Родегаст.
– Радуйся десятник, совет старейшин Китежа и вождей племен готов выслушать тебя.
– Радуюсь, – кивнул парень, – радуюсь, что у столь мудрых людей с головами, убеленными сединами власти, хватило ума выслушать простого десятника.
– Ты не зазнавайся, Кий, – хмуро процедил вождь, – тут больше не интереса к твоим идеям, сколько растерянности от непонимания происходящего. Они.... Мы, наверное, и в волшебную палочку готовы поверить, если ты ее обязуешься принести и показать, как с помощью нее можно все вернуть.
– Вряд ли.
– Что «вряд ли»? – не понял Родегаст.
– Вряд ли можно уже вернуть все обратно.
– Может быть, – кивнул вождь, – а может, нет. Но в любом случае завтра утром тебе предстоит предстать пред очами старейшин и вождей со своими мыслями. Поэтому постарайся до завтра их как-то оформить в удобоваримое единство и привести себя в порядок, ибо не на прогулку в лес идешь, а на собрание умных и властных людей.
– Постараюсь, – кивнул парень.
– Что постараешься?
– Все. Постараюсь.
Посвятить вечер стирке и глажке было просто. Закинул в стиральный автомат – он и постирает, и погладит. А при обнаружении дырки, еще и ее заделает пластиковой вклейкой. Нажать полтора десятков кнопок было нетрудно. Гораздо труднее было сформулировать свои идеи в одну единую последовательность от простого к сложному. С заключительными выводами и их подтверждением.
– Лучше бы я в рейд пошел, – бурчал Кий, расписывая на бумаге план и нюансы будущей речи.
На следующий день Родегаст повел его в Китеж. Собрание проходило в самом городе, в самом большом его здании. Здание было высокое, в пять этажей, не меньше, с куполоподобной крышей и красивыми каменными колоннами перед входом. Внутренности сего заведения тоже поражали богатством и великолепием. Внутри его ждала широкая лестница из светлого камня с красной дорожкой посередине. Лестница двоилась на этажах, но все равно потом сходилась к следующей секции и продолжалась вверх. На этажах стояли красивые кованные подсвечники с таким же витым рисунком, как и перила, сопровождающие лестницу.
– Богато, – выдохнул Кий, – только зачем все это?
– Статус, – спокойно молвил Родегаст.
– Статус?
– Статус, – кивнул вождь, – видя это великолепие, люди понимают статус и достаток Китежа, а значит, понимают размер его армии и не хотят даже обнажать в его сторону свои мечи.
– А мне кажется, что это от жиру, – хмыкнул в ответ Кий.
Зал для собраний старейшин и вождей был отделан во славу богов и людей, существующих под их дланью. Весь зал был исполнен в дереве. Было видно, что люди, заказывающие такую работу и ее исполняющие, обладали нестандартным мышлением. Одно дело соорудить стандартный конференц-зал. Для этого нужно-то всего-ничего – произвести его на стандартном заводе и развернуть при стройке на нужном этаже. Это было просто, это было стандартно, так делали почти все и почти всегда. Другое дело создать что-то свое. Взять просторный стандартный зал и украсить его по-своему. Резные потолочные балки поддерживались такими же резными колоннами из цельных стволов. Некоторые узоры были цветными и щеголяли красной или зеленой краской, а какие-то просто были покрыты лаком. Стены были выложены доской с вырезанными в некоторых местах картинами фантастических битв. Посреди зала в полу зияла круглая жаровня. И только присмотревшись, Кий понял, что ему напоминал зал собраний старост и вождей. Капище. Обычное капище, замкнутое в стенах стандартного здания. Жаровня символизировала костер, центральный костер капища. Столбы, поддерживавшие потолочные балки, создавали первый круг, требище, круг для жрецов, участвующих в церемонии, творящих обряд, а за столбами было место остальных пришедших, обычного люда.
Когда Кия в сопровождении Родегаста впустили в зал, там уже шло собрание. Его оставили в первом кругу для обычных людей, хотя сам вождь прошествовал дальше, внутрь столбов, к жаровне, и присоединился там к собравшимся старостам Китежа и вождям племен, замкнув собой дюжину.
Одеты все власть предержащие были в разные одежды, не похожие друг на друга ни по стилю, ни по цвету. Кто-то из старейшин носил просторную белую ризу, подпоясанную ремнем или вервием – это были старейшины в основном. Вожди в большинстве своем носили просторные штаны с сапогами и рубахи, кто тканевые, кто кожаные. Поражало в их убранствах отсутствие искусственных материалов. В наше время, когда все люди одеваются в одежды из искусственных материалов, производимых на стандартных фабриках, оставшихся еще со времен первых колонистов. Такую одежду, как у вождей и старост, делали только вручную в единичных экземплярах специально обученные люди, и стоила она столько, что Кий не смог бы за всю жизнь заработать хотя бы на штаны, не говоря уже о рубахе с вышивкой и крашеных сапогах. А еще на вождях (старосты были в этом плане скромнее), было много золотых украшений. Перстней с драгоценными камнями и литых витиеватых гривен на шеях. Тоже весьма дорогие украшения. Все, что изготавливалось вручную, а не на стандартных фабриках, стоило кучу денег.
– Десятник Кий? – вопрос прозвучал из уст главного волхва Китежа.
– Я, – быстро отозвался парень.
– До нас дошли слухи, – руки волхва обвели всех вождей и старост, показывая, до кого именно дошли слухи, – будто у тебя есть интересное мнение о том, что именно сейчас происходит в лесу и кто виноват.
– Я не знаю, кто именно виноват, – ответил Кий, – но то, что виновный есть, – несомненно.
– То есть ты считаешь, что произошедшее не природный или техногенный катаклизм, как многие подумать тут присутствующие, не нечаянно ускоренная эволюция местных псевдоразумных существ, а чья-то злая воля, имеющая персонификацию?
– Я не знаю насчет персонификации, – хмыкнул в ответ на мудреное слово десятник, поняв, впрочем, его смысл, – но за изменениями в псевдах и дальнейшими нападениями на нас кто-то стоит, иначе бы они не были так хорошо подготовлены и продуманы. Не знаю, человек это или очень умный вид псевдов, которого мы не знаем, или какая-то энергетическая сущность, а может, сама планета Явь оказалась разумной, но кто-то управляет атаками на нас в общем и тварями, в частности. А еще это существо смогло или молниеносно поднять их интеллект, или снять какие-то блоки, до того сдерживающие проявления этого интеллекта.
– Доказательства?! – каркнул главный волхв.
Внешний вид главного волхва действительно походил на вороний и соответствовал голосу. Пепельно-смуглая старческая кожа, крючковатый нос, высохшие втянутые щеки и тяжелый взгляд темных,
