёгкой усмешки.
— Я думал, ты застенчива, — губы изогнулись в насмешливой улыбке. Его глаза, отражающие золотистый свет свечей, скользнули по моему телу. Взгляд был тяжёлым, обжигающим.
— Ты… ты устал, — пробормотала я, чувствуя, как сильнее краснею, и опустилась в воду напротив него. — Я просто подумала…
— Устал, но ты меня явно развеселила. — Он провёл рукой по воде, его взгляд был прикован ко мне. — Так что дальше, моя соблазнительница?
Я решила действовать смелее. Медленно подошла ближе, чувствуя, как вода скользит по коже. Его взгляд следовал за каждым моим движением. Мои пальцы нерешительно коснулись его плеча, и в этот момент я увидела, как огонь вспыхнул в его глазах.
— Ты меня провоцируешь? — тихо спросил он, его голос стал хриплым.
— А если и так? — вырвалось у меня прежде, чем я успела остановиться. Вода была горячей, но тепло его кожи казалось ещё сильнее.
— Тебе мало было того, как я скучал по тебе? — прошептал он, приблизившись.
Моё сердце замирало с каждым его движением. Вода обнимала нас, заглушая все звуки вокруг. Всё, что я могла слышать, — это его дыхание. Его рука вдруг легла мне на талию, сильная и властная. Пальцы скользнули по моей спине, притягивая ближе, я наклонилась к нему, позволяя губам найти его.
Каждое прикосновение разжигало в нас новую волну страсти. Горячая вода словно стала отражением той силы, с которой нас охватили эмоции. Свечи мерцали, отбрасывая тени на каменные стены, как будто мир за пределами этой комнаты перестал существовать.
Каждое его прикосновение, каждый взгляд, каждое слово вызывали во мне бурю эмоций. Я забывала о времени, о том, где я, и о том, кто я. В этот момент мы принадлежали только друг другу.
Позже, сидя на кровати в лёгком халате, я тихо поправляла волосы. Эдмунд лежал рядом, его взгляд был спокойным, но пронзительным. Я облизнула губы, чувствуя, как на щеках снова вспыхивает румянец.
— Что-то хочешь сказать? — спросил он, подперев голову рукой.
Я встала и, взяв с комода аккуратно сложенный платок, протянула его ему.
— Это… это для тебя, — сказала я, смущённо опуская взгляд.
— Для меня? — удивился он, принимая платок. Он развернул его, рассматривая узор. Там были вышиты наши инициалы имен, пусть и неровно.
— Я… не очень хороша в этом, — пробормотала я. — Но хотела, чтобы у тебя было что-то… от меня.
Эдмунд долго смотрел на платок, а потом поднял взгляд на меня. Его лицо озарила редкая мягкая улыбка.
— Я буду беречь его как самое ценное сокровище, — сказал он, касаясь платка в легком поцелуе.
Моё сердце замерло, а потом забилось с новой силой. Его слова проникли в самую глубину моей души, пробуждая в ней тёплые чувства.
Эдмунд осторожно прижал меня к себе, а потом поцеловал в висок.
— Ты удивительная, Розалия, — сказал он тихо. — И ты даже не представляешь, как много для меня значишь.
Мои прекрасные не пожалейте звездочки и теплых слов
Глава 47
Я шла по коридорам замка, звуки шагов эхом раздавались на каменном полу. Утро выдалось спокойным, холодный свет пробивался через окна, отдавая легкой зимней меланхолией. Воздух был свежим и напоминал о скорой конце зимы, хоть весна будет и не такой теплой.
Агата, как всегда, следовала рядом, рассказывая о последних событиях в замке.
— Вы видели, Моя Госпожа? — она кивнула в сторону одной из комнат. — На лицах юных девушек играют яркие улыбки! А ведь не так давно у них не было сил даже стоять.
Я замедлила шаг и выглянула в открытую дверь. Внутри стояла Элеонора, окружённая несколькими более юными девушками. Это были новенькие, одни из прибывших во дворец. Они старательно складывали полотна, переговаривались и смеялись, словно позабыв о том горе, что их постигло.
— Элеонора хорошо справляется, — тихо заметила я, наблюдая за ней с улыбкой.
Агата кивнула. — Она строгая, но умная и справедливая. А вы посмотрите на этих девочек. От одного луча тепла они словно ожили.
— Люди обретают надежду даже от самых малых проявлений заботы, — ответила я, глядя на девушек. Это наполнило моё сердце тихой радостью.
Мы продолжили прогулку, и вскоре я услышала знакомые звуки металла. Воины тренировались. Я подошла к окну, из которого открывался вид на внутренний двор. Там, несмотря на зимнюю прохладу, было оживлённо.
— Должно быть, сегодня погода потеплела, раз они на улице, — заметила Агата, подходя ближе.
Мой взгляд сразу же нашёл Эдмунда. Он стоял чуть в стороне, разговаривая с Шатаном и остальными. Его фигура, такая сильная и уверенная, выделялась на фоне остальных. В руках он держал огромный меч, и даже в простой беседе чувствовалась его сила.
Я невольно улыбнулась. Несмотря на холодность, которую он часто демонстрировал, его отношения с людьми были наполнены теплом. Они не просто служили ему — они доверяли ему. Прикрывая его спину на боле боя, готовые незамедлительно пожертвовать жизнью ради своего Лорда. И он, несомненно, отвечал им тем же.
Шатан что-то сказал, жестом подчёркивая свои слова. Остальные мужчины рассмеялись. Однако Эдмунд внезапно повернулся к нему и, явно недовольный, лёгким движением стукнул его по голове рукоятью меча.
— Никогда больше не выражайся так в стенах замка, — строго проговорил он.
Шатан, схватившись за голову, недоумённо посмотрел на Эдмунда.
— А что изменилось? До сих пор всё устраивало! — запротестовал он, но его тон был скорее игривым, чем серьёзным.
Аслан скрестил руки на груди, качая головой, а Вильям не скрывал своей ухмылки. Он явно наслаждался тем, что Шатан получил выговор.
Я тихо засмеялась, прикрывая рот рукой. Эта сцена была одновременно смешной
