и поселений на побережье, — вздыхает кораблестроитель. — Его одного достаточно, чтобы подавить небольшую фракцию. Особенно учитывая то, что внутрь может поместиться до 150 гребцов и ещё с сотню солдат сверху.
Вместительный корабль это верно.
Да и катапульта теперь понятно зачем на носу. Это по кораблю бить такой дурой неудобно, а вот по частоколу или каменной стене очень даже можно!
Уже одна катапульта легко сломит оборону целого форпоста. А многочисленный десант закончит начатое, ворвавшись через брешь.
В итоге, что мы получаем?
Флот юрких галер, способных установить блокаду портов. Не говоря уже о вопросе снабжения будущей войны.
А также наковальню в лице огромного десантного бота по типу «Берсерка».
Алекс, конечно, клянется, что «Берсерк» — единственный в своей серии, но тот же Архонт уже успел поведать мне о втором заложенном судне аналогичного типа в Афинах.
Уже очень скоро Афины восстановят свою военно-морскую мощь. Вопрос, разве что в численности их игроков.
По словам моряков, многие из них толком и в Афинах не были. Они приходятся на мелкие фракции, которые слёту захватывали Афины.
К тому же Афины немало скупали тех же рабов у Орды и Вавилона. И их они также бросили на развитие форпостов и караванов между островом и материков.
Поэтому в полисе может быть хоть под 1000 игроков, разбросанных по десяткам «точек интереса».
Так что с народом у Афин проблем в ближайшее время также не предвидится.
Но сейчас, когда мы обладаем перевесом на море, неплохо ослабить противника, нарушив его связь с материковыми форпстами, а по возможности и захватив их.
— А про Киото хоть что-то известно? — уточняю я. — Понятно, что они не любят афишировать свои внутренние дела, но может быть хоть какая-то информация просочилась наружу, раз Афины ведут с ними дела?
— Был на «Царице» один матрос. Выходец из одиночного кластера в горах. Его захватил Киото, так он и оказался среди прочих в полисе. А потом как-то смог сбежать, спрыгнув со скалы. Местные посчитали его мёртвым. Парень надеялся мир повидать. А его поймали кочевники и продали в Вавилон. Там уже выкупили бедолагу в Афины, — поясняет Алекс.
Да уж помотало мужика, нечего сказать.
— Так вот… мы над его словами смеялись, — продолжает свой рассказ Алекс, — но он говорил, что жители Киото нашли общий язык с морскими чудовищами. А возможно, и сами могут в них оборачиваться.
Вот вам и тихий полис в горах…
Неужели ещё один Милан, способный договариваться с духами?
Я в задумчивости прикрываю глаза.
От этой неизвестной переменной мне необходимо избавиться любой ценой.
— Когда закончите с «Берсерком»?- спрашиваю я.
— Где-то завтра к полудню, — отвечает Алекс.
— Значит, решено, — решаю я. — Завтра же мы двинемся в Киото. Откладывать этот вопрос и дальше уже нельзя
Глава 14
Нос «Берсерка» с грохотом разрезает морскую пену.
Незабываемое ощущение.
Каждый, кто стоял когда-либо на более-менее крупном судне, может понять это чувство превосходства человека над природой.
Это вам уже не какая-то рыбацкая лодка, которую может опрокинуть любая среднестатистическая волна.
Нет, морскую пучину рассекает настоящий боевой корабль!
Даже галеры на фоне «Берсерка» смотрятся блекло.
Я качаю головой.
А ведь ещё недавно «Хрюша» мне казалась едва ли не верхом кораблестроения для текущего уровня развития.
Но нет, новоприобретенный флагман уделывает всех своих конкурентов под чистую.
Следом за «Берсерком» двигается ордер из трёх галер: «Хрюши», «Гели» и «Царицы».
Теперь Спарта может открыто заявить, что у неё имеется самый-настоящий флот.
И мы этого смогли добиться всего-то за пару месяцев. А что будет после истечении нескольких лет?
Даже представить сложно.
С левого бока ко мне подходит Алекс, капитан флагмана.
— Уже скоро будем проплывать Врата, — поясняет мужчина.
— Что проплывать? — интересуюсь я.
— Врата, — повторяет Алекс. — Форпост Афин, что стоит на противоположной стороне залива. Вплотную к нему идёт нужное нам течение, а потому примелькаться придётся.
— И почему назвали форпост Вратами? Что он защищает? — наклоняю я голову набок.
Алекс и рассказывает.
— Врата сторожат сам залив. Вместе с Солнечным Берегом два форпоста должны были полностью заблокировать Киото внутри него. Именно с этой целью Сабо и пошёл на уничтожение местных фракций, чтобы любой ценой забрать в собственность Афин эту землю.
Я хмурю брови.
— Странно тогда, что Киото не стали мешать столь наглому поведению Сабо. У них ведь есть флот? — уточняю я.
— Несомненно, — кивает капитан «Берсерка».
— Тогда странно вдвойне, — потираю я подбородок. — Вход в «домашний» залив всегда будет жизненно-важной точкой для любой фракции. Это вне обсуждений. Киото не может этого не понимать. Но при этом они дозволяют другой фракции хозяйничать прямо у себя на пороге?
— Я этого также не понимаю, — поднимает плечами Алекс. — Или Киото уверены в том, что никто не сунется в их залив, или же… Они просто ни во что не ставят Афины.
— Ха-ха, вполне может быть и так! — усмехаюсь я.
Уже через пятнадцать минут на горизонте появляются очертания скал и рифов.
В отличие от Солнечного Берега, местная бухта окружена десятком торчащих из-под воды скал. Они хищно смотрят во всё стороны, словно созданный природой «каменный ёж».
Мда, одна ошибка в навигации или управлении кораблём, и неминуемая гибель обеспечена.
Даже издали видно, что бухта здесь маленькая и не самая удобная. Только деревянный пирс говорит о наличии цивилизации. Дальше идёт узкая тропа в горы, а где-то там, наверху виднеются стены форпоста.
Штурмовать такую дуру будет ой как непросто!
— И как только Сабо смог захватить местных с такими-то условиями? — указываю я на крайнем недоброжелательное местечко.
Алекс тихо фыркает.
— Направь Сабо хоть три сотни моряков с этой стороны, то ни о какой победе и речи не шло бы, — заявляет он. — С противоположной стороны скалы имеется пологое плато. А чуть северо-западнее есть небольшой пляж. Слишком мелкий для полноценной бухты, но пригодный для того, чтобы высадить десант. Пара хлопушек из Вавилона, и вот завоевание не готовых к такому повороту игроков уже не кажется нереальным.
— Дай угадаю, план сформирован Гарпией? — хмыкаю я.
— А кем же ещё? — пожимает плечами Алекс. — Так-то старик выдал его как общую стратегию, разработанную при поддержке «ладей» и их сторонников, как тех, кто «топит» за наземную
