— Не беспокойся, Эви, — сказал Лахлан, обхватив ее рукой, — все будет не так плохо.
— Да, конечно, если ты будешь продолжать обращаться со мной, словно я просто-напросто твоя рабыня, — проворчала Эванджелина.
— Значит, ты так видишь наши отношения? А я думал, мы больше похожи на короля и его возлюбленную. — Лахлан рассмеялся, когда Эванджелина, обернувшись, взглянула на него. — Нет, думаю, на худой конец мы могли бы стать друзьями.
Он удивился, обнаружив, что имел в виду именно то, что сказал. Кроме Бродерика, Гейбриела и своего дяди, которых он видел не часто, в Королевстве Фэй он был близок только с Искием. Лахлан уже начал уставать от мелочных интриг придворной жизни и был бы рад иметь союзника, которому можно доверять.
— Друзьями? — Она всмотрелась в его лицо, а потом кивнула: — Да, мне хотелось бы этого.
Да, его жена, несмотря на всю свою магическую силу, нуждалась в союзнике среди фэй. В ком-то, кто не будет судить о ней по поступкам ее матери, в том, с кем она могла бы немного расслабиться.
— Лахлан!
— Да, Эванджелина?
Не сомневаясь, что знает, о чем она собирается спросить, Лахлан не скрыл насмешки в голосе.
— Ты смеешься надо мной?
— Нет. Скажи то, что хотела спросить.
— Если я соглашусь, что дружба приводит к успешному браку, а успешный брак — это то, к чему мы будем стремиться…
— М-м…
Эванджелина пристально посмотрела на Лахлана.
— Я просто соглашаюсь с тобой. Продолжай.
— Думаю, нам следует смотреть на наш брак, как… как на партнерство. Настоящее партнерство — равноправное партнерство.
— Интересная идея.
Лахлан потер рукой рот, чтобы спрятать улыбку.
— Ты смеешься надо мной?!
— Нет. Я смеялся над тем, насколько ты предсказуема. Мы только что поженились, Эванджелина. Пусть пройдет немного времени.
— Значит, ты мне доверяешь, да?
— Да, доверяю.
Он говорил правду.
— Спасибо тебе, — улыбнулась ему Эванджелина. — Обещаю, я стану тебе хорошей женой, а Фэй — Волшебные острова хорошей королевой.
— Да, — он слегка щелкнул ее по носу, — я знаю, так и будет. Ты станешь хорошей и послушной женой.
Он пошутил, надеясь вывести ее из себя.
— И я тоже знаю, Лахлан, что ты будешь хорошим и послушным мужем.
Проклятие, ее нарочито беспечный ответ облегчил бы сверлящую боль, если бы не безыскусственная нежность в ее глазах. Отчаянно стараясь отвлечься, Лахлан остановил взгляд на группе воинов, скачущих впереди них.
— И как, по-твоему, Бродерик приблизился к тому, чтобы Фэллин вышла за него замуж?
— Нет, — вздохнула Эванджелина, проследив за его взглядом, направленным на Бродерика, который пытался втиснуться между Фэллин и ее сестрами. — Он безнадежен.
— Мы с Гейбриелом пытались обучать его искусству ухаживания, но он не слушал нас должным образом. Хотя, думаю, вчера у него, возможно, был шанс.
— Быть может, в этом-то все и дело. Я очень сомневаюсь, что тебе или королю Гейбриелу когда-нибудь нужно было ухаживать за женщиной.
— Между ухаживанием за женщиной, чтобы завлечь ее в постель, и ухаживанием за женщиной, чтобы жениться на ней, не такая уж большая разница.
Эванджелина выразительно посмотрела на него.
— Да, мы этого не делали, но это не значит, что не сумели бы, если бы пришлось.
— По-видимому, так.
— Ты намекаешь, что хочешь, чтобы я ухаживал за тобой? — Лахлан потер грудь, куда снова вернулась тупая боль.
— Ты не думаешь, что уже поздновато?
Да, думал, но он не собирался заострять внимание на том, что она еще должна оказаться у него в постели. Пусть Эванджелина и сказала, что не ожидает от него ухаживания, но он не был полным дураком, когда дело касалось женщин.
— Ты меня не слушаешь?
— Что? Да, что ты сказала?
— Я сказала, что решила помочь Бродерику завоевать расположение Фэллин, — раздраженно засопев, повторила Эванджелина.
— Ты не знаешь, как ухаживают, — насмешливо фыркнул Лахлан. — А кроме того, зачем тебе нужно помогать ему?
— Так как я женщина, то, думаю, лучше тебя знаю, чего хочет женщина. А хочу помочь потому, что теперь вижу, что они влюблены. Их просто нужно подтолкнуть в правильном направлении.
— Подобной женщины я еще никогда не встречал, — тихо пробурчал он. — Будь осторожной, Эванджелина. Когда дело доходит до подталкивания, у тебя получается толчок изо всей силы.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я хочу сказать, что ты не слишком деликатна.
— Нет, не это. Ты сказал, что я не похожа на женщин, с которыми ты встречался.
О нет, Лахлан не собирался обсуждать с ней эту тему. Эванджелина вывернет наизнанку его слова, и кто знает, чем это для него закончится, поэтому он с облегчением вздохнул, когда Гейбриел на своем коне поравнялся с ними.
— Я решил, что мне лучше отправиться домой и не сопровождать вас на Острова. Не уверен, что Джоранн выдержит лишнее время или что я в определенном смысле способен на это.
Лахлан вслед за другом посмотрел на Джоранн, которую утешала ее горничная.
— Она так и не перестает плакать с тех пор, как мы покинули Крайний Север?
— Она не перестает плакать с тех пор, как закончилась церемония. — Гейбриел с досадой запустил руку в волосы. — Я изо всех сил старался утешить и успокоить ее, но теперь уже не знаю, что и делать.
— Король Гейбриел, твою жену воспитывали король Магнус и его братья, так что ты, вероятно, слишком нежен с ней. Возможно, лучше подойдет более решительное обращение.
— Думаю, это не принесет вреда, так как ничто другое не помогает. Спасибо тебе, Эванджелина. Я попробую.
— Тебе достаточно сопровождающих тебя людей? — спросил Лахлан, когда Гейбриел развернул коня.
— Да, вполне. Увидимся на следующем заседании Совета справедливых. Надеюсь, он состоится скоро, — добавил Гейбриел, и когда он занял место рядом с женой, его низкий голос заглушил взмах крыльев.
Джоранн вскинула голову, как будто ее ударили, и выпрямилась на лошади, а затем вытерла глаза и кивнула, а Гейбриел с довольной улыбкой посмотрел в сторону Лахлана и Эванджелины.
— Я жду, — нараспев протянула Эванджелина.
— Хорошо, милая, я преклоняюсь перед твоим превосходным знанием женщин.
— Еще.
Она покачала пальцами.
— Боюсь, ты возгордишься даже больше, чем сейчас, но да, я рад, что женат на тебе, а не на этой крошке.
— Разумеется, рад. — Эванджелина похлопала его по руке. — Ведь, несмотря на все твои усилия изображать из себя дурака, ты на самом деле умный человек.
— Надеюсь, смогу оправдать твое высокое мнение обо мне, Эванджелина, — сухо отозвался Лахлан, подумав, что, возможно, ему все-таки следовало позволить Магнусу жениться на ней.
