собственную телевизионную сеть, он обращался к действующим в эфире каналам. На съемочной площадке Хеди попросила операторов делать только крупные планы; хотя ее новая беременность была едва заметна, она весьма тщательно заботилась о своем имидже, ведь он составлял важную часть ее оборотного капитала.
Брак с актером Джоном Лодером внес в ее жизнь немало спокойствия. Хеди требовалось оставить позади полное одиночество и чувство внутреннего уединения, которое преследовало ее с подросткового возраста, несмотря на то, что она была постоянно окружена поклонниками.
С момента прибытия в Соединенные Штаты она снялась в более чем в двадцати фильмах. Хеди Ламарр стала знаменитостью, торговой маркой, она наслаждалась благами, которые принесли ей деньги и слава, а ее окружение было готово удовлетворить любую прихоть. Кроме того, она пользовалась вниманием и уважением правительства, имела возможность развивать свои технические проекты и получать консультации по поводу своего изобретения от квалифицированных ученых и военных в Вашингтоне. И еще она наконец-то обзавелась семьей. Но даже теперь Хеди ощущала какую-то пустоту, которая, как ей казалось, прочно укоренилась в душе.
40
Держаться за гнев – все равно что пить яд и рассчитывать, что умрет другой человек.
Будда
Нью-Йорк, август 1945 г.
Улицы бурлили, тысячи горожан вышли праздновать победу. Фриц наблюдал за ликующей толпой с роскошной террасы своего номера в отеле The Pierre, его любимой гостиницы на Манхэттене, занимавшей почти весь квартал на пересечении 61-й улицы и Пятой авеню, напротив Центрального парка. Он глубоко вздохнул и осмотрел в зеркале свой смокинг; Фриц привык иметь дело с самыми разными людьми, и его уверенность в себе во многом зависела от того, какое влияние он оказывал на других. Ему доводилось замечать, как пугает могущественных персонажей одно только его присутствие. Ничто не могло изменить его характер, однако в глубине души он сомневался в том, что собирался теперь сделать.
Фриц решил прогуляться, и Лукас незаметно следовал за ним на небольшом расстоянии. Радостные возгласы, развевающиеся флаги, танцы на улицах, светящиеся гирлянды, звуки фокстрота и джаза вперемешку с песнями Гленна Миллера, Перри Комо и Дорис Дэй… На перекрестках играли военные оркестры, музыканты из кабаре и любители. Бары работали на всю катушку – там приветствовали матросов, медсестер и солдат. Япония капитулировала, и Вторая мировая война завершалась; честь США, ущемленная в результате роковой атаки на Пёрл-Харбор, снова была на высоте – небоскребы «Крайслер-Билдинг» и «Эмпайр-Стейт-Билдинг» стояли как рыцари, каменные свидетели и главные герои возрождения американской гордости.
Фриц не переставал удивляться: американцы сбросили атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Этого оказалось достаточно, чтобы покончить с японцами и остановить Советский Союз, который тоже намеревался вторгнуться в Японию, чтобы втянуть ее в коммунистическую орбиту.
Отныне придется приспосабливаться к новым реалиям, теперь борьба будет идти между Советским Союзом и Западом. Несомненно, война стала хорошим бизнесом, она шла без передышки, и Фриц Мандль постоянно оказывался в выигрыше, не сделав ни одного выстрела. Его инвестиции в банки и акции американских компаний наверняка восстановятся, хотя в то время им грозила очень серьезная опасность.
Хеди собиралась отдохнуть, когда ей позвонили. Она решила не откладывать эту встречу и быстро покинула вестибюль отеля «Палас», чтобы совершить очень короткую поездку на машине – так безопаснее.
Она приехала в Нью-Йорк пару дней назад на премьеру художественного фильма «Ее высочество и посыльный» – в этой мрачной истории любви и предательства Хеди снялась с Робертом Уокером. Она опять увидела свое лицо на афишах, а свое имя – на стендах театра «Капитолий», снова были аплодисменты и фотовспышки – все это волшебство повторялось и усиливалось в те дни эйфории, охватившей мегаполис.
Центральный парк, его пейзажи и гуляки показались ей очаровательными. На углу Пятой авеню и 59-й улицы, напротив отеля «Плаза», обычно собирались уличные певцы, музыканты, ораторы, странные персонажи в забавных нарядах, прогулочные экипажи и протестующие сумасшедшие с плакатами. Шофер открыл ей дверцу, но она вышла из машины только после того, как рядом появились два телохранителя, которых она наняла специально для этого случая.
На тротуаре возник переполох, когда прохожие увидели, как она входит в просторный вестибюль отеля «Плаза». Специально для Фрица и Хеди был накрыт столик в не работавшем в тот час ресторане. Хеди догадалась о присутствии Фрица, уловив аромат сигары; Мандль был в своем классическом черном смокинге, с пурпурно-красным цветком в петлице. Кое-что никогда не меняется.
Фриц безошибочно узнал легкие шаги Хеди и был ошеломлен, увидев ее вблизи. Она сохранила свой шарм – не просто гламур, красоту или элегантность. Фрицу не хватило слов, чтобы выразить то, что он называл эффектом Хеди. Он заметил двух мужчин настороже у двери, но не мог упрекнуть ее за это, ведь его собственные телохранители тоже выглядывали из тени.
– Ты стала моложе и красивее.
– Ладно, оставь свой флирт. Скажи мне, Фриц, чего ты хочешь.
– Пожалуйста, не говори таким резким тоном, это всего лишь дружеская беседа. Мы ведь давно не виделись.
– Насколько помню, мы не попрощались при расставании, и причины тебе хорошо известны.
– Это в прошлом, Хеди, оставь. Признаю, что недооценил тебя.
– А я тебя – нисколько. – Она взяла паузу, чтобы сделать признание более весомым. – Итак, слушаю, у меня маловато времени.
– Хеди, я слышал, ты снова вышла замуж.
– Уже дважды, у меня двое детей и два развода, а если считать тот, что с тобой, – три. И у тебя тоже, хоть ты и не голливудская знаменитость.
– Как и ты, сейчас я подаю на третий развод, у меня двое детей.
– Какая неожиданность – Фриц Мандль с детьми. Скажи-ка, ты их когда-нибудь видел?
– Понимаю твою иронию и не стану упрекать за нее, но если мы сможем отбросить старые обиды, то сумеем поговорить спокойно. Ты по-прежнему очень умна, а не только красива.
– Фриц, ты умеешь обворожить, когда захочешь, но особенно – когда чего-то добиваешься. Извини, не смогла воздержаться от этого замечания. Знаю, что по-своему ты любил меня, и я постараюсь не помнить старые обиды, они мне не нужны.
– Приятно слышать такое. – Его дар соблазнителя тоже остался нетронутым. – Тебе грех жаловаться, Хеди, твоя жизнь в твоих руках, и, судя по всему, ты управляешься с ней очень хорошо. У нас обоих довольно беспокойные судьбы, но мы вышли победителями.
– Это правда, Фриц, наши жизни очень суетливые и совсем не скучные, однако согласись: у нас есть кое-что важное общее, помимо успеха.
– Что ты имеешь в
