парню из комода обидеть мисс Джеймс. Не то чтобы я к ней воспылал симпатией, просто никто не в праве обижать женщин и вламываться к ним в дом. Тем более, что теперь это был
мой дом.
Почувствовав адреналин в крови, я всё же умудрился выдавить ответную улыбку и повторил слово в слово:
– Сильно в этом сомневаюсь.
Эти двое не ожидали, что хиляк вроде меня умеет держать удар. Первый пришёлся на скулу молчаливого типа, сжимающего мой воротник. С глухим звуком мой кулак запечатлел своё почтение на его левой скуле. Дикая боль в костяшках лишь раззадорила меня. А боль в скуле – раззадорила их.
С весьма недобрыми словами они оба кинулись на меня, как дворовые псы на заблудшего домашнего пуделя. Я пытался уворачиваться, но ловкость моя была на уровне сонного ленивца, а не Джета Ли. Я не видел ни одного замаха, зато прекрасно их чувствовал. Удар в левую бровь, колено под мой дых, локоть под ребро. Меня стукнули раз шесть, когда я ответил лишь единожды.
Моё тело никогда так не болело, даже когда я плашмя упал с дерева в восемь лет. Послышался треск моей рубашки – эти уроды оторвали рукав. Ткань осталась болтаться бесформенным парусом, я уже почти валялся на земле, когда услышал:
– Эй, отойдите от него!
Я согнулся пополам, прикрывая самое ценное от ботинок этих каратистов. Окрик их не спугнул, а вот топот бегущих ног заставил отстать.
– Я вызвал полицию!
– Чёрт, Бенни! – Сказал кто-то из них, похоже, лысый.
– Пора сваливать.
Сильные руки приподняли мою голову и шепнули с такой злобой, от которой цветы в горшках бы завяли:
– Мы ещё не закончили, парень.
Они исчезли так же быстро, как появились, хотя назвать их незаметными язык не поворачивался. Каждая клеточка моего тела ныла и пульсировала. Досадой даже больше, чем болью. Я даже не сумел постоять за себя как следует. Надо чаще бывать в тренажёрном зале и пореже в офисе после шести.
– Вы в порядке? – Обеспокоенный голос возник над головой.
Разогнувшись, я увидел парня моложе себя. В кедах, шортах и полном недоумении. Он протянул ко мне руки, чтобы помочь разогнуться, точно я старик с радикулитом на последнем издыхании. Но выпендриваться и притвориться живчиком не получалось. От резкого выпрямления в глазах потемнело, и я опёрся о плечо своего спасителя. За его спиной виднелся чёрный «форд».
– Так вы моё такси! – Неуместно весело заметил я.
– Простите, немного опоздал.
– Нет, приятель. – Я похлопал его по плечу в качестве благодарности. – Ты как раз вовремя.
Эмма
После лавки мистера Дункана Уилл устроил мне быструю экскурсию по самым примечательным местам. Знакомил с городом и заодно помогал присматривать локации, достойные галереи имени Хьюго Максвелла.
В нашем распоряжении оказалось слишком мало времени – в час у Уилла намечалась какая-то важная встреча, поэтому мы успели побывать лишь на набережной, пристани Ферри Док и заглянули на поздний завтрак в кафе «Блэк Блисс». За чашечкой кофе и порцией свежих булочек с пеканом мы говорили в основном о галерее, хотя мне хотелось свести нашу беседу на более личные темы и расспросить этого мужчину о его детстве, жизни, работе.
Я не рассчитывала ни на взаимное увлечение, ни на симпатию или тем более любовь с первого взгляда, но почему-то ощутила тепло, когда не увидела кольца на его безымянном пальце. Уилл ни разу не упоминал о даме сердца, да и в поместье не нашлось следов пребывания миссис Максвелл. Всё равно это ничего не значило. Такие мужчины, как Уилл не смотрят на таких девушек, как я. А такие девушки, как я, очень любят попадать в неприятности и западать совсем не на тех парней.
Уилл отвёз меня домой и помог занести все покупки в гостиную.
– У вас здесь уютно. – Похвалил он убранство дома.
– Да, хозяин постарался.
Мне самой о таком доме можно было лишь мечтать.
Вспомнив о мистере Кларке, я ощутила странное беспокойство. Наш вчерашний разговор хоть и закончился лучше, чем начинался, всё же между нами пробежало немало кошек. Да и угроза Гэбриэла пугала до смерти. Он был способен на всё ради своих денег. А я выкрала не просто свои картины, а его прибыль.
Перед тем, как откланяться и умчаться на свою важную встречу, Уилл предложил пообедать завтра вместе. Хорошо, что я занималась распаковкой пакетов, иначе бы он заметил, как разгорелось моё лицо от смущения. Мы договорились на четыре. Больше суток ожидания! А я словила себя на мысли, что уже с нетерпением жду нашей новой встречи, пусть «бентли» отъехал от крыльца всего минуту назад. Благо мне было чем занять руки и голову на это время.
Диван в гостиной завалили баночки с красками, холсты и все остальные принадлежности, что достались мне даром. Так это оставлять нельзя. Первый пункт в списке мистера Кларка: содержать дома порядок и чистоту. Не то чтобы я переменила своё мнение касательно списка требований и собиралась добровольно подписаться на рабство, но обижать хозяина дома ещё сильнее мне не хотелось.
Целых полчаса я потратила на то, чтобы организовать себе рабочее место на закрытой террасе. А мистер Кларк не соврал! Это местечко в доме однозначно станет моим любимым. Панорамные окна давали много света, многоярусная стойка под цветы сошла за отличную подставку для инструментария, а вид только подслащивал вдохновение. Пожалуй, начать можно с этого пейзажа. Плавный изгиб реки в обрамлении заснеженного леса и холмов. Слишком сильная ностальгия по дому в Миннесоте. Давно я не вспоминала те времена, но стоило приехать в Берлингтон, и прошлое настигло меня здесь.
Отряхнувшись от непрошенных мыслей, как собака от налипшего на шерсть снега, я водрузила первый холст на мольберт и придвинула его к самому окну. Здесь было тепло, как и во всём доме, так что можно было смело сменить джемпер на что-то не столь жаркое и маркое.
А я ведь даже не подумала о рабочей одежде! В мансарде остался висеть мой рабочий комбинезон, когда-то тёмно-синий, но со временем перекрашенный в радужные кляксы от красок. Я уже попросила Сид выслать мне кое-какую дополнительную одежду, так как взяла с собой только минимум вещей, но посылка прилетит ещё не скоро. Думаю, мистер Кларк не сильно огорчится, если я позаимствую что-то из его старых футболок.
Проведя в доме уже два дня, я не побывала лишь в одной комнате. Хозяйская спальня казалась чем-то запретным. Невидимая оградительная лента натянулась
