– И что ты предлагаешь?
– Срочно добывать томба.
– Да, другого выхода не остается, – констатировал я. – Причем томба надо добыть живьем.
– Почему? – удивилась Эзерлей.
– Потому что к Ночи Древних Сил печень протухнет.
– Нет, что ты! – воскликнула Эзерлей. – Печень хранится так же долго, как и мясо. А вот цветы рвасса точно протухнут. Ты прав, те цветы, что сорвали женщины, нам не пригодятся. Надо наполнить новое корыто и охранять его, чтобы цветы снова не растащили.
– Тогда пошли искать томба, – сказал я.
– Ты умеешь стрелять из лука? – спросила Эзерлей.
– Нет. А ты?
– Тоже не умею. Охота – мужское занятие. Подожди, ты же был мужчиной! Почему ты не умеешь стрелять?
– В моем мире не нужно охотиться, – сказал я.
– Как же вы добываете мясо? – удивилась Эзерлей.
– Животных выращивают в специальных домах, которые называют фермами… но это неважно. Стоп! Получается, ни одна женщина во всем племени не умеет толком стрелять из лука?
– Получается так, – согласилась Эзерлей.
– Тогда как нам добыть печень томба?
Эзерлей всхлипнула и ничего не сказала.
– Можно соорудить ловушку, – предложил я. – У нас раньше ловили птиц силками. Надо сделать… гм…
Я понял, что в языке млогса нет слова «сеть», а это значит, что силки нам не сделать. Можно попробовать сплести самому, но сколько это займет времени…
Как можно еще поймать птицу, кроме как сетью? Помнится, я читал, что какие-то аборигены ловят птиц на удочки, но чтобы сделать удочку, надо сделать крючок наподобие рыболовного, а без кузнеца это непросто. Может, сходить в соседнее племя, поймать какого—нибудь охотника и заставить его добыть птицу томба? А что, дельная мысль.
– Для начала давай разживемся лакстенами, – предложил я. – А потом ты вырежешь две ложки из дерева моррге.
– Почему две? – не поняла Эзерлей.
– Потому что ты тоже пойдешь со мной. Забыла или передумала?
Эзерлей издала запах смущения, помолчала некоторое время, а потом спросила:
– Так я пойду?
– Куда?
– Добывать лакстенов.
– Иди, – разрешил я.
И она ушла.
18
Пока мы разговаривали с Эзерлей, корыто, в котором раньше росло рвасса, было восстановлено. Рядом с корытом возвышалась горка засохшей земли, из которой торчали засохшие стебли, а само корыто было наполнено свежим пластом земли, из которого торчали стебли рвасса. Воистину удивительно, насколько работящими могут быть женщины млогса, когда припрет.
Я произнес короткую речь, которая сводилась к тому, что если кто—нибудь возьмет без спроса хоть один цветок, то этот кто-то очень пожалеет. Женщины внимательно выслушали мою речь и выразили полное согласие. Они слишком трусливы, чтобы противоречить элрою, стоя лицом к лицу. Пока я рядом, они не осмелятся выразить непокорность, но я уверен, стоит мне чуть отойти за пределы видимости, и мои слова тут же будут проигнорированы. Похоже, корыто придется караулить постоянно.
Я выделил из толпы одну женщину и велел ей добыть и высушить лакстенов. Она была расстроена, что я выбрал именно ее, она издала запах сожаления, но тут же подавила его и быстро ушла. Надеюсь, она не осмелится не выполнить мое распоряжение.
Осталось только добыть птицу томба. Сходить в племя Хсана или Гволфа и потребовать ее в подарок? А если за это время рвасса зацветет и корыто снова разорят? К тому же, идти через лес два дня кряду очень утомительно. Может, кто—нибудь из этих баб все—таки сумеет добыть томба? Или…
Точно! В деревне есть специальный склад, в котором хранятся запасы пищи на черный день, причем состоят эти запасы главным образом из мяса, в этом мире мясо хранится дольше, чем растительная пища. Может, на складе найдется и печень томба?
– Эй! – крикнул я проходившей мимо пожилой женщине. – Подойди сюда.
– Слушаю тебя, великая элрози, – отозвалась она, склонив голову и издавая запах покорности. – Что тебе угодно?
– Найди Эзерлей и скажи ей, что я пошел на склад. Пусть она тоже придет туда.
– Будет исполнено, великая элрози, – сказала женщина и пошла прочь.
Я проводил ее взглядом и направился на склад.
19
Дойти до склада я не успел. Что-то мелькнуло передо мной, я автоматически вытянул вперед руку, сомкнул пальцы, их обожгло, я отдернул руку и понял, что только что вытащил из воздуха стрелу. Что за черт?!
От второй стрелы я уклонился, но тут же увидел третью и отпрыгнул за угол здания, из-за которого только что вышел.
И же почувствовал, как меня обхватили сильные руки, а к шее прикоснулось холодное железо.
– Не дергайся, элрози, – произнес мужской голос над самым ухом.
Мужской?!
Этому мужику следовало гораздо сильнее прижать нож к моей шее, так, чтобы брызнула кровь. Он не сделал этого, должно быть, получил приказ взять элрози живой и невредимой. Сам виноват.
Я схватил противника за запястье руки с ножом, сконцентрировал внутреннюю силу и резко оттолкнул руку от себя руку. Острие ножа чиркнуло по шее, я не почувствовал боли, но отметил краем сознания, что на шее появилась глубокая царапина. Не прекращая концентрацию силы, я вырвал нож из руки врага и полоснул его по плечевой артерии. Оказывается, у млогса не только нервы, но и кровеносные сосуды проходят в тех же местах, что и у людей. Кровь брызнула фонтаном, противник издал запах паники, я развернулся к нему лицом и ударил ножом в грудь.
– Потрясающе! – услышал я.
Я обернулся на голос и увидел высокого атлетически сложенного млогса. Он был настолько красив, что мое тело отреагировало немедленно и недвусмысленно. Я подавил неуместное чувство и обратился к новому собеседнику с естественным вопросом:
– Ты кто?
Млогса учтиво склонил голову и представился:
– Эрастер Ней Уфин Або, преемник вождя племени Гволфа. А ты, надо полагать, элрой Андрей Сигов?
Я молча кивнул.
– Поступки богов непостижимы, – заметил Ней Уфин Або. – То, что ты оказался в женском теле, странно, но в этом нет позора. Ты достойный мужчина, хотя и не эрастер.
– Это почему же? – поинтересовался я.
– Потому что ты стал плохим вождем. Нет—нет, я не хочу тебя обидеть! – поспешно воскликнул Ней Уфин Або, уловив гнев в моем запахе. – В этом нет ничего позорного. Не каждый рожден быть эрастером и в том, чтобы признать это, нет ничего стыдного. Если бы ты сам убивал эрастеров Врокса, ты заслуживал бы смерти, но ты этого не делал. Ты рассказывал женщинам легенды, предназначенные для мужчин, но это не преступление, а всего лишь глупость. Эрастеры Врокса сами виноваты, что не смогли себя защитить. Все эти дни дух Грин Грина Ромаро скрежетал клювом в бессильной ярости, но теперь он отомщен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
