секунду подумала и признала его правоту, заменив руну, как он и предложил. Стало легче, теперь формула получалась сложной, но многофункциональной.
– Ёлка, ты бы лучше не показывала наработки, стащат и выдадут за свои, – решила уколоть парней Альёна, до сих пор злясь на старосту, припоминая его пакостные мысли. Укол удался, Айвек запыхтел, надулся, ещё немного, и набросится.
– Даже если стащат, применить не смогут, я же разрабатываю заклинание под свою силу, другим такое не подойдёт, – успокоила подругу.
Но снова вмешался Санир:
– А это ты зря. Если что-то делать, то лучше многофункциональное, тогда и патент сможешь получить. А так будет сложно, не у всех есть магия жизни. Это редкий дар. Потому лучше попробуй придумать заклинание с расчетом на целительную магию, а не только на свою.
Я видела, землянка собралась возмутиться, но едва заметно мотнула головой. Не любила споры, особенно когда собеседник прав. Сама я об этом совершенно не задумывалась.
– Чтобы рассчитать формулу на целительский дар, мне необходима капля его силы, желательно самой минимальной, чтобы воспользоваться мог и слабосилок, – мыслила вслух, конкретно ни к кому не обращаясь.
– У лекарей такие есть, могу проводить и показать, если хочешь, – предложил Санир.
– А что это ты вдруг таким добреньким стал? – с подозрением спросила Альёна.
Но темноволосый парень не смутился.
– Если не заметила, я люблю умных студентов, независимо от пола. А тут увидел нечто сложное и необычное. Загадки всегда были мне интересны. Присваивать чужое не стану, своих наработок много, на несколько из них уже успел получить патент, – спокойно отозвался юноша.
Я промолчала, но на Альёну, собравшуюся снова обвинять, глянула весьма красноречиво. Она всегда забывала: для меня не было ничего тайного, чужие помыслы находились как на ладони. Землянка сдулась и замолчала. Мы перестали обращать на других внимание, к тому же парней отвлекли другие студентки. Они ворковали и пытались навязаться на приглашение на бал. Судя по разговорам, считалось почётным и престижным прийти с лучшими студентами. Но если Айвек заливался соловьём, то Санир сразу сообщил, что пока ничего не решил. Обернувшись, уточнил:
– Так как насчёт завтра? Примешь помощь?
– Да, – ответила раньше, чем снова вмешалась Альёна.
Я понимала, так она обо мне заботилась, но чуть позже пришлось снова напомнить ей о моем ментальном даре:
– Пойми, если бы я уловила в его мыслях хоть что-то нехорошее или нечестное, ни за что не согласилась бы. Но я увидела неподдельный интерес именно к заклинанию. Тут, скорее всего, сработал факт, что приближается практика, а там всякое может случиться. Нам рассказывали, что порой некоторые студенты страдают из-за своей безалаберности. Кого-то вытаскивают целители, но есть такие, кто остаётся калекой. Вот этого я и хочу избежать.
– А не мог он обмануть, прекрасно зная о твоей способности читать мысли? – не сдавалась девушка.
– Исключено. Меня нельзя обмануть. Я смотрела не на поверхностные мысли; заглянула глубоко, где присутствовал сугубо научный интерес, – пояснила, как смогла, рассчитывая, что меня поймут.
Так и оказалось, подруга сразу поверила.
– Да? Ну ладно. Надеюсь, этот Санир не такой, как его дружок, – сделала вывод девушка.
* * *
Рич
Договариваться о телепортации домой пришлось с ректором. Упертый дядька, ни в какую не желал отпускать, пока я не открыл ему свое настоящее имя. Признаться, думал уже лекаря вызывать, так подурнело мужчине от подобной информации. Но, молодец, быстро взял себя в руки. Отпустил, пообещав больше ни с кем не говорить обо мне. Правда, уточнил один момент:
– Я так понимаю, лорды Даяно и Грезгор вам хорошо знакомы? И именно из-за вас один из них настаивал на должности декана боевого факультета?
– Мастер Даяно учил меня больше тринадцати лет, а Грезгор – мой дядя, родной брат матери. Думаю, об этом вы и так прекрасно осведомлены. Но я и сам не ожидал, что он решит присмотреть за мной.
Больше вопросов не было. Я поторопился покинуть Академию, чтобы поговорить с родными. Предстояло еще составить план разговора, чтобы заранее не дать родным надежду. Вдруг я ошибся? Это будет удар. Но, признаться, не терпелось увидеть ещё и близняшек, брата и сестру. Наверняка за три месяца они успели подрасти. А там, может, и родовая магия скоро проклюнется.
Не успел переместиться к себе в покои, как вошёл слуга с донесением о приглашении родных. Быстро они меня вычислили. Даже переодеться не успел. Но делать нечего, надо идти.
– Спасибо, Крок, сейчас буду, – кивнул слуге и, бросив взгляд в зеркало, отправился к матушке.
Она находилась в золотой гостиной вместе с отцом. На руках у обоих расположились крохи-близнецы. Не удержавшись, после приветствия подошёл и осмотрел обоих. Правда, подросли. Глаза у девочки были сине-фиолетовыми, а у мальчика темно-карими, почти как у меня. Долго любоваться малышами не дали. Терпением матушка никогда не отличалась.
– Ричармир, что привело тебя домой? Насколько я знаю, первому курсу запрещено покидать территорию Академии? – спросила мама. Папа смотрел настороженно.
– Матушка, мне необходим родовой перстень. Сразу скажу, пока ни о чем не спрашивайте, не хочу обнадеживать раньше времени. Если моя догадка подтвердится, обещаю, тут же пришлю вестника. А пока нет. На то есть несколько причин, о которых тоже не расскажу. Но у меня к вам будет один вопрос. Этот амулет вам знаком?
Я протянул лист с рисунком вещицы, которую никак не могла снять с себя Еллина. Папа первым бросил взгляд на рисунок, и тут же стало понятно, он не просто знал, что это, но и боялся. Когда мама коснулась листка, ей даже рассматривать не пришлось – обмякла на диванчике, и я едва успел подхватить малыша с ее рук. Вызвали лекаря, тот принес несколько капель своего чудесного средства.
Через минут двадцать матери стало лучше. Она забрала у меня малыша и уточнила:
– Где ты это видел?
– Сначала я хочу узнать, что это такое. Почему хозяйка кулона не может его снять? – уверенно спросил и заметил осуждение в глазах папы.
Ну да, у нас матриархат, мужчины не имели права так разговаривать с женщинами. Но вопросы слишком были важны.
– Это для нее ты хочешь взять перстень? Но я и без родовой реликвии скажу, что она является именно той, кого мы и не надеялись уже отыскать. Потому что внешность можно подделать, магию забрать, а вот хранителя обмануть невозможно, – поведала матушка.
– Хранителя? Это что такое?
– Это своеобразный оберег нашей семьи, передающийся по женской линии. Надежная вещь, но вместе с тем весьма опасная. С девочкой сейчас все хорошо? Побочных эффектов нет? – в голосе
