Дорогая Лора, вы что-то узнали? Скажите, прошу вас, не томите, что вы узнали?
Алкоголь Лору не спас, у Энн была прекрасная память. Как же она не любила устраивать цирк, но иного выхода не было: Лора вперила взгляд в экран телефона, будто получила важное известие, встрепенулась и окликнула Ханну.
– Миссис Колт, прошу нас простить, нам нужно бежать. Мы вот-вот нападем на след пропажи. А вы отдохните и, пожалуйста, отставьте ви́ски. В таком состоянии вам не выступить перед репортерами и уж тем более не провести завтра рождественскую встречу ремесленников. Вы же помните?
На краткий миг Энн вспомнила о своих обязанностях, и ее лицо приобрело привычное сосредоточенное выражение, но она так же молниеносно отмахнулась от проблеска осознанности и засопела, прямо сидя на диване.
Девушки на цыпочках пробрались мимо Энн из номера и остановились в фойе гостиницы, где администратор любезно предложила вызвать такси или воспользоваться услугами их водителя. Выбирая между обедом в ресторане, самое недорогое блюдо в котором стоило десять фунтов, и это был гарнир, и дорогостоящей поездкой в люксовом автомобиле, подруги единогласно проголосовали за немедленное отправление в Стерлинг, где и находилась мастерская-магазин нового приятеля Ханны.
Лоре удалось найти на сайте местного правительства кое-какую информацию о Джареде Ирвинге: на фото он выглядел не так мерзко, как его описывали, но все же назвать мужчину приятным было нельзя. Было в нем что-то отталкивающее, и речь даже не о реденьких усиках, похожих на грязь, над верхней губой. Активным политическим деятелем он не был, социальную жизнь тоже не вел, да и граждан не принимал, а значился министром по вопросам природных ресурсов.
Стерлинг напомнил Лоре Саффолк Грин: уютный провинциальный городок с вереницей старинных коттеджей и духом истории. Ей пришлось признать, что Стерлинг оказался более величественным и живописным: располагался он на возвышенности и был окружен холмами-защитниками, будто припорошенными сахарной пудрой. Кручеными улочками он походил на младшего брата Княжества Лихтенштейн.
Водитель остановил машину прямо напротив мастерской, размещенной на первом этаже одного из стандартных двухэтажных домиков со средневековым шармом.
Дверь в «ТехноБум» открылась под звуки музыкальной подвески. Внутри было темновато, душно, пахло гарью от сварки и лапшой быстрого приготовления. Слева, за стойкой администратора, сгорбившись сидел парень и менял экран телефона под точечной лампой. Справа находился видавший виды угловой диванчик, обтянутый светлым дермантином. Впереди – два стола побольше, один с компьютером, другой – рабочий, со множеством деталей на запыленной столешнице. Еще тут было несколько закрытых витрин с подержанными устройствами и комплектующими, а позади – две двери, ведущие бог знает куда.
– Добро пожаловать в «ТехноБум», – пробубнил парень, не подымая головы. – Грейси, обслужи клиентов!
Из левой двери вывалился Грейсон – тот самый худощавый темнокожий парень, но уже без меховых наушников, в красной футболке и синих джинсах. Он так смутился, что от волнения начал трепать свои короткие вьющиеся волосы.
– Здраст… привет! Дамы… то есть… Ханна. И…
– Лора. Рада знакомству, – ответила та с теплом, чтобы немного разрядить атмосферу, но сразу после этого Ханна подбежала к Грейсону и разрядила ее настолько, что Лоре стало не по себе, а остальным – наоборот.
– Грейси, расслабься, – заявила Ханна. – Представь, что я твоя одноклассница, уехавшая в Манчестер после школы. И вот мы встретились, чтобы наверстать упущенное. Не будешь же ты заикаться и покрываться потом при виде старой подруги?
Грейсон растерялся, но непосредственный подход Ханны подействовал на него как успокоительное. Через пару минут он уже поил девушек чаем, отправил напарника в пекарню за слойками, а сам увлекся рассказами о местных достопримечательностях.
– Знаете, у нас здесь такие красоты! Холирудская церковь, замок и мой любимчик – монумент Уоллеса. А еще я обожаю Данблейн. Данблейнский собор – ну просто сказка! Я с удовольствием вам все покажу.
– И я бы с удовольствием на все посмотрела. Если только… – Ханна погрустнела и стукнула дном чашки о столик. – Если только меня не уволят.
– Да-да, конечно. Извините, совсем забыл, что мы тут не чай пить собрались. Вы принесли предмет?
Пока Ханна доставала упаковку антисептика, Лора упомянула, что для открытия сейфа используется, скорее всего, большой палец, и показала Грейсону наименее подозрительные фотографии из кабинета Энн.
– Неплохая модель, но довольно простенькая. Сенсор не всегда срабатывает с первого раза… кажется, это что-то китайское. Я потом запишу вам несколько достойных моделей, передадите начальнице. А пока погуляете пару часов?
Глава 30
Теперь настал черед Лоры подтрунивать над потенциальным романтическим интересом Ханны. Но продлилось это недолго: совсем скоро обе девушки влюбились в Стерлинг, поэтому, наскоро перекусив бургерами и овощным салатом, отправились на экскурсию. И вплоть до вечера им удалось оставить позади историю с кражей, нервозностью Энн и десятками мануфактур – словно они заперли ее в темном чулане, подперев ручку метелкой.
– Боже, Лори, мы как будто на машине времени переместились в Средневековье! – восторгалась Ханна на каждом шагу. – Ну, если не считать того парня на электросамокате.
Прелесть древнего района Стерлинга была даже не в том, что весь населенный пункт походил на старинный европейский городок, а в том, что обойти его можно было буквально за два-три часа быстрым шагом. Когда Ханне перезвонил Грейсон, они только что подошли к Стерлингскому замку.
– Придется довольствоваться фотографиями, – печально произнесла Ханна, сделав не менее дюжины снимков.
Замок в свете желтых фонарей казался объятым волшебным огнем и словно источал тепло. Ежась, Лора поняла, что ее мысли и физические ощущения перестали синхронизироваться.
Счастливый Грейсон помахал в воздухе какой-то силиконовой накладкой, стоило девушкам войти в мастерскую.
– Я сделал две. На всякий случай. Все-таки большинство использует указательный палец, а большой… это что-то для телефонов. В общем, вот.
Грейсон протянул Ханне пластиковый зиплок-пакетик с двумя напальчниками из розового силикона. Их причудливая форма с прорезью над костяшкой пальца напомнила ей самодельные бумажные фигурки для пальчикового театра. На наконечнике находилась тонкая овальная накладка, похожая на резину, – чуть ребристая, с оттиском отпечатка Энн Колт.
«Не хочу знать, как Грейсон это изготовил, и не хочу думать, что он и правда взламывает сейфы и помогает преступникам. У нас дело другое. И пусть это звучит как отговорка… конечно, это отговорка! Это преступно. Но если я распутываю уже второе дело, могу же я немного поиграть с огнем? Мне нравится, когда меня называют детективом. Зачем лгать самой себе?» – Лора провалилась в размышления и пропустила момент, когда Грейсон
