Рид оглянулся на Кристину, которая из последних сил тащилась сзади. Полоски сажи, как царапины, пересекали одну ее щеку. Темные волосы, освободившись от шпилек, теперь свободно струились по спине. Она двигалась, как во сне, но не произнесла ни единого слова жалобы. А ведь в течение последних восьми часов на ее глазах убили мужа, она сама едва избежала гибели, и ей пришлось ночью продираться сквозь чащу, чтобы снова столкнуться с бесчеловечной жестокостью.
Рид пожалел, что с такой резкостью говорил о женщинах ее происхождения. Он не хотел обидеть ее, но заметил, что его слова причинили ей боль. Большинство женщин, независимо от их социального положения, уже бились бы в истерике после таких испытаний. Но только не графиня. Кристина не переставала удивлять его. Под нежной оболочкой у нее был стальной стержень – стойкость солдата. Она обладала силой духа.
Рид замедлил шаги, когда густой лес начал редеть. Его охватила тревога, все чувства обострились по мере приближения к плантации. Что-то было не так, произошло что-то ужасное.
– Что случилось? – с волнением спросила Кристина. Не отвечая на ее вопрос, Рид протиснулся сквозь густые заросли и остановился на краю поля. Столбы дыма поднимались от сахарного тростника, в ненависти подожженного восставшими.
– Ублюдки!
Он услышал, как Кристина рядом с ним испуганно вздохнула. Они словно загипнотизированные смотрели, как темные облака дыма временами открывали яркие языки пламени, поднимавшиеся, казалось, до самого неба.
– Боже, – прошептала она. – Скажите мне, что это не сиена из Дантова «Ада».
– Если бы, графиня, – пробормотал Рид. – Но только это все происходит на самом деле.
Они по крайней мере были живы, Эта мысль, и только она, поддерживала Кристину. Она знала, что не многим из белых так повезло. Все, что можно было сделать, – это поверить тому, что Рид выведет их в безопасное место.
– Как вы думаете, сколько мы будем добираться до Кейп-Франсуа? – Она убрала с глаз прядь волос.
Рид, идущий впереди, подождал, пока она поравняется с ним.
– Пару дней, может быть, три, максимум четыре.
– Три или четыре? – с ужасом повторила она. Этот ответ выбивал почву у нее из-под ног.
Рид, прищурившись, задумчиво смотрел, как медленно продвигается девушка. Подол ее юбки зацепился за куст, она дернула его, и полоска кружев осталась висеть на од – ной из колючих веток.
—Вы задерживаете наше продвижение, графиня. Она в упор взглянула на него.
– Хотела бы я посмотреть, как быстро вы сможете идти в юбке да еще с тремя нижними.
– Вы правы. – Он улыбнулся. – Ну так снимите нижние юбки.
Споткнувшись, Кристина остановилась с широко открытым ртом.
– Что вы сказали?
– Вы же слышали, – спокойно проговорил Рид. – Снимите ваши нижние юбки. Они замедляют наш ход.
Он был вполне серьезен. Кристина видела это по тому, как твердо были сжаты его губы, а глаза отсвечивали сталью.
– Ни один джентльмен не позволит себе такую бестактность, как упоминание о женском белье.
– Графиня, – он с трудом скрывал раздражение, – что я должен сделать, дабы убедить вас в том, что я не джентльмен?
– Вы ждете, что я стану раздеваться прямо здесь, перед вами? – Она с досадой взмахнула рукой.
– Да, – сжав зубы, произнес Рид. – И если вам не нужна моя помощь, то предлагаю вам поспешить с этим.
– Я не...
Он оборвал ее:
– Мы находимся среди восставших рабов. Нам жизненно важно поторопиться. В общем, даю вам две секунды на размышление. Или вы избавляетесь от нижних юбок, или я ухожу... без вас.
– Ну, раз вы так настроены... – Кристина фыркнула. Потом, приняв надменный вид, плохо подходящий к обстановке и к ее запачканному платью, приказала: – Отвернитесь, будьте любезны.
Рид закатил глаза, но сделал то, что она просила. В ту же секунду она подняла юбку и потянула за завязки белья. Кристина внутренне улыбалась – вот глупый, не понимает, что ею руководит не скромность, а практичность. Пусть думает, что она – всего лишь застенчивая недалекая гусыня, которая стесняется обнажить щиколотки. По правде говоря, она пробежала бы через этот чертов остров вообще нагишом, если бы это требовалось для спасения. Но нельзя показать мешочек, который привязан у нее к талии.
Кристина повела бедрами, и юбки с тихим шорохом упали к ее ногам. Выйдя из пенистого белого круга, она поправила складки платья так, чтобы они скрывали выпуклость у пояса.
– Все, – заявила Кристина, убедившись, что ее сокровище тщательно спрятано. – Можете повернуться.
Рид мрачно смотрел на нее. Она переминалась с ноги на ногу, чувствуя неловкость от такого пристального взгляда. Неужели он разгадал ее секрет?
– В чем дело? – спросила она. – Я сделала, что вы просили. Почему вы недовольны?
– Надо сделать еще одну вещь.
Она, ничего не понимая, наблюдала, как Рид подошел к кучке нижних юбок, поднял одну и оторвал от ее подола полоску кружева.
– Теперь, графиня, ваша очередь повернуться спиной, Кристина с некоторым беспокойством посмотрела на кружевную ленту. Что он собирается делать? Может, он сердится на нее за то, что она не подчинялась его власти? Что сомневалась в его способностях? Несколько вариантов его возможных действий пронеслось у нее в голове, но ни один из них не был приятным. Она недостаточно хорошо знала мужчин, чтобы сравнивать с ними Рида, но была уверена, что Этьен не потерпел бы такого неповиновения.
– Что случилось? Вы меня боитесь?
– Я? – Она тотчас клюнула на эту наживку. – Боюсь? Что за нелепица. – И, гордо выпрямившись, повернулась спиной.
– Мы сможем идти быстрее, если вы будете видеть, куда мы идем.
Кристине послышались озорные нотки в его голосе, но прежде чем она смогла высказать свое мнение, Рид уже стоял сзади, слегка касаясь ее. Девушку бросило в жар. Каждый раз, каким бы легким ни было его прикосновение, она ощущала обжигающий жар. Ей тоже хотелось коснуться его. «Удивительно, как отличаются мои чувства к этому человеку от чувств к Этьену», – подумала она. На короткое мгновение ей захотелось закрыть глаза и прислониться к мускулистому телу Рида, Почувствовать его объятие. Ощутить себя в безопасности.
– Волосы все время падают вам на глаза, Из-за этого вы спотыкаетесь и падаете.
Его звучный баритон рокотал в самое ре ухо, и Кристина стояла абсолютно неподвижно, пока он убирал волосы с ее лица.
Движения Рида были неторопливыми, лениво-осторожными, как будто он хотел запомнить, каковы ее волосы на ощупь. Кристина как-то отстранение подумала, что надо бы возражать, отодвинуться от него подальше и сказать, что она вполне в состоянии сама справиться с задачей, Но слова почему-то не произносились. Его пальцы скользнули по ее шее, и у нее перехватило дыхание.
