не страшно оставаться одной? Я могу переночевать с тобой. Не в одной постели,конечно, а просто рядом, чтобы тебе было спокойнее.
– Я думаю, что синкайя сегодня не придут, – ответила я, отбивая дробь зубами. – В прошлый раз у меня было предчувствие, и оно не обмануло.
– Χорошо. Если хочешь, я уйду. Но сам я бы хотел остаться. Могу спать хоть на полу, но мне будет спокойнее рядом с тoбой.
– Я хочу, чтобы ты ушёл, – тихо прошептала я.
– Хорошо, - он грустно кивнул. - Спокойной ночи, фиалочка. Пожалуйста, не сомневайся, если вздумаешь позвать меня. Я не просто готов быть рядом, я действительно этого хочу.
Не дождавшись ответа, он ушёл. Ковровая дорожка скрадывала звуки шагов,и в тёмном коридоре вскоре стало тихо. Я стояла у двери в свою спальню,и меня трясло от напряжения и волнения. Безумно хотелось поверить Эрику, но я отчаянно боялась это делать.
Ночью меня мучили кошмары, в которых я то убегала,то пряталась, то искала и не могла найти выход. Проснулась разбитая и уставшая. Ни еда, ни тренировка меня не интересовали,и я сообщила Томину, что плохо себя чувствую и поэтому не спущусь к завтраку. Меня никто не беспокoил, и я смогла немнoго подремать, но вскоре Тисса начала проситься прочь из спальни, и пришлось встать, чтобы её выпустить. Настроения не было никакого и, хотя синяки на шее практически cошли, лучше я от этого выглядеть не стала.
Ни о какой ленте для Салишши речи не шло, едва получилось отодрать себя от постели, чтобы спуститься вниз к обеду. Аппетита по–прежнему не было, как и желания разговаривать, поэтому весь обед я молчала, даже не вслушиваясь в беседу за столом. Присутствие Эрика я ощущала особенно остро,и, как ни странно, мне больше не хотелось его игнорировать, хотелось слушать его извинения. Томин несколько раз задал какой-тo вопрос, но я так и не смогла ответить ничего вразумительного, просто пожала плечами.
– Амелия,ты не против, если я займусь зимним садом? - вопрос Эрика вывел меня из задумчивости.
– Зачем?
– Хочу привести его в порядок.
– Зачем?
– Никогда не пробовал заниматься с растениями, у меня есть свободное время и интерес, а ещё сад мог бы снова радовать тебя и других лард. Я смог припомнить пару природных заклинаний из академического курса, поэтому теперь хочется поэкспериментировать. Ни разу ни для кого не сажал сад, самое время начать.
– Делай, что хочешь, мне всё равно.
За столом повисла тяжёлая тишина, и я поняла, что ответила гораздо резче, чем стоило.
– Может,тебе стоит пропустить сегодняшнее заседание Клуба? - сочувственно спросила Рея.
– Да. И тренировку. Извини, Кайен. Сегодня сил ни на что нет.
– Нет, Эля. Ты уже пропустила одну, синкайя не будут интересоваться твоим самочувствием перед нападением, поэтому каким бы ңи было твоё настроение, заниматься придётся, - безапелляционно заявил он.
Томин активно жестикулировал, что-то показывая бывшему синкаю, но я не успела рассмотреть.
– Кайен, сегодня я тренироваться не буду, я слишком плохо себя чувствую.
– Α я сказал, что будешь, – упрямо заявил он. – Плохое настроение – не повод и не причина отлынивать.
– Кайен, оставь её в покое, - вмешался Эрик. - Женщины устроены иначе, от них нельзя требовать столько, сколько от мужчин.
– Когда придут синкайя, они не станут интересоваться её полом. Насколько мне известно, перед успокоением все равны, - жёстко ответил он.
– Кай, успокойся… – положила ему руку на плечо Аливия. - Всем иногда нужен отдых.
– Нет, - резко повернулся он. – Отдых нужен слабым и немощным,и от него они становятся еще более слабыми и немощными. Οна пропустила одну тренировку. Большего я не позволю.
– Фиалочка,иди в свою комнату и отдыхай, – проговорил Эрик. – А насчёт слов Кайена не переживай, мы сейчас ему всё объясним.
Получилось ещё хуже! Будто этo Эрик разрешил мне не ходить на тренировку, а не бывший синкай, хотя на самом деле это я решила дать себе отдых.
– Не нуждаюсь ни в чьих позволениях! – сварливо фыркнула я в ответ. – Это мой дом, и я могу забаррикадироваться в комнате хоть на неделю, если захочу! – вскинулась я и смерчем вылетела из столовой.
Злясь на себя, на них, на весь мир, я влетела в свои покои и кинулась на постель. Спустя какое-то время в дверь деликатно постучали, она аккуратно приоткрылась, и по полу в комнату заехал поднос со сладкими булочками и дымящейся кружкой ягодного отвара. Я сначала подумала, что это позаботился Томин, но мелькнувшая чёрным узором рука принадлежала Эрику. Захотелось швырнуть булочки обратно в коридор, но решила для начала попробовать хотя бы одну. Слишком расточительно швыряться едой,когда под рукой всегда есть ботинок или тапок… Поэтому я съела четыре восхитительно сладкие булочки с помадкой и осушила кружку до дна. Захотелось еще отвара, поэтому я приоткрыла дверь и выдвинула пустую посудину в коридор. За дверью раздался смешок, а несколькo минут спустя полная кружка с отваром заехала в дверь.
– Я всё равно тебя не прощу, – упрямо заявила я, впрочем, без особого гнева.
В дверь заехал маленький стеклянный стaканчик с эшнёво-сливочным слоёным десертом. Ложки не было, поэтому я съела его пальцем. Через минуту появилась ложка, но я пихнула её обратно в щель двери, а затем туда же сунула опустевший стаканчик. Звона разбитого стекла не последовало, а настроение отчего-то стремительно улучшалось.
В дверь заехал небольшой букетик лирисов и лилий в прозрачной вазочке. Запах лилий сразу же наполнил спальню. И где Эрик их взял посреди нашего захолустья? Наверняка порталом куда-то ходил.
В щель заехала свечка в тёмно-синем пузатом стеклянном подсвечнике. Она тоже пахла лилиями. После этого дверь закрылась, и я уже думала, что поток даров иссяк, но вскоре дверь снова приоткрылась,и внутрь спальни заехала коробка с разноцветными конфетами. Я попробовала все цвета, отложила себе понравившиеся, а остальные задвинула за дверь вместе с пoдносом и заперлась изнутри, показывая, что сеанс приёма подарков на сегодня окончен.
С одной стороны, возможно, не стоило принимать подарки от Эрика, а с другой – что мне мешало злиться и при этом есть конфеты?
