Это будет очередная пятница, вечер которой он проведет в одиночестве, разбирая рабочие проекты. Также один поужинает и ляжет спать. Завтра с утра тренажерный зал, прогулка, поездка в гипермаркет, тоска.
Богдан решительно перестал любить выходные. Они стали ему попросту не нужны. Так бы и работал круглую неделю. Утром улыбка Бажены, кокосовый латте, ради которого пришлось купить новую кофе-машину, рабочая суета…
Кем бы разнообразить свои вечера, так и не нашел. Друзья все как на подбор женаты, от вида их счастливых морд воротило, как и от девиц, с которыми его пытались знакомить их жены. Навешать бы люлей тому, кто придумал такое понятие, как слепое свидание. Самому знакомиться тоже надоело. Осточертел этот бесконечный съем. Хорошие девочки Богдана не замечали. Будто у него вытатуировано на лбу: я вам не подойду. А плохие девушки, то есть слишком сговорчивые и на все согласные, вызывали стоический рвотный рефлекс.
«В мире больше трех миллиардов женщин, неужели нет одной для меня?» — сокрушался он.
Ему не надо идеальную, пусть будет с чудинкой, он это выдержит. Лишь бы она нравилась ему внешне, но при этом была человеком. Только лишь красивой оболочки ему теперь стало критически мало. Нужна добрая, отзывчивая, верная — такая, с которой можно построить семью. Не так-то много он хочет…
Незаметно наступил полдень. В животе забурлило, отчаянно захотелось есть. А вот идти куда-либо было лень. Попытался вызвать по рабочему телефону Бажену, пусть бы сходила в кафе, принесла ему стейк с салатом или еще чего. Но рыжая паршивка не сняла трубку.
Богдан даже выглянул в приемную проверить, где она.
Может быть, ушла в туалет? Он подождет…
Однако ни через две минуты, ни через пять или даже семь Бажена на рабочее место не явилась.
«Может, спуститься в столовую?» — пришла в голову мысль.
Там неплохо кормили, но народу в обеденное время было довольно много. И всё же идти значительно ближе, чем в кафе. Богдан как-нибудь переживет толкучку, так уж и быть.
Спустился на первый этаж, взял поднос и вдруг заметил за столиком у окна Бажену. Она сидела одна и с важным видом поглощала нехитрый ланч. Пока Богдан стоял в очереди, успел всё рассмотреть в деталях. Сосиска, картофельное пюре, капустный салат и компот — куда уж проще. Это она такая непритязательная? Вон с каким аппетитом лопала… Он видел, как она щурила глаза от удовольствия. Отрезала от сосиски крохотные куски и клала в рот. Делала это с таким видом, будто у нее на вилке черная икра, хамон или другой деликатес, сто грамм которого стоит как крыло от самолета.
Когда уже почти продвинулся к кассе со своим подносом, заметил, как Бажена с великим сожалением на хорошеньком личике подцепила вилкой половину сосиски, пихнула в небольшой ярко-желтый контейнер и убрала в сумочку.
«Что?!» — брови Богдана поползли вверх.
Зачем бы ей это понадобилось? Оставила на потом? Вообще-то, обед здесь стоил сущие копейки, уж что-что, а вторую сосиску секретарь уж точно могла себе позволить… или не могла? Простой набор блюд явно кричал о том, что Бажена экономила. И всё же — зачем класть сосиску в сумку? На крайний случай в офисе есть печенье, крекеры. Всё это систематически пополняется. Даже холодильник есть, где при желании можно хранить взятый из дома бутерброд.
Да уж… если искать девушку с чудинкой, его секретарь займет первое место.
***
Он встретил Бажену за углом после длинного трудового дня. Только отъехал от офиса на своем авто и вдруг зацепился взглядом за яркую рыжую шевелюру. Притормозил у тротуара.
Секретарь стояла к нему боком, наклонилась к серой полосатой кошке, что-то ей говорила. Потом вдруг раскрыла сумочку и достала уже виденный им сегодня ярко-желтый контейнер.
«Вот для кого половина сосиски!» — вдруг дошло до Богдана.
Бажена подкармливала своим обедом бездомных животных — это что-то новенькое. Впрочем, учитывая, как она сочувствовала ему по поводу пропажи Мурки, можно сделать вывод — она любит животных.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Однако можно любить животных на словах, а можно на деле: делиться с ними обедом, даже если сама недоедаешь. На такое способна только девушка с большим сердцем.
«Мне как раз такая и нужна! Девушка с большим сердцем…» — вдруг прошила мозг давно гулявшая в подсознании мысль.
Вообще, с чего он решил, что Бажена ему не подойдет? С того, что она ему себя предложила? Ну предложила, а он взял… Что теперь? Ставить на человеке крест? Да, она его секретарь, и нарушение субординации может ему дорого обойтись. Однако с секретарями ведь не только спать можно, а потом бросать, некоторые довольно успешно строят с ними отношения, даже женятся. Почему Богдан не может? Если планируешь с девушкой нечто большее, чем разовый пересып, то совместная работа может быть не проклятием, а благом.
А что? До́ма рядом, на работе под присмотром, двадцать четыре часа в сутки в зоне доступа — милое дело!
«Это что же получается... Пока я долго и нудно искал подходящую девушку, она всё время находилась у меня под носом?»
Теория определенно стоила проверки еще по той причине, что Богдану уже буквально физически стало больно держаться от Бажены подальше. Слишком она ему нравилась, пора бы уже признать.
Островский дождался, пока она покормит кошку, потом посигналил ей, подъехал ближе, опустил стекло и позвал:
— Бажена, садитесь, подвезу домой!
— Спасибо, не надо, — покачала головой она.
Вежливо улыбнулась и свернула куда-то в сторону.
— Тебя только что отшили, приятель… — усмехнулся грустно.
Глава 39. Я тебе хоть немного нравлюсь?
Быть может, ему показалось, что отшили? Да, Бажена не захотела с ним ехать домой, но тому наверняка была другая причина. Вдруг она просто куда-то спешила?
Нехотя Богдан повернул в сторону дома. Купил ужин, в очередной раз прошелся вокруг дома в тщетной надежде встретить по пути Мурку. До сих пор не мог поверить, что сбежала, поганка такая.
Поужинал, повалялся на диване, посмотрел футбол и неожиданно понял: не хочет он в этот вечер быть один. Слишком много одиноких вечеров у него было за последние недели.
Бажена же живет в его доме, так? А что, если он просто-напросто заявится к ней? Предложит прогуляться, поболтать, выпить в ресторане, послушать музыку. Вдруг девушка тоже скучает.
Приободренный, он поднялся на нужный этаж. Настроился звонить в дверь, пока не откроют. Открыли удивительно быстро, правда, на пороге показалась отнюдь не Бажена, а старушка — на вид божий одуванчик.
Брови Богдана поползли вверх.
— Здравствуйте, мне нужна Бажена, — проговорил он, кашлянув.
— Не знаю такую! — заявила старушка.
И так быстро закрыла дверь, что он даже не успел ничего больше спросить.
«Я здесь слежу за квартирой», — вдруг вспомнил он слова Бажены.
Наверное, хозяйка вернулась, а рыжая прелесть съехала. Но куда? В рабочей анкете ничего не обновляла — это он точно знал, ведь периодически туда заглядывал посмотреть ее фото.
Можно, конечно, ей позвонить, спросить новый адрес.
Островский глянул на часы — девять вечера. Поздновато для звонка от руководителя. Впрочем, для визита было поздновато тоже, но это его не остановило. Однако если он позвонит, есть большая доля вероятности, что его просто аккуратно пошлют. По телефону это сделать в разы проще, чем лично. А посланным Богдану быть критически не хотелось. Поэтому он позвонил Ангелине. Знал, что они с Баженой дружили. Уж она-то должна знать, где живет подруга.
Заявится в гости, а там будь что будет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В конце концов, девушка сама пришла к нему домой, легла с ним в постель… Значит, хоть немного он ей да нравился. Так?
«А может быть, у нее была какая-то другая причина мне отдаться?»
За последние недели он успел изрядно поломать над этим голову. Похоже, пришло время задать вопрос напрямую.
Вот приедет к ней и так и спросит: с чего изволила лечь со мной в койку, милая?
