их там не рассмотрела. Я вообще не могла разобрать эмоций Морана, но ощутимо вздрогнула, когда он поднял руку и жестком приказал подойти к нему.
Один, как мне казалось, глубокий вдох, но на самом деле короткий и рваный. Тот, во время которого я совершенно не насытилась кислородом, но все-таки пошла к альфе. Медленно. Неуверенно. Чувствуя, как ноги подкашиваются.
— Боишься? – спросил Моран, когда я подошла к нему. Я постаралась оставить между нами хоть какое-то расстояние, но, явно не достаточное, чтобы я чувствовала себя хоть в какой-то безопасности.
— Да, — я не стала лгать. Даже храбриться. Мне, черт раздери страшно. Причем настолько, что, казалось, я разрушалась.
— Я сегодня буду осторожен, — Моран положил ладонь на мое бедро и притянул к себе. По собственнически. Так, словно все именно таким образом и должно быть.
Я оступилась. Толком не контролируя свое тело, чуть не потеряла равновесие и, наверное, из чувства самосохранения, сжала ладони на плечах альфы. Хотя навряд ли есть хоть какая-то безопасность в том, чтобы вообще как-либо прикасаться к чудовищу.
Моран медленно поднял руку, вместе с этим задирая на мне кофту. Складками оставляя ее в районе груди. Не успела я хотя бы частично внять прохладному воздуху, коснувшемуся обнаженных участков кожи и тому, как альфа скользнул по мне взглядом, как он наклонился к моему животу. Сначала обжигая его горячим дыханием, затем губами прикасаясь к коже рядом с пупком.
То место мгновенно обожгло и ноги сильнее подкосились. Еще более мощный страх смешался с горячим жжением, вспыхнувшим на теле. Тем, который мгновенно начал блокировать мысли. Оставлять лишь невнятные обрывки. Особенно, когда Моран второй рукой сжал мою попу, пресекая ту мою попытку отойти, которую я сама не осознавала, но резко, отчаянно попыталась совершить. Он вновь губами прикоснулся к моему животу. Еще несколько поцелуев. Медленных, горячих. Затем, альфа сделал глубокий вдох. Тот, от которого веяло чем-то ненормальным. Животным и жутким.
Пальцами впиваясь в плечи Морана, я и так чувствовала напряжение его мышц, но, сейчас казалось, что они вовсе стали каменными. Он оскалился. Сильнее сжал мою попу и рывком ближе притянул к себе. Поддевая ткань моих трусиков и срывая их настолько быстро, что ткань чуть не порвалась и я вообще не поняла, как от этого не упала.
— Что ты делаешь? Отдай, — я рвано выдохнула и широко раскрыла глаза, замечая, что Моран сначала сжал в ладони мои трусики, затем положил их в карман своих штанов.
— Пока ты в моем, доме, они тебе не понадобятся, — снимая с меня кофту, альфа новыми поцелуями набросился на мой живот. Более жестокими. Поднимаясь ими выше. Практически до груди. Уже теперь целуя до покраснений вспыхнувших на теле. Каких-то непонятных, диких всплесков, от которых тело начало плавиться. В особенности от того, как альфа второй рукой сжал уже теперь полностью обнаженное бедро, пальцами скользя в его внутреннюю сторону. Грубо разрушая все границы.
Кажется, я попыталась вырываться. Буквально до дрожи испугавшись нахлынувших, настолько мощных ощущений и эмоций. Кажется, в рваных фразах все еще настаивала на том, чтобы Моран вернул мне мое нижнее белье. Оно бы меня сейчас не спасло, но… Черт.
Моран пальцами зарылся в мои волосы. Сжал их и заглушил мои протесты глубоким, жестким поцелуем. Таким, во время, которого я вообще забыла, кто я такая и что происходит, а когда он отстранился, я, будучи не в себе, даже не поняла того, как он сорвал с меня кофту, отбрасывая ее в сторону. Затем, лишил меня и лифчика, расстегивая его лишь одним движением пальцев.
Я осталась полностью обнаженной. Открытой. Уязвимой. Подрагивающей каждой частичкой тела от того взгляда, которым Моран меня окинул. Я только сейчас поняла, что его глаза изменились. Зрачки, теряя человеческие очертания, стали узкими. Выглядело это жутко. Тем более, я что-то такое видела впервые. Обычно альфы хорошо контролируют себя, чтобы хотя бы физически не проявлять признаки животного. Моран самый сильный альфа из тех, кого я встречала в своей жизни и такой контроль у него должен быть еще более отчетливо выраженный, но…
Он опустил взгляд ниже. К моему лону. Слишком надолго задержался на нем. Лишь спустя несколько долгих секунд, поднял взгляд к груди, затем и к глазам. Шумно выдохнул, после чего медленно втянул воздух через нос. Глаза стали еще более жуткими. Темными.
Во мне всколыхнулся ужас и я немедленно попыталась отступить назад, но Моран взял меня за запястье. Рывком обратно притянул к себе и внезапно своими огромными ручищами обвил мою талию. Он сейчас был в футболке, но руки обнажены и от их соприкосновения с моей кожей, казалось меня опалило углями.
Альфа наклонился, после чего языком провел по груди. Медленно, но слишком ощутимо. Оставляя после себя влажную дорожку. Я сама этого не осознавала, но с губ сорвался громкий стон. Ноги подкосились и я вновь пальцами впилась в плечи Морана. Чувствуя, как он языком обвел сосок, вобрал его в рот. Словно бы жадно. Так будто ему это нравилось настолько, что альфа терял самоконтроль, еще сильнее сжимая меня в своих руках. А я понять не могла, что ему такого может нравиться. Он ненормальный? Или мне все это лишь кажется. Но еще больше я не понимала, почему мне нравилось то, что он делал с моей грудью? Меня словно плавило, с губ срывались уже беспрерывные стоны и внизу живота начало как-то непонятно, но мощно тянуть, жечь. До такой степени, что это уже становилось нестерпимым. Черт, что он со мной делал?
— Как же ты охрененно сладко стонешь, — Моран лбом прикоснулся к моей ключице, медленно, тяжело выдыхая. Он одну руку опустил ниже, спускаясь ею по моему бедру. – Твой жених раньше тебя точно не брал?
— Н… Нет.
Альфа пальцами прикоснулся к моему лону и я дернулась так, что, наверное, это было красноречивее любого ответа. Еще задрожала. Простонала настолько громко, что, наверное это эхом разнеслось по всему дому.
— Он прикасался к тому, что у тебя под одеждой?
— Что? – не понимая, переспросила.
— Отвечай. Он трогал тебя и делал то, из-за чего мог услышать твои стоны?
— Нет, — я отрицательно качнула головой, еще больше путаясь в мыслях. Не осознавая, правильно ли все расслышала.
Альфа медленно выдохнул.
— Хорошо.
Я попыталась несколько раз моргнуть. Даже спросить, что хорошего. Зачем он вообще задавал такие вопросы?
Но в итоге
