находился внедорожник Крупенина. С этого места можно было увидеть выходящую из дома Алексееву. К этому месту он и подошел.
– Алексеева выходит, Крупенин за ней.
Они с Мариной прошли мимо камеры подъезда.
– Если так, запись покажет, – сказала Славина.
– Завтра.
По следу Алексеевой они прошли к месту преступления. Труп уже увезли, на асфальте остался только меловой силуэт.
– Еще бы узнать, где Крупенин стоял, – вслух подумал Макар.
– Спросим, узнаем. – Марина зевнула, но не стала прикладывать руку ко рту, просто повернула голову в сторону.
– Ты вернешься ко мне? – резко спросил Макар.
– Что?! – вздрогнула она.
– Ты станешь моей?
– А-а! Ты сейчас Крупенин? – догадалась Марина.
– Я тебя хочу! – Макар совершенно серьезно смотрел на женщину.
– А я не хочу… Быть на месте Алексеевой.
– А придется!
Капитонов представлял, где примерно находился убийца в момент выстрела, к этому месту и направился. Прошел семь-восемь метров, остановился, немного подумал и вытянул руку. Настоящий пистолет вынимать не стал, прицелился в Марину из воображаемого.
– Так не доставайся же ты никому!
– Капитонов! – не на шутку встревожилась Славина.
– Отсюда убийца стрелял! – сказал он, возвращая воображаемый пистолет на место.
– Ты забыл свинтить глушитель… И навинтить тоже.
– В следующий раз не забуду, – кивнул Капитонов.
– В следующий раз?
– Если смогу скрыться с места преступления. Если не задержат по пути к машине.
– А могут задержать?
– Могли заметить.
– Работа со свидетелями?
– Само собой… Вопрос, как уходил преступник. – Макар провел рукой над местом, где не так давно лежал труп.
А труп лежал, перегораживая путь, преступнику пришлось бы обходить его, спиной поворачиваясь к стене, или переступать через лежащее тело. Но убийца мог уйти и другой дорогой. Увлекая Славину за собой, Макар взял курс на запад, а там газон, отделяющий отмостку вокруг дома от тротуара. Через газон – тропинка, по ней Макар вышел на дорожку и обходным путем возвратился к месту, где недавно стоял автомобиль Крупенина.
– Как-то так, – сказал он.
– А камера что говорит? – спросила Марина.
– Можно, конечно, позвонить Ворошилову.
– Сам подъедет завтра утром в десять… Все сюда подъедут, здесь совещание и проведем.
– Хорошо придумала, – усмехнулся Макар.
– На полчаса больше посплю… Ну чего стоим? Или мне пешком идти?
Марина жила неподалеку, именно поэтому она и придумала утреннее совещание на месте преступления. Путь к ее дому занял всего три минуты.
– Ну, чего сидишь? Пошли!.. – Марина кивком указала на свой подъезд. – Спальню я тебе не обещаю, а на диване постелю. И бритву дам… После того, как приготовишь завтрак.
– В постель не обещаю.
– Пошли!
Макар и не собирался приставать к Марине. Она уже не пьяная, да и поздно уже, вернее, рано. Выспаться они не успеют, хотя бы покемарить. Но Марине вдруг показалось, что муж дома, она позвала его с порога. Но Илья не появился.
– Может, мне уйти? – спросил Макар.
– Заходи, – немного подумав, сказала Славина.
– Зря ты, – закрывая за собой дверь, сказал он.
– Что зря?
– Ты очень красивая. – Макара накрыло, он обнял Марину за талию, привлек к себе.
– Прекрати! – Она даже не пыталась сопротивляться и прогнулась в спине только для того, чтобы смотреть ему в глаза.
– Ты очень-очень красивая. Твой Илья может меня убить, – совершенно серьезным тоном сказал Макар.
– Не говори мне о нем. – Она опустила голову и выпрямилась, едва не коснувшись Капитонова лбом.
– Я уже сказал. И если я вдруг уйду, ты будешь считать меня трусом. Как будто я боюсь твоего мужа.
– Ты не трус.
Макар обнимал Марину и чувствовал дрожь в ее теле. Хотелось почувствовать и мурашки по ее коже – просунуть руку под сорочку, ощутить, как переливаются под пальцами мышцы спины. Хотелось ее всю, без остатка.
– Поэтому я не могу остановиться, – пробормотал он, целуя ее шею.
– Я приказываю… – прошептала она.
Но Макар накрыл ей рот поцелуем, и она сощурила от удовольствия глаза.
А вскоре, постепенно теряя одежду, они оказались в кровати. То, что Макар испытал с Мариной в постели, было лучшими ощущениями в его жизни.
– Илья теперь тебя точно убьет, – лицом зарываясь в подушку, пробормотала Славина.
– Зря он от тебя ушел.
– Убьет.
– Теперь я его убью. Если он вернется.
– Он может вернуться в любой момент, – прошептала она, не двигаясь.
– Даже не стану одеваться.
– Я приказываю… – Марина не договорила.
Макар прислушался к ее дыханию, она спала. Он прижался к ней, обнял так, словно она была спасательным кругом. Только Марина могла вытащить его из болота, в которое превратилась его жизнь.
* * *
Оксана выходила из реки в ночной рубашке на голое тело, мокрая материя просвечивалась, Вадим видел все ее изгибы и потаенные места. Но на нее смотрел не только он, весь пляж пялился, мужчины переглядывались, женщины хихикали, дети плевались. Но Оксана этого не замечала, она подошла к Вадиму, толкнула в плечо.
– Давай просыпайся!
Он проснулся, но, поворачиваясь на голос, не ощутил, что лежит на краю дивана, и едва не упал.
Оксана стояла перед ним в полной боевой готовности. Кожаная курточка поверх футболки, коричневые джинсы с накладными карманами. На голове пышный «боб-каре», открывающий красивую шею. Эта прическа чертовски ей шла, усиливала ее сексуальность, облаченную в ковбойскую брутальность.
– А ты чего здесь? – спросил Вадим.
Оксана не шутила, она действительно ушла от него. Виделись они только на службе. И он, затаив на нее обиду, делал вид, что ничего не происходит, и она поступала так же.
– А ты чего за мной вчера не заехал?
– Когда не заехал?
– А когда на убийство выехал!
– А толку от тебя? – Вадим фыркнул, расправляя плечи.
– Ворошилов, не нарывайся!
Часы показывали десять
