— Ну что, старик? Я ж говорил… — весело сказал Кронт. — А теперь попробуй вот этого!
Он протянул Рори бутылку с хэнковым самогоном. Старик понюхал, глотнул немного.
— Хорошо… хорошо… — он расплылся в улыбке.
— Ну, не торопись так, — Кронт отобрал выпивку. — Сначала про храм на озере.
Рори сел на землю, поближе к костру, уставился в одну точку.
— Храм… проклятое место, как и все тут… везде отчаяние и мрак… — бормотал он.
— Везет нам на сумасшедших, — зло проворчал Кронт. — Что ты там прочитал-то?
Помнишь хоть?
— Давно… когда еще не было ни людей, ни птичек, ни мышей, ничего… у нас было десять лун, — он посмотрел на небо, — да, десять. Одна из них упала… в это самое место… как раз сюда…
— И что?
— Земле было больно… очень больно… а потом она умерла. Черная омертвевшая плоть — вот что здесь.
— Какие-то варварские понятия, — пробормотал Ральф.
— Это мертвое место, — твердил Рори. — Девятилунная просочилась сюда… и теперь те, кто тут помирают, становятся тварями, бешеными безумными тварями… я видел их… они со мной говорили…
— А ход? Ход из долины?
— Н-нельзя, нельзя отсюда выйти… здесь смерть… и мрак… Но я стараюсь. Я не помру, не помру здесь. Не хочу стать тварью… они прокляты, они все прокляты…
— Ладно, выпей.
Кронт протянул старику бутылку с самогоном, и тот стал жадно пить.
Ральф с жалостью посмотрел на Рори. Он представил, как тяжело тому приходилось, как старик ловил птиц и полевок и ел их сырыми, не имея возможности даже развести огонь.
— Эй, мы могли бы ему помочь, — тихо сказал Ральф своим спутникам.
— В смысле? — Кронт хмуро наблюдал, как старик пьет его самогон.
— Смотри, сколько трещин в постаменте. Мы могли бы его расколоть и освободить беднягу.
— Да?
— Для начала обвяжем статую веревками и заставим коней тянуть, — Ральфа неожиданно увлекла идея, он полез в мешок за бечевой.
— Ну валяй, попробуй, — Кронт лениво развалился у костра.
Ральф принялся опутывать статую веревками. Велена пришла на помощь, даже Кронт в конце концов соизволил завязать пару узлов. Старик бесстрастно наблюдал за ними — после того, как закончилось хэнково пойло, он пребывал в прострации, нежно прижимая к себе пустую бутылку.
— Ну все, готово!
Ральф отошел от статуи и взглянул на нее. Ему показалось, что святой Измаил щерится в злом оскале — мраморные глаза смотрели с бешеной ненавистью.
— Прости, святой воин, — Ральф склонил голову.
Кронт презрительно фыркнул, подождал, пока все отойдут подальше от часовни, и стеганул коней. Они прянули вперед. Веревки натянулись, потом лопнула одна, вторая…
— Вот дерьмо! — выругался Кронт.
Внутри часовни что-то хрустнуло, затем послышался грохот.
— Пошло! Пошло! — закричал Ральф.
Кони мчались вперед, обрывая последние веревки, а шум в часовне все нарастал. Из дверного проема вырвалось облачко белой пыли. Каменные стены закачались и рухнули, взорвавшись осколками. Когда все стихло, изгнанники стояли перед грудой обломков, на которые оседала каменная пыль.
— Молодец, высокородный, — издевательски прошипел Кронт. — Вот это решение проблемы… Еще и дерьмовые лошади ускакали невесть куда, — сплюнув, он побрел вслед за конями.
Старик с ужасом смотрел на развалины.
— Мой дом… мой дом…
Ральф в растерянности тер переносицу. Похоже, то, что он придумал, только ухудшило ситуацию. Он подошел к старику, попытался ободрить, но тот лишь бессвязно и жалобно бормотал о своем доме.
Вернулся Кронт, ведя на поводу встревоженных коней.
— Бедняги, перепугались, когда эта проклятая часовня обвалилась… Ты, высокородный, в следующий раз хорошо подумай, прежде, чем делать.
— Я, по крайней мере, попытался, — сказал Ральф.
На сердце было тяжело, но показывать это он не собирался. Особенно Кронту. Чтобы чем-то занять себя, Ральф поднял с земли цепь, конец которой уходил в груду обломков, и потянул. К его удивлению, она поддалась.
— Эй! Помогите же мне! — закричал он.
Вместе с Кронтом и Веленой они вытащили обрывок цепи — проржавевшие звенья раскололись, когда на них падали камни. Ральф передал цепь старику. Тот какое-то время тупо смотрел на нее, а потом разрыдался.
— Все… все… я пойду… пойду прочь… и спокойно умру, далеко от долины, — он погрозил небу кулаком, — им не достать меня, не достать!
— Ты ведь не потащишься к храму на озере? — спросил Кронт.
— Нет, сохрани меня Всеединый! — старик испуганно отпрянул. — Я уж там был…
— Ну, значит нам не по пути. Когда пойдешь, главное, с тракта не сворачивай пока до кабака не допрешь.
Старик закивал.
— Вот, — Ральф достал последний золотой из кармана. — За деньги Хэнк тебя и накормит, и напоит.
— Какой ты щедрый, высокородный, — ухмыльнулся Кронт.
— Благодарствую, благодарствую, — торопливо говорил Рори. — Спасли меня, что и говорить. Пока буду жить, не забуду. Я ведь только одного хочу — тихо помереть в другом месте, не здесь… не становиться тварью… Благодарствую…
— Да ладно тебе, — Ральфу стало неловко от преданного взгляда старика.
Рори улыбнулся беззубым ртом и зашагал по тракту. То и дело он оборачивался и кланялся изгнанникам:
— Вот спасибо, я уж думал тварью поганой стану… Но есть хорошие люди на свете, есть… Благодарствую, любезные, спасибо, родные…
Он отвесил глубокий поклон и шагнул вперед спиной — прямо на обочину.
— Рори! — закричала Велена.
— Благодарствую, добрая сударыня, да будет вам счастье и богатство, — долетели до них слова старика.
— Рори! Ты с тракта сошел!
Он застыл, как вкопанный, обернулся. На лице появилось выражение безумного ужаса, старик подхватил свои лохмотья и со всех ног кинулся к тракту. В панике, он не подумал вернуться по своим следам, а побежал самым коротким путем.
Тракт был совсем близко — еще один шажок и… Из земли, выбросив в воздух ошметки буро-зеленого мха, поднялись острые иглы, сверкающие чистой сталью, будто сделанные вчера. Рори оказался наколотым, как бабочка в коллекции любителя насекомых. Его пронзительный отчаянный крик заставил оцепеневших изгнанников очнуться и кинуться к бедняге. Старик кричал и дергался, еще сильнее насаживая сам себя на иглы.
— Твари-твари-твари! — верещал он окровавленным ртом.
Ральф остановился у обочины, не зная, что делать. Он понимал, что старик обречен.
Кронт прошел к иглам по следам Рори. Он приподнял левой рукой голову старика, а правой вонзил свой нож ему в горло. Крик перешел в хрипение и утих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
