отец, будто издеваясь, ничего мне не говорил, а когда я узнала, не хотел отпускать от себя. А я так хотела бежать к тебе! Ты ж моя умничка, ты мой хороший! Я так горжусь тобой!
— Ну ма-а-а-ам, — заныл я, вырываясь. — Ты мне всю прическу испортила. И вообще, так тискать мужчину неприлично!!!
— Да что же это творится⁈ — всплеснула она руками. — Чтобы мать не могла обнять свое дитя? Да не бывать этому! Вернись обратно, я еще не наобнималась с тобой.
— Низя! — мстительно ответил я, еще больше от нее отодвигаясь. — У нас тут серьезная тренировка.
— Ах, да. Я уже и забыла, зачем пришла. Вот ведь негодник — расстроил маму. И что у нас тут? Показывайте и рассказывайте во всех подробностях.
Минут через пять нашего сбивчивого рассказа мама что-то прикинула, сделала свои выводы и посмотрела на меня как кошка на сметану.
— Значит, решили проверить нападение, если Сергею нечем будет воздействовать на тело врага? Отличная мысль. Раздевайся, Оля, а я посмотрю.
— Мам, так нельзя. Она девушка, причем красивая. Я ж сосредоточиться не смогу!
— Ну да, ты прав. Оленька у нас чудо, раз даже брат не может себя сдержать. Ну, тогда разденусь я…
— Не-е-е-е, это еще хуже!!! — взвыл я.
— Почему? — удивилась она.
— Потому, что ты тоже красивая, даже очень.
— Ой, сыночек влюбился в мать, -захихикала она. — Я такое совсем недавно читала. Там такие картинки были, что закачаешься. Я тебе потом, Оленька, их покажу.
— И ниче я не влюбился! Просто мне будет трудно сосредоточиться и все, -буркнул я. — Может, позовем кого другого? Да и вообще — зачем полностью раздеваться? Я обещаю, что не буду трогать одежду.
— Нет, надо исключить любой вариант воздействия, и мы никого чужого звать не будем. Еще не хватало, чтобы всякие вертихвостки крутили голыми задницами перед моим сыном! Достаточно этой бесстыдницы Дильнуры. Так что выбирай: или я, или Оля.
Беспомощно посмотрев на этих красавиц, за которых в моем прошлом мире передрались бы все рекламные агентства, я вздохнул. Я, конечно, понимал, что они мать и сестра этому телу. Но в нем-то я!!! И для меня они в первую очередь красотки, а никак не родственницы. Но выбор сделать надо…
— Пусть будет Оля, — выдохнул я.
— Отлично, братик, — улыбнулась она. — Заодно и твою концентрацию проверим. Я буду тебя отвлекать, а ты не отвлекайся. В бою ведь всякое может случится.
Спустя пару секунд она осталась совсем без одежды, и мне сразу захотелось зажмуриться, чтобы не пожирать ее взглядом. Но нет, я скала, я кремень, я импотент — исключительно когда на нее смотрю, -я монах-отшельник! Быстрая медитация немного помогла.
— Так, — стала командовать мама, и ее голос сразу изменился. Сейчас рядом с нами стояла не мать, а воин. — Как я поняла, ты можешь воздействовать на вещи немагического происхождения. Значит, будем проверять. Оля стоит на песке, попробуй тронуть песок под ее ногой.
Быстрый взгляд на ее ноги. Стоит себе, пальчиками шевелит, как маленькими крольчонками. Так, не отвлекаемся.
Вижу красноватое сияние, но оно какое-то непонятное. Тянусь к нему — и тут весь песок в зале приходит в движение. Миг, и легкая волна, прокатившись по нему, замирает, а я падаю на задницу, потому что ноги меня не держат.
— Каким эфиром ты пользуешься, когда отдаешь команды вещам? — мама, положив мне руку на лоб, сканировала мое тело.
— Никаким. Я уже объяснял Оле. Просто вижу, на что могу воздействовать, а на что нет.
— У тебя внутри полный хаос, и я вообще не понимаю, как это возможно. Эфирных каналов нет, источника я не чувствую, твои искры я ощущаю, но будто они где-то очень глубоко находятся. Все будто в тумане. Откуда ты берешь силы и кто их источник? Как восполняется потеря, куда сбрасываются излишки, если они вообще есть? Можешь вот прямо сейчас применить магию. Буквально на чуть.
— Могу, — прислушавшись к себе, сказал я. Силы восстанавливались очень быстро. Я посмотрел на нее, а потом пошевелил сережкой, висящей у нее в ухе.
— Хорошо, — улыбнулась она, убирая руку. — Теперь понятно, хотя вопросов возникло еще больше. Когда ты применяешь управление, внутри тебя возникает будто некий разряд, мгновенно перекидывающийся на нужную тебе вещь. То же происходит, когда ты ее касаешься — часть разряда остается в ней, правда, постепенно он испаряется.
— Стой, а почему я тогда могу воздействовать на вещи, которые, например, тронула Ольга или не могу, если их не тронули?
— Тот же принцип, — отозвалась она. — Человек, касаясь вещи, оставляет на ней как бы метку, с которой ты и можешь работать. Твои сильней, поэтому держатся дольше, другие слабей, поэтому быстро развеиваются. Ты попытался управлять песком, на который наступила сестра. Но так как это однородная масса, то получается, что управлял не маленьким кусочком, а им всем. Отсюда и резкая потеря силы.
— Хм, звучит логично. Так, стоп. А как же быть с лечением? Вон, Катя когда Карыча лечила, силы у нее быстро закончились. И я, положив на ее руки свои, смог ей помочь.
— Думаю, принцип тот же, — задумалась она. — Ты коснулся, поставил свою метку, взял под контроль ее эфир и направил свою силу в ворона. И на мгновенье как бы став Катей, смог управлять ее силой. Но это, конечно, все теория. Нужны практика и тренировки.
Так, мы выяснили, что ты управляешь неорганическими предметами, а что насчет органики?
— В смысле?
— В смысле живым: овощи, фрукты, тело — волосы, кровь, кожа… Попробуй, например, подергать Олю за косу.
— Давай, братик, я готова, — тут же заявила та, вскакивая. При этом ее грудь так призывно качнулась, что я нервно сглотнул.
— Хватит на меня пялиться. Будешь хорошим мальчиком, я тебе разрешу их потрогать, — засмеялась она.
Рука — лицо. Моя семья- извращенцы. Но черт возьми, мне это нравится! Смотрю на нее, стараясь сконцентрироваться на голове. А не на том, что ниже. Чувствую контакт, но очень слабый, практически незаметный.
— Нет, не могу, — выдохнул я. — Чувствую, но слабо, очень слабо.
— Попробуй дотронуться до нее, -раздался голос матери. Ее, похоже, захватил азарт.
— Д-д-д-дотронуться? — нервно сглотнул я.
— Давай,
