найти их.
* * *
– Зачем ты здесь?
Голос Бори-Хана загудел гневом, когда он увидел, как Сяньян влетела в окно башни. Леса скрывали внутренние стены незавершённого здания. Вождь жужаней стоял на одной из деревянных платформ, а император был привязан к опоре позади него. Приняв человеческий облик, Сяньян подошла к воину, не обращая внимания на его злобный взгляд.
Предводитель жужаней утратил над ней свою власть.
– Нападение встретило яростное сопротивление, – сказала Сяньян.
Глаза Бори-Хана удивлённо распахнулись.
– От кого? – бросил он.
Сяньян едва не улыбнулась, однако голос её прозвучал бесстрастно:
– Юной девушки из небольшой деревушки.
Бори-Хан засмеялся.
– Девчонки?
Подойдя к краю башни, Сяньян окинула взором стройку. Внизу она видела Мулан, бегущую со всех ног к башне. Девушка была спокойна и сдержанна, лицо её выражало предельную сосредоточенность. Обернувшись к Бори-
Хану, Сяньян покачала головой.
– Нет, – сказала она. – Женщины. Воительницы. – В её голосе отчетливо слышалась гордость. – Она привела отряд храбрых и преданных солдат. Армия следует за ними. – Она улыбнулась, видя, как исказилось в гневе лицо Бори-Хана. Он выглянул из недостроенного окна башни, словно ожидая увидеть эту армию. Вместо этого он увидел Мулан, направляющуюся к ним, – воительницу, угрожающую крушением всех его планов.
– Женщина ведёт армию. – Сяньян продолжала медленно и размеренно. – И она вовсе не побитая собака.
– Ты привела её сюда, – обвиняюще бросил Бори-Хан, повернувшись к Сяньян. Он был удивлён.
– Тебе не следовало мне доверять, – сказала она. Слова её прозвучали эхом их прежнего разговора. Только теперь она была хозяйкой положения. Потому что она больше в нём не нуждалась. И он знал об этом.
Лицо Бори-Хана побагровело, а его опущенные руки затряслись от злости. Он завёл руку за спину и, выхватив лук, нацепил стрелу прямо на ведьму.
Сяньян не шелохнулась, а лишь подняла одну красиво очерченную бровь.
– Неужели ты думаешь, что способен убить меня? – поинтересовалась она.
– Не думаю, – отвечал Бори-Хан. Молниеносно развернувшись, он нацелил стрелу в другую сторону – на Мулан, которая пробралась в пределы Нового дворца и стояла теперь у подножия башни. – Но я могу убить её, – сказал он, спуская стрелу.
Сяньян видела стрелу, словно она не летела, а тягуче ползла сквозь воздух. Взглянув вниз, на Мулан, Сяньян поняла, что не позволит девушке погибнуть от руки Бори-Хана. Вождь жужаней был последним в длинной веренице людей, из-за которых Сяньян чувствовала себя загнанной в угол и страшилась открыться собственной силе.
Сяньян была права. Они были похожи. Мулан скрывала, кто она, пускай, не под обличьем птицы, а под мужскими доспехами. Но всё же она смога принять то, кем она была, и дозволить окружающим увидеть её истинный облик. Мулан добилась того, что для Сяньян осталось недостижимым, – свободы. Но, если Мулан умрёт теперь, всё, что двигало ею, всё, за что она боролась, пойдёт прахом.
Сяньян знала, что она сделает
Взметнувшись в воздух, Сяньян оборотилась соколом. Взмах крыльев – и она очутилась на пути стрелы.
Стрела вонзилась в её тело и отшвырнула её прочь с лесов. Вихрь засвистел в ушах Сяньян, рухнувшей вниз. Но прежде, чем она упала на землю, её подхватили руки Мулан. Когда Мулан опустила её на землю, Сяньян приняла свой человеческий облик. Она приподнялась, взглянула на Мулан и слабо улыбнулась.
Её голова налилась тяжестью, и она уронила её на землю. Но прежде встретила полный удивления и сострадания взгляд Мулан.
- Займи своё место, Хуа Мулан, – шепнула она. А затем с последним вздохом её грудь застыла навек.
Глава 21
Мулан смотрела на лежащую женщину В смерти Сяньян словно обрела покой. Мысль эта принесла успокоение и Мулан. У Сяньян было много обличий, но душа – могучей воительницы. Она не должна была погибнуть. Она не должна была столь долго терзаться во власти Бори-Хана, желая лишь принятия. Во всяком случае, теперь она обрела свободу.
Поднявшись на ноги, Мулан отодвинула неожиданное бремя горя. Лучшее, что она могла сделать в память о Сяньян, – это победить Бори-Хана и спасти императора. Схватив меч, она нырнула в лабиринт строительных лесов. Лучи света пронзали полумрак, ветер со свистом гулял среди опор, играя сором.
Мулан увидела Бори-Хана. Воин стоял к ней спиной перед большой открытой печью, внутри которой расплавленный металл стекал в бассейн, наполняя его раскалённой жидкостью. Воспользовавшись его небрежностью, Мулан огляделась, ища императора. Её глаза скользнули вверх, и она увидела его. Он был привязан к столбу, из нескольких ран сочилась кровь, однако он был жив.
Сделав глубокий вдох, Мулан тихонько подошла к низко расположенной балке и вскочила на неё. Затем она полезла по расчерчивающим комнату распоркам лесов, подбираясь всё ближе и ближе к императору. Она была совсем рядом, когда её накрыла грозная тень.
Перед ней, преграждая путь к императору, стоял Бори-Хан. В сумраке он казался больше самого себя, порождение кошмарного сна, а не человек. Он с ухмылкой глядел на неё.
– Девчонка явилась, чтобы спасти династию, – проговорил он презрительно.
Мулан знала, что в глазах Бори-Хана она всего лишь женщина, то есть никто. Но его глаза обманывались. Она была много больше, чем девчонка. Приготовившись к бою, она подняла меч.
– Если ты признаешь поражение, – сказала она, – я обещаю, что смерть твоя будет быстрой и безболезненной.
Вместо ответа Бори-Хан расхохотался. А затем бросился в атаку. Мощным плавным замахом он опустил меч на Мулан. Движение было настолько быстрое, что Мулан едва успела поднять свой собственный клинок и отразить удар. Однако при этом она потеряла равновесие и упала. Гулко приложившись о балку, она задохнулась от боли.
Однако мешкать было некогда. Едва Мулан успела подняться на ноги, как Бори-Хан снова бросился на неё. Она отступила и отпрыгнула, избегая нового замаха меча. Отползая по балке, девушка переводила взгляд с Бори- Хана на императора.
Бори-Хан следовал за ней, его злобный хохот отражался от лесов. Его меч просвистел, рассекая воздух, и Мулан, перекувыркнувшись, перескочила на соседнюю балку, избегая атаки. Меч с лязганьем ударил в дерево там, где она только что стояла. Воспользовавшись мгновенным замешательством, Мулан бросилась вверх, к императору. Она слышала, как Бори-Хан, взревев от гнева, метнулся в погоню.
С балки на балку шло преследование, рослый и грузный воин дышал в затылок Мулан. И всё же она опережала его
