Бродерики Гейбриел, громко расхохотавшись, высказали свои соболезнования. Нет, Эванджелина, должно быть, неправильно поняла их слова, потому что ее голова еще кружилась от мысли, что она выйдет замуж за Лахлана.
Фэллин и Шейла смотрели на нее, разинув от изумления рты, а у Иския, поглаживавшего серебряную бороду, на губах играла веселая улыбка — во всяком случае, до того мгновения, пока Лахлан не бросил на него полный досады взгляд.
— Значит, мы вернулись к тому, с чего начали.
Своим раздраженным замечанием Магнус оторвал Эванджелину от ее стратегических проектов.
— Ничего подобного. У меня есть превосходное решение.
Магнус перевел взгляд с Эванджелины к заерзавшему на стуле Лахлану.
— Похоже, твоя невеста думает, что как будущая королева имеет право принимать решения, которые по закону должен принимать ты. Возможно, мне следует поблагодарить тебя за то, что ты расстроил мои планы жениться на ней.
— Да, следует. — Недовольно засопев, Лахлан сложил руки на груди и добавил: — Давайте послушаем этот ее блистательный план.
Эванджелина не позволит ему вывести ее из себя, она была слишком довольна тем, как все складывалось, чтобы обращать внимание на его мрачное настроение.
— Все просто. Король Магнус хочет жениться, чтобы укрепить связи с Фэй — Волшебные острова и нашими святынями. Король Бродерик и король Гейбриел оба не женаты. Один из них может жениться на Джоранн.
Эванджелина, обернувшись к Магнусу, вопросительно подняла бровь.
— Она права, — пожал плечами Магнус. — Любой из них может.
Фэллин с другого конца стола метнула в нее уничтожающий взгляд, и Эванджелина помрачнела.
— Не понимаю, в чем проблема, Фэллин. Он же тебе не нужен.
— Эванджелина, — тихо сказала Шейла, злобно глядя на нее и одновременно похлопывая по руке сестру.
Неразговорчивый король Фэй-Уэлш усмехнулся и, наклонившись к сидевшей рядом с ним бывшей невесте, промурлыкал:
— А я думал, тебе все равно.
— Все равно. Давай женись на ребенке, — процедила сквозь сжатые зубы Фэллин.
Положив руку ей на щеку, Бродерик заставил Фэллин посмотреть ему в глаза.
— Нет, тебе не все равно, просто ты слишком упряма, чтобы признаться в этом.
Эванджелина осмелилась посмотреть на Лахлана, желая узнать, что он думает о ее плане, и первый раз за этот день он ей улыбнулся. Радость расцвела у нее в груди, и Эванджелина улыбнулась ему в ответ. По крайней мере, хоть кто-то признал правильность ее решения. Эванджелина снова перевела свое внимание на Бродерика и Фэллин.
— Я не упрямая, я…
Бродерик поцелуем заглушил возражение Фэллин, а потом, отстранившись, сказал:
— Упрямая, и это одна из причин, по которой я тебя люблю.
— Ты любишь меня? — удивленно моргнула Фэллин, а Бродерик свел брови.
— Я всегда любил тебя, и ты это знаешь.
— Нет, Бродерик, не знаю. И возможно, это как-то связано с тем, что ты накануне нашей свадьбы целовал другую женщину.
Фэллин поджала губы.
— При чем тут это? — отмахнулся король Фэй-Уэлш, словно его неблаговидный поступок не имеет никакого значения.
— Решайте все между собой. — Фэллин отодвинула стул от стола. — Меня не заботит, что ты делаешь.
Она встала и выбежала из зала, и Шейла, бросив в сторону Эванджелины последний убийственный взгляд, торопливо последовала за сестрой.
Эванджелина вздохнула, уверенная, что обе женщины скоро поймут, что она предложила единственное разумное решение. Обнаружив, что объект их обсуждения, застыв, стоит позади своего брата, Эванджелина посмотрела на Джоранн.
В ответ Джоранн окинула ее откровенно неприязненным взглядом — взглядом, который мгновенно превратился в сентиментально невинный, когда она почувствовала внимание брата. Успокаивая сестру, Магнус стиснул ей руку и снова обратился к мужчинам:
— Итак, кто из вас это будет?
Лахлан и Бродерик повернулись к Гейбриелу, который напряженно сидел между ними, и тот хмуро посмотрел на обоих друзей. Он, по-видимому, был готов вложить им ума, но неожиданно до его ушей долетело сдавленное рыдание Джоранн. Он вздохнул, и, когда увидел ее слезы, его взгляд смягчился. Эванджелина его не винила — хотя она была совершенно уверена, что слезы не настоящие.
— Для меня будет честью сделать Джоранн своей женой, — спокойно встав, ответил Гейбриел.
Сестра Магнуса одарила Гейбриела улыбкой такой ослепительной, что она, по-видимому, лишила дара речи трех королей, а Эванджелина закатила глаза.
— Это тебя устраивает? — обратилась Эванджелина к Магнусу.
— Да, вполне устраивает. Хотя, должен признаться, что, несмотря на твою чересчур властную манеру, я расстроен, что не могу сделать тебя своей женой. Твоя красота компенсирует твой недостаток, а твоя магия, как мне говорили, поражает. Ты уверена, что не хочешь изменить свое решение?
Магнус погладил ее по руке, и у Эванджелины по коже побежали мурашки — подобную реакцию вызывало прикосновение Аруона, и она сделала глубокий вдох, чтобы успокоить дрожь.
— Нет, не хочет! И прежде чем я сочту за оскорбление и твое предложение, и твое лапанье моей невесты, советую тебе освободить и Иския, и Эванджелину, чтобы мы покинули эти места.
Эванджелина удивленно моргнула. Добродушие, с которым Лахлан вел себя до этого, исчезло, теперь перед ней был мужественный воин.
— Не так скоро, — выгнув бровь, отозвался Магнус. — Прежде чем сестра останется без моей защиты, я хочу видеть ее замужем, и… — он бросил взгляд на Эванджелину, — будучи не слишком доверчивым человеком, я начал сомневаться в твоей так называемой помолвке. В конце концов, ты просто можешь уехать отсюда, и ничего больше не последует, а я из-за обмана лишусь своего шанса жениться на ней. Чтобы успокоить свои подозрения, я прослежу, чтобы вы поженились вместе с Гейбриелом и Джоранн.
У Лахлана дернулась щека, и Эванджелина поняла, что именно так он и собирался поступить. И если бы не утрата ее способностей, она распознала бы его ложь. Сейчас, когда она это знала, ей оставалось только думать, что разочарование, тяжелым грузом лежащее у нее внутри, объясняется тем, что все ее планы относительно Островов теперь превратились в ничто.
Увидев в глазах Эванджелины обиду, Лахлан помрачнел. Это потому, что она только сейчас осознала, что Магнус назвал его обманщиком? Но не могла же Эванджелина всерьез думать, что он собирается жениться на ней? Нет, он был последним человеком, за которого она хотела бы выйти замуж, точно так же, как она была последним человеком, на ком он хотел бы жениться.
И, изведав опьяняющий прилив ее энергии, Лахлан не хотел мириться с мыслью, что лишится ее магии, несмотря на то что часть его восставала против идеи снова позаимствовать у Эванджелины ее кровь. Но он не причинил ей боли. Судя по ее поведению, делясь с ним кровью, она получала такое же удовольствие, как и он. Энергия, которую он получил вместе с ее кровью, мешала ему оставаться на расстоянии от Эванджелины, но он прекрасно умел держать свои эмоции под замком, и с Эванджелиной ему просто нужно внимательнее следить за этим.
