— Эй! Не смотри! Так и свихнуться можно!
Голос наемника заставил Ральфа вздрогнуть. Он едва удержался, чтобы не заорать в ответ, проклиная, но тут же испугался собственной ярости — она была слишком странной и неестественной. «Как тогда, под деревом», — подумал Ральф и почувствовал, как по спине течет холодный пот. «Проклятая долина! Скорей бы уж выбраться отсюда!» Он шел, монотонно отсчитывая шаги, и старался не замечать каменных стен.
Чудилось, что тракт углубляется все глубже в гору, становится тоннелем. Ральф знал — стоит поднять глаза и станет ясно, что это не так, но упорно разглядывал темную землю. Порывы ветра носили лепестки и мертвых насекомых, но даже вороной привык к этому и не пугался.
Ральф плелся, пока не налетел на наемника, остановившегося посреди тракта.
— Все, дошли уже. Проклятый скотопрогон, все силы высосал…
Прямой отрезок пути, и правда, закончился. Ральф оглянулся — на краткий миг ему показалось, что видит скалы и черно-белые вихри, но стоило сморгнуть и перед ним лежала обычная дорога среди полей. Ветер кинул в лицо пригоршню лепестков, но Ральф только засмеялся — так легко стало сейчас, когда он понял, что скотопрогон позади.
Наемники быстро сели на лошадей и заторопились отъехать от странного места.
Ральф выпрямился в седле:
— Вот видишь, все хорошо, — сказал он вороному.
Конь жалобно заржал, будто не соглашаясь.
— Правда!
Вороной потрусил вперед. Подковы зацокали по камням, и Ральф с интересом взглянул вниз. Небольшой участок тракта был выложен белыми плитами. В зарослях кустарника виднелись обломки стен и барельефов.
— Часовня? — Ральф подъехал к Оскеру. — Здесь была часовня?
— Ага. Но она разрушена давным-давно.
Оскер махнул рукой — чуть в стороне валялась статуя. Перевернутая голова смотрела на путников. На мраморном лице застыла жестокость, что шло вразрез со всеми канонами изображения святых. «Фенгар, Фенгар, зачем же ты Иеронима таким злобным сделал?» — подумал Ральф. «Или это просто так кажется?» Он уже не доверял собственным глазам, да так было и легче. Съехав по склону холма, Ральф уже полностью уверился в том, что садистское выражение на лице святого воина ему просто привиделось.
Крошечные снежинки таяли, едва соприкоснувшись с землей. Наемники торопливо перекусывали холодным мясом. Оскер решил не разводить костра — ему не терпелось побыстрее добраться до озера.
— Вернон нас, небось, заждался. Ничего, еще денек-другой скачки, и будем на месте, — говорил он, запивая мясо хэнковым зельем.
— А чем он там вообще занимается? — спросил Ральф. — Он с самого начала хотел попасть в храм, так?
Оскер задумался, видимо, решая, стоит ли говорить чужаку, потом нехотя пробормотал:
— Да, мы сюда ради дерьмового храма и поперлись. Что-то он про это место вычитал в родовых книгах. Он-то из аристократов, типа тебя.
— И что же он, благородный рыцарь, тут ищет?
Оскер рассмеялся:
— Благородный, ну да… Не знаю я, чего он ищет. Мне главное, что платит вовремя. Еще в Авендане задаток каждому отсыпал. После Дароса деньжат у него куры не клевали… Я б на его месте старый дворец отстроил, заказал бы себе вин из-за моря, любовниц бы завел, по свету бы поездил, по городам да ярмаркам. А он будто взбесился — подавай ему эту дерьмовую долину и все.
Наемник махнул рукой, отхлебнул из фляжки и, передав ее Ральфу, кинулся собирать людей. Все садились на коней без особой охоты — скотопрогон, даром что не слишком длинный, вымотал донельзя. Ральф глотал обжигающую горло жидкость и смотрел, как Оскер руганью и угрозами заставляет наемников сесть на лошадей и продолжать путь. «Вот уж действительно странно, зачем понадобилось ему в долину…
Да и этому сброду, наверное, немало заплатить пришлось.» Они ехали, пока совсем не стемнело. Оскер позволил остановиться, лишь когда тракт стало невозможно рассмотреть.
— Хорошо хоть луны нет, — проворчал один из наемников. — Не то заставил бы нас всю проклятую ночь скакать.
— Не заставил бы, — спокойно сказал Оскер. — Лошадям нужен отдых, я не собираюсь их загнать.
— Ну, ихних-то коняг не загонишь, — наемник кивнул в сторону изгнанников.
— Заткнись и иди спать, — прошипел Оскер.
Кронт вкрадчиво сказал — Ральф готов был поклясться, что тот улыбается, хотя в темноте этого не было видно:
— О да, у нас особые лошади. Не сомневаюсь, что вы их узнали.
— Да, да, хватит болтать…
— Ну почему же? Ведь интересно узнать, что с вашими приятелями случилось… И еще… В один прекрасный день возле тракта мы человек шесть наемников видели.
Мертвых наемников. Убитых таким красивым кинжальчиком… спереди.
Оскер поспешно перебил его:
— Об этом у Вернона спросишь. А сейчас — спать!
— А ты ничего не знаешь? Совсем-совсем ничего?
Оскер рванул меч из ножен:
— Я сказал, спросишь у Вернона! А будешь рыпаться — свяжем. Понял?
— Да, да… Зачем же сразу за оружие хвататься?..
Кронт отошел и стал устраивать себе постель из одеял и плаща. Ральф подумал, что им не мешало бы перекинуться парой слов, но Оскер зорко следил за изгнанниками.
Даже ночью наемник сидел у потухшего костра и внимательно наблюдал за всеми.
Утром он, злой и невыспавшийся, разбудил остальных, заставил наскоро позавтракать, оседлать лошадей и снова рысцой трястись по тракту.
Глава 17
Встреча с Верноном Покрытая утренним инеем трава проминалась под копытами лошадей. Редкие лужицы на тракте затянуло ледком. «Вот и зима», — подумал Ральф. Его, Кронта и Велену заставили ехать в центре наемничьего отряда, Оскер внимательно следил за каждым их движением. Не было никакой возможности переговорить, не говоря уж о побеге.
Ральф предавался самым мрачным мыслям, понуро уставясь на черную спутанную гриву своего скакуна.
— Э, высокородный, что загрустил? Боишься, Вернон тебе кишки выпустит? — к нему подъехал Кронт.
— А ты рассчитываешь, что тебя он с оркестром примет? — огрызнулся Ральф.
— Ну, я просто слышал, он не слишком высокородных любит. Даром, что сам из них.
А, Оскер? Так оно?
— Хватит болтать. Приедем — все узнаешь, — отрезал Оскер.
Кронт весело ухмыльнулся и небрежно махнул левой рукой — Ральф успел заметить холодный блеск кинжала в рукаве кожаной куртки. На его недоуменный взгляд Кронт чуть заметно кивнул.
«Он хотел предупредить меня… Чтобы и я спрятал оружие…» Ральф безотчетно теребил поводья. «Но что толку от ножичка?» Тем не менее, он с нетерпением ждал привала, когда можно будет выполнить совет. Охотничий нож, прощальный подарок изгнанникам из Авендана, висел справа на поясе — подумав, Ральф решил спрятать его в голенище сапога.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
