та.
— А ты куда подумала, извращенка несчастная? — влезла Катя. — Признавайся, в какие места ты хотела получить поцелуй!!!
— Тихо, дети, — вмешался отец. — Сереж, хватит издеваться над сестрой и просто сделай это.
— А что, ей можно, а мне нельзя? — тут же спросил я нормальным голосом. — Ну что, красотка, сейчас ты станешь моей, и я узнаю все твои грязные мысли.
— Не-е-е-ет!!!
Но было уже поздно. Схватив ее лицо двумя руками, я запустил внутрь нее молнию. «Ах» — и она вырубается, а я сажусь рядом и кладу ее голову к себе на колени. Пусть, когда откроет глаза, первым делом увидит мою ухмыляющуюся рожу. А что? Я мстительная скотина. И в этот момент комнату разорвал хохот. Смеялись все, даже отец.
— Жестоко ты с ней, — едва проговорила сквозь смех Оля и, встав сзади, стала делать мне массаж плеч. Это был какой-то нереальный кайф.
— Меняю услуги личного парикмахера на услуги личного массажиста, — тут же заявил я, растекаясь по диванчику, как кисель.
— Договорились, — улыбнулась она.
— Парикмахера? — заинтересовалась мелкая.
— Позже обсудим. К тому же, Люба, похоже, приходит в себя.
— Братик, поцелуй меня, — послышался ее томный вздох.
— Вот еще. Прохакунила ты свою матату. Я тебе предлагал, а ты отказалась.
— Что? — дернулась она, приходя в себя. — Отвали от меня, извращенец, и прекрати меня лапать!!!
— Это кто еще извращенец, надо понять! Сама лежит на моих коленях, а ручки тянет к запретным местам. Фу такой быть!!!
— Да вы!!! Да я!!! — подскочила она. — А… Лучше себя никогда не чувствовала! Как же хорошо!!! — закружилась она по комнате.
— Похоже, наша дочь тоже подняла ранг, — заметила Вероника.
— Я что, теперь витязь? — обалдела та.
— А я, я тоже подняла⁈ — затаив дыхание, спросила Лиза.
— Конечно. Ты пока не чувствуешь, но твой источник вырос. Да и я чувствую, что мне осталось совсем чуть-чуть до ранга императора. Буквально маленький шажок. Ирина?
— Все верно, я тоже стала сильней и сила растет. Надо будет как-нибудь с Анной спарринг устроить, чтобы понять, насколько.
— Не вопрос, милая, — улыбнулась ей мама. — Только уедем подальше, чтобы тут все не разрушить.
— А ты чего улыбаешься? — опять вызверилась на меня Люба.
— Да вот смотрю на вас и насмотреться не могу. Вы как прекрасные картины величайших художников, на которые можно часами любоваться, и не надоест. И каждый миг при этом открывать для себя все новые и новые штрихи и грани.
— Ох, сынок, и когда ты успел стать таким сердцеедом? — обняла меня мама.
— У меня лучший учитель, — коротко поклонился я в сторону отца. — Иначе как бы он смог завоевать такую красоту в виде вас?
— А ты, как себя вообще чувствуешь? Я сколько ни смотрела, но так и не смогла понять, что ты делаешь с нашими телами. Успела засечь только какие-то вспышки внутри нас, и все.
— Не знаю, как объяснить, — задумался я. — Внутри меня будто живет молния. И когда я хочу, часть ее переходит в вас и там начинает что-то с вами делать. Причем, я это абсолютно не контролирую. И да, сразу скажу, внутри меня она меньше не становится. Но при этом, чтобы она работала, мне нужен постоянный контакт с вами, иначе она рассеивается.
Силы от этого я не теряю, а вот когда пользуюсь, магические очень даже. Но вы это и сами видели. Правда, она быстро восстанавливается, и я снова могу ее использовать в полном объеме. В общем, ясно, что ничего не ясно.
— Так, давайте подытожим, — мама Ира строго посмотрела на нас. — Магические плетения Сергей использовать не может — только физические. То есть, созданный магом огонь ему неподвластен, а разожженный с помощью, например, спичек, очень даже. Любой предмет он может изменить и использовать по своему усмотрению. Изменения окончательные, и после того, как магия в них заканчивается, прежнюю форму они не обретают. Значит, в целях безопасности ему надо все время иметь при себе воду, пламя — можно что-то типа зажигалки, и немного земли. С воздухом не все ясно, но думаю, с ним проще всего — он же вокруг нас, значит, и на него можно воздействовать, главное, понять как.
— Для меня все, что можно использовать, окрашивается в красный цвет. И в зависимости от его интенсивности, я понимаю, как долго. А воздух нет.
— Подумаем, — кивнула она. — Значит, насчет того, что он может повышать силу, молчим. Это тайна рода Гордеевых, и пусть таковой и останется. Насчет остального, я так поняла, вы хотите рассказать всем? Что ж, не возражаю. Более того, на конференции надо будет устроить настоящее шоу, чтобы все не только поверили, но и задумались. Сережа и так был одним из самых желанных женихов в мире, а теперь у нас вообще от претенденток отбоя не будет. Да и дочери… Все могут решить — и небезосновательно, — что их дети мальчики тоже могут стать магами. Быть может, проснувшийся дар передается по наследству. Лично я бы об этом сразу подумала.
Так что усиливаем охрану и следим за шевелением, которое обязательно начнется. Дети, отдыхайте, а нам надо посоветоваться.
Когда главный аналитик говорит такие слова, остается только взять под козырек и свалить из комнаты. Что мы, собственно, и сделали. К тому же есть хотелось ужасно. А значит, вперед — к завоеваниям мяса и прочих вкусностей. Заслужили! Ну, я — так точно…
ПС — следующая глава выйдет в понедельник. В дальнейшем график выкладки — понедельник — суббота. Воскресенье выходной.
Глава 17
Глава 17
— Мяса, хлеба и зрелищ! — простонал я, имитируя голодный обморок. Имитация, судя по полному отсутствию проявлений сочувствия, не удалась.
Вот, помню, соседский кот это мастерски проделывал — вот это был талантище! Всем подъездом подкармливали, ругая злобную хозяйку, пока она, не выдержав упреков в свою сторону, не повесила объявление в подъезде, что эта тварь жрет за десятерых и просто притворяется.
— Я думала, тебе хватило зрелищ. Вон как на меня смотрел, — Оля была само очарование.
— На тебя, моя душа, век глядел бы, не дыша. Только стать твоим супругом мне не
