глаза.
– Как будто есть другие варианты, – срывающимся голосом проговорила она.
Я отступила на шаг и сняла путы-заклинания. Светлая этого не ожидала и едва не упала, но и не попыталась убежать, получив долгожданную свободу.
– Вот, – я сунула ей в руки портал.
– Это же…! – вскрикнула она и тут же сама зажала себе рот. – Попрыгунчик, – уже тише произнесла Маргота.
– Хватит только на один короткий прыжок. Вынесет из любой хорошо охраняемой территории, – пока я объясняла, девчонка разглядывала камень-попрыгунчик. У меня было желание забрать его обратно. Это единственное, что осталось у меня от старшего брата. Свой порыв сдержала. Зато Маргота нет.
– Тут же клеймо Дортвендартов, – прошептала она и резко вздёрнула голову.
14,2
Её ярко-голубой взор воткнулся в меня. Светлая громко сглотнула и открыла рот, но тут же сжала губы в тонкую линию. Всё-таки умная девочка.
– Сперва выберитесь из своей темницы и бегите до границы к тёмным. Покажешь это, назовёшь мою фамилию, и любой тёмный поможет вам, – я улыбнулась. Настолько огромными стали её глаза.
Без прощания я отвернулась и ушла. Спустя пару кварталов, когда вышла из этого района, когда навстречу мне шла женщина, и она мне улыбнулась, я осознала, что всё это время шла с улыбкой на губах. Остановилась и запрокинула голову, подставляя лицо под капли срывающегося дождя. Капюшон спал. Мой взгляд устремился в серое небо, напоминавшее сугробы грязноватого снега. Капли стали горячими.
Как же давно я себе запретила в мыслях называть своё имя! Нет, я не стыдилась своих родных. Сложнее всего было приструнить саму себя. Обрывать мысли, когда раны от потери ещё кровоточили. Я боялась, что моя легенда распадётся, если проговорюсь. Ведь тогда меня точно бы убили. Маленькая девочка, которой я была, оставшись сиротой, не смогла бы противостоять убийцам.
И я училась. Училась днём и ночью, поглощала всё, до чего могла дотянуться. Искала любую информацию, новые заклинания, новый опыт, даже попала в группу, отправившуюся в Светлую Академии, чтобы стать сильнее. Помимо силы и новых знаний, в частности о связующей магии, я встретила того, кто поселился в моём сердце навсегда. Вместе с ним я познала новые грани магии, изучила то, что считала совсем не нужным – медитацию, которая и позволила многократно увеличить свой и без того большой резерв. Наконец, пару дней назад я добилась своего: разгромила в одиночку лучших магов Гренада, перед которыми пасуют боевики Ламерии.
По коже пробежались мурашки. Земля под ногами словно пошла туманом, не чёрным, а серым, и настолько леденящим, что ноги в раз замёрзли. Я вытерла лицо и оглядела улицу. Мало кто любит гулять под дождём, а потому если встречались нечастые прохожие, то они торопились укрыться от непогоды и не обращали внимания на стелящийся туман по тротуару.
Закусила губу. Я и так нарушила правило и пользовалась силой при едва начавшем наполняться резерве, заново опустошив его. Но туман обходил меня стороной. Я покачала головой. Никакой это не туман. Это Облачная Тьма. И она вышла из-под контроля.
Прихрамывая на правую ногу, я помчалась к источнику, магу, превращавшегося в безумца. Тьма любила слабых изводить. Она меняла разум тех, кто не мог с ней ужиться и сохранить себя, и полностью подчиняла себе.
Туман почернел к концу улицы. Он клубился из проулка между двумя домами, туда я и кинулась, чтобы в тупике увидеть скрючившуюся мужскую фигуру. Неужели тьмушник? Так называли тех, кого поглотила тьма.
– Ты?! – с трудом выпрямился мужчина.
От его вопроса повеяло дежавю.
– Стиллард, – выдохнула я и крепко его обняла.
14,3
Как раз вовремя. Его скрючило в очередном приступе, и он повис на мне. Мы едва не повалились. Моё колено подкосилось, и я прижалась к стене, почти положив на себя Эдманта. Облачная Тьма потоками выливалась из него. Он не контролировал свою силу. Я схватила его за запястье и увидела кровоточащие следы от кандалов. Я ошиблась. Он не превращался в тьмушника. Такое случается, если долго держать мага в антимагических кандалах. Сколько же его держали в заточении, если он разучился сдерживать свою силу?
Мне в голову пришла безумная идея. Облачную Тьму нельзя оставлять, значит, её нужно поглотить. К тому же, мой резерв пуст. Как раз хватит, чтобы поглотить излишки.
– Эдмант, будет больно, – предупредила я и разорвала на груди мужчины рубашку.
– Милая, я сейчас немного не в форме для любовных игрищ, – прохрипел он. – Приходи завтра.
– Язвишь? Значит, выдержишь, – хмыкнула я и призвала свою Облачную Тьму, от которой у меня потемнело в глазах, в сердце закололо.
Мой источник зазвенел, предупреждая о сильнейшем перенапряжении. Пальцы на моих руках удлинились за счёт магии, стали туманом и легко скользнули в солнечное сплетение Стилларда. Грозовые глаза расширились. Эдмант даже кричать не мог, его парализовало, зато я смогла выкачать из него излишки силы и поместить в свой резерв.
Чужая энергия колола, металась и билась о резерв, причиняя боль. Она пыталась выйти, но я сконцентрировалась на стенках своего резерва, уплотняя его незримые стены.
– Тьфу, средь бела дня! Ни стыда, ни совести у этих тёмных, – прошамкала какая-то старуха, проходившая мимо и заглянувшая в проулок.
Я устало рассмеялась. Впрочем, Эдмант усмехнулся мне в шею и отодвинулся от меня, опираясь на стену.
– Я ваш должник, ваше высочество, – проговорил он.
– Не разбрасывайся обязательствами, – поправила я плащ и подняла упавшую трость. – Но я запомню, что ты мне должен.
Мы рассмеялись.
– Меня поймали, когда я понял, что стал носителем Облачной Тьмы, – признался Стиллард. – Из меня она также выходила, как сейчас. Спасли антимагические кандалы высочайшего уровня и темница в Лашроге. Я так и не понял, как её удержать в себе.
– Никак.
Воцарилась тишина.
– И избавиться тоже не сможешь, если она в тебе возникла, то тебе придётся впустить её в себя. Она должна течь по твоим венам. Вот и весь рецепт.
– От неё же стынет кровь, – проговорил ошарашенный Эдмант.
– Заставь её подогревать кровь, – пожала я плечами. – Или ты думаешь, что нам Облачная Тьма достаётся легко?
– Дорвендарты особенный род, – я услышала уважение в голосе Стилларда.
Пусть думает так, но мы не рождаемся с Облачной Тьмой. Ребёнка ещё в утробе матери начинают приучать к этой магии. Только в первый свой день рождения в ребёнка запускают её полноценно, а затем ещё поддерживают и учат жить с ней. Лишь к десяти годам мы свыкаемся с ней, и только потом учимся ею управлять. Мне было двенадцать, когда
