Читаем без скачивания Царство (огрызок 37 глав из ?) - CTEPX

только разыскать этого Хокберга и объявить об изменениях в отношениях с моим благородным капитулом.

Вот, пожалуй, и всё.

Сегодня я поразительно словоохотлив”.

Лексиканий Котар Ва-кенн написал своё имя в конце записи, протёр перо салфеткой и убрал в сторону. Когда чернила высохнут, дневник, как и все остальные личные вещи, упакуют и отправят вслед за владельцем. Котар помолился на образ Бога-Императора в углу кельи и начал собираться.

Котар не знал, чего ждать от вольного торговца, которого некоторые уважаемые люди называли "пиратом", а иногда и "грабителем", но облачаться в силовые доспехи не стал. Чему быть, того не миновать.

Котар, как и любой другой потомок Вулкана, был искусным ремесленником. Он долгое время провёл в кузницах, где занимался не только созданием оружия и доспехов. Котар изготавливал знамёна и даже шил одежду из шкур гигантских ящеров Ноктюрна. Порой из-под его рук выходили настоящие шедевры, потому что Котар не жалел и не боялся порочной силы варпа и вкладывал её в каждое своё творение.

На встречу с вольным торговцем Котар отправился в куртке, напоминающей кольчугу, которую он сшил из кожи с брюха дракона. На шкуре можно было разглядеть следы в тех местах, куда ящера били копьями и топорами во время охоты. Костяные пластинки покрывали сапоги, а плащ с роговыми наростами был украшен выделанной головой одного из самых опасных хищников Ноктюрна. Нижняя челюсть отсутствовала, но именно так импровизированный наплечник смотрелся лучше. О полированный гребень и рога ящера можно было порезаться, а глаза давно мёртвого чудовища гипнотизировали. Не то чтобы Котар как-то зачаровал свой трофей. Дело в том, что в каждой глазнице он закрепил по крупному рубину, за который можно было приобрести особняк на песчаном берегу Нагары.

Котар смахнул невидимую пыль с облачения и отправился в путь. Уже через пару часов он ступил на десантную палубу "Амбиции".

Корабли этого типа, без преуменьшения, живая история. В государственных заказах отдают предпочтение более эффективным машинам по цене и качеству, среди частников мало кто может себе позволить "Амбицию", а поэтому львиная доля таких крейсеров, — реликты давно ушедших эпох.

Чувствовалась ли здесь история?

Котар мог с уверенностью ответить "да".

Несмотря на отсутствие фантазии с названием — крейсер "Амбиция" типа "Амбиция" — Котар видел следы многих тысячелетий.

Не только отметины, оставленные войной — подпалины от попадания лазеров или пулевые отверстия — Котар подмечал такие модели скоролётов, "Аквил", "Акул” и "Тетрархов", которые не выпускались уже тысячи лет. А ещё, благодаря псайкерским способностям, Котар чувствовал присутствие предков. Сотни воинов легиона Саламандр путешествовали на борту этого корабля во время Великого Крестового Похода: объединяли, просвещали встреченные человеческие цивилизации, а также превращали в прах чужаков. Среди рабочих, обслуживающих технику, Котар видел громадные тени, что готовились к бою, прослушивали предбоевые инструктажи или просто беседовали.

Но то давно мёртвые герои, а Котара дожидались вполне живые люди и…

Котар даже не увидел сначала нечто странное, а услышал. Услышал запах, похожий на тот, который испускал он сам, — едкий, химический. Среди слуг Георга Хокберга были и Astartes.

Подозрения пали на двух громил рядом с по-праздничному разодетым вольным торговцем. Оба на голову ниже Котара. Один — кряжистый богатырь с распущенными чёрными вьющимися волосами и густыми неухоженными бакенбардами. Глаза маленькие, цепкие под могучими надбровными дугами. Нос же, напротив, огромный орлиный. Такие Котар встречал только на статуях древних терранцев.

Второй подозрительный тип был чисто выбрит. Никакой растительности на лице, кроме бровей и ресниц. По сравнению с напарником он обладал куда более гармоничными пропорциями, но Котара смущали глаза этого… создания. Они словно бы меняли цвет: в одно мгновение тёмно-карие, в другое — серо-стальные.

Кряжистый заросший здоровяк был облачён в лётную куртку с меховым воротником и комбинезон, лысый предпочитал одежду полегче — чёрную майку, свободные штаны и спортивную обувь. Он игрался с крохотным ножом, — перекидывал между пальцами, как монету.

Котар потянулся к незнакомцам силой, чтобы иметь хотя бы общее представление, кто они такие. Лысый — точно не Astartes, на оголённых руках не видно разъёмов чёрного панциря, но вот другой…

Заросший здоровяк поморщился, поднял ладонь навстречу и произнёс:

— Не так быстро. Это очень невежливо. Можно же просто спросить.

Котар кивнул и отозвался:

— Прошу прощения. Привычка. Похоже, я утратил навык, раз вы меня сразу почувствовали.

Здоровяк ответил:

— Я просто не в первый раз встречаю псайкера. И да… Астартес — это я, просто ростом не вышел.

Котар перевёл взгляд на вольного торговца-щёголя в шляпе с пером, атласном камзоле, чулках, кюлотах и ботинках с пряжками.

— Приветствую, Георг Хокберг. — Лексиканий сотворил знамение аквилы. — Меня зовут Котар Ва-кенн. Я представляю благородный капитул Саламандр и прилетел сюда объявить решение магистра о переменах в нашем с вами договоре.

— Переменах?! — спросил Георг и нахмурился. — Каких переменах?

Однако он быстро пришёл в себя и тоже сложил руки в имперского двуглавого орла для приветствия, после чего произнёс:

— В общем… здравствуйте. Безмерно рад встречи, но давайте сразу к делу. Что же такого могло произойти, чтобы наследники самого славного легиона в Империуме отказались от обязательств?

Котар подошёл ближе, навис над вольным торговцем, а потом вручил тому запечатанную стеклянную колбу, внутри которой находился лист пергамента, свернутый трубочкой и скреплённый восковой печатью.

— До капитула всё чаще стали доходить тревожные вести о том, что наши воины под вашим руководством участвуют в грабежах имперских миров и нападениях на гражданские суда, — проговорил Котар. — Есть сведения о столкновениях с инквизицией, с Adeptus Mechanicus и даже об осквернении имперских святынь.

— Прошу, — Георг поморщился, — не так громко.

Вольный торговец сделал шаг назад, а потом произнёс:

— В этих сведениях… на самом деле есть доля правды, господин Ва-кенн…

Котар прищурился и проскрипел зубами, а Георг быстро поднял палец вверх и проговорил:

— Дослушайте до конца! Доля правды-то есть, но я всё могу объяснить. Так называемые "грабежи" проходили во время гражданских войн, когда все кругом правы и неправы одновременно.

Памятуя о том, что заросший здоровяк чувствителен к применению силы, Котар не стал читать мысли Георга. Говорил торговец вполне убедительно, хотя Котар и не собирался сразу принимать или опровергать обронённые слова.

— Столкновение с инквизицией — ужасное недоразумение, — продолжал Георг. — Позже мы в полной мере искупили эту ошибку.

Он показал