Но все же порой в ней просыпалась неуемная жажда насилия. И каждый раз глубоко в душе, где пылью покрылись остатки здравомыслия, она не понимала, почему.
– Меня выпустят отсюда? – спросила она как ни в чем не бывало. – Ну, хотя бы когда-нибудь?
Робин оглянулась на Одри, но та лишь сжала губы, брови ее сошлись в выражении жалости.
– Понятно, – безжизненно заключила Челси. – Одри, пожалуйста, включите мне какой-нибудь мультфильм. Уходи, Роб. Нам больше не о чем говорить.
19
Подстава
Обыск в замке провели спустя неделю, и длился он с утра до ночи, пока не объявили, что дворец чист. Никого.
Саша злорадно улыбался толпившимся у парадной двери сыщикам. Красный ковер, намеренно уложенный в честь их прибытия, посерел от пыли и грязи с их подошв.
– Уже уходите? – спрашивал принц высоким голоском. – Как? Даже не станете обвинять меня, что я успел перепрятать родителей? Да вы преисполнены доверия ко мне!
Десятки презрительных взглядов впились в него, как свирепый доберман в плюшевую игрушку. Саша произнес тише:
– Я пошутил. Валите.
В тот же вечер мир узнал об итогах обыска. Неодобрительные высказывания в адрес Делинды из-за ложных обвинений полились рекой. Впрочем, волновало ее совершенно другое.
– Не нашли? – спрашивала она по телефону, стоя у тумбы в своих покоях. – Да, но он мог перепрятать Сердце. Может, там были потайные комнаты. Нужно еще раз… Не смей мне говорить об этом, Янмей. Доверие Мирового Совета восстановить не так трудно. Завтра утром я выйду в эфир с новым заявлением. И тогда ему конец. Я уничтожу его. В пыль сотру, если он не отдаст сердце… Зачем? Тебе не нужно об этом знать. Организуй мне эфир. Все.
Утром не пробило еще и десяти часов, когда Александр узнал, что бросил вызов Саше. Речь сестры транслировалась по всем каналам и, вынужден был он признать, говорила она убедительно и беспристрастно, не показывая ни клокочущей ярости, ни распирающего нетерпения ожидания дуэли.
С детства Александр чувствовал, как жизнь катится в пропасть. Но теперь она набрала скорость. Выпрыгнуть из нее он боялся от одной лишь мысли: «Что, если станет хуже?» И потому сидел в томительном пугающем ожидании, когда все закончится как-то само, без его прямого участия.
Куда делся бунтарский дух? Растворился вместе с Каспаром. И смелость упорхнула следом.
Выстрелить. Он должен всего лишь выстрелить и выйти победителем. Ему ведь необязательно убивать Сашу. О, как хорошо, что договоренность не строилась на его смерти!
И ради чего он все это затеял? Ради любимого человека и вероятного убийцы в одном лице!
Александр страшно запутался. Единственный, кого он любил и кому доверял больше, чем себе, вероятно, преступник. Но любовь к нему от этого не поблекла и даже не дрогнула. Боль и обида укрепили ее, сделав самого Каспара еще дальше. Поток слез, излитый той ночью после раскрытия истины, доказал принцу, насколько непросты его чувства. И оттого он лишь больше страдал.
Пребывая в раздумьях, он даже не заметил, как вошел в комнату для подготовки к дуэли. Серая, невзрачная, почти пустая: кресло, туалетный столик с зеркалом да умывальник в углу. Помещение напоминало заброшенную гримерку.
Со столика на Александра смотрел злосчастный дуэльный пистолет.
«И как только Саша купился на провокацию Делинды?»
Сотни людей в маленьком бетонном амфитеатре и еще миллионы у экранов будут наблюдать за дуэлью в тайном, щекочущем нервы желании подобраться к смерти чуть ближе.
Интересно, а Каспар тоже будет там?
На дверь обрушилась настойчивая дробь ударов кулака.
– Пора, – заявила Делинда. – Все заждались.
Александр поправил белую рубашку с пышными рукавами чуть ниже локтей, стряхнул пылинку с черных обтягивающих брюк и натянул на руки тугие черные перчатки на пол-ладони. Серебряной заколкой-невидимкой он заправил выступающие с левой стороны пряди. Постукивая небольшими каблуками черных высоких сапог, он вышел в коридор.
Колизей давно не собирал в своих стенах зрителей и дуэлянтов. Делинда свернула к трибунам, велев брату следовать до первого поворота налево.
Принцы направлялись к центральному спуску из противоположных концов амфитеатра. Увидев их через окна, толпа взревела. Казалось, только Анджеллина, от волнения обмахивающаяся веером, и Каспар сидели смирно, чувствуя надвигающуюся беду.
Саша и Александр встретились на спуске. Их разделяла невысокая перегородка.
– Почему ты согласился?
– А почему ты не отказался? – Саша улыбнулся ему слабо, сочувственно. – Тебя заставили?
Александр отвернулся, поздно осознав, что тем и дал ответ.
– Я не хочу тебя убивать. Надеюсь, все скоро закончится.
– Или станет хуже. – Саша первым вышел на свет.
Из динамиков послышался голос ведущей:
– Прошу дуэлянтов занять места.
Под ними она подразумевала два очерченных красным круга, расположенных на расстоянии десяти шагов. Принцы выполнили условие. Громоздкие дуэльные пистолеты совсем не шли их нежным хрупким рукам.
– Если у кого-то есть желание отменить поединок, то пусть скажет сейчас.
Послышались щелчки взводимых курков. Анджеллина свернула веер и сжала белое складчатое платье в дрожащем кулачке.
– А люди и рады этому зрелищу. – Она прижалась к плечу Каспара. – Господи, они же убьют друг друга!
– Королева Делинда не настолько жестока, чтобы обрекать родного брата на смерть. – Он говорил убедительно, но у самого в душе теплилась лишь слабая надежда.
В ответ на молчание ведущая объявила:
– Стороны не намерены отступать. Прошу дуэлянтов приготовиться.
Александр согнул левую руку за спиной и встал наизготовку. Саша не сдвинулся с места.
– В чем дело? – спросила ведущая.
По трибунам прокатился шепот.
– Вы передумали, принц Саша?
– Скорее, придумал кое-что получше.
Он откинул пистолет в сторону под волну изумленных вздохов.
– Что происходит? – настойчиво спросила ведущая. – Кажется, нас ждет необычная дуэль.
– Ее не будет, – заявил Саша. – Я вас огорчу, но сегодня вы крови не увидите.
Делинда подозрительно прищурилась. С места над входом она видела, насколько расслаблен германский принц и как взволнован брат, опустивший свой пистолет.
– Вы знаете, ради чего на самом деле затевалась эта дуэль?
Делинда привстала с места, подрагивая от бешенства.
– Он не посмеет…
– Ради Сердца «Зазеркалья Нашей Реальности».
Делинда рухнула обратно в кресло. Саша упивался ее страхом, смешанным с гневом. Разведя руками, он продолжил:
– Что это такое? Всего лишь компьютер с идеальной жизнью, где нет места боли и войне. Кто не захочет оказаться в таком, перенеся в него свой разум? Только без Сердца он бесполезен. Ядро, корень, крохотная пластинка – называйте, как хотите…
– Остановите это. Немедленно, – прошептала Делинда, и Янмей, тут же вскочив с места, направилась к будке ведущей наверху.
– И британская королева очень хочет найти его. Предполагая, что оно у меня, она организовала обыск якобы для того, чтобы найти моих родителей. Но ей плевать на них. Она искала Сердце ЗНР. И не нашла. Где же оно? В надежном месте, ведь я знаю, что как только кто-то найдет его…
По всему Колизею раздалась оглушающая музыка, похоронив в шуме речь Саши. Смеющимся взглядом он уставился на будку, уверенный, что жалкие попытки прервать его говорят красноречивее его самого. Смятение и сомнения уже были посеяны, а зрители со всего света держали в руках телефоны с открытым поисковым приложением, в окошке которого было вбито три слова: «Зазеркалье Нашей Реальности».
И хотя он был уверен, что они не найдут правду, начало его маленькой революции было положено.
«Вот почему ты согласился», – Александр снял бы перед ним шляпу, подошел и хлопнул по плечу. Но в животе разгоралось нечто, порываясь подняться к горлу.
Он зажал рот, чувствуя, что не в силах больше сдерживать неизвестные позывы. Из груди вырвался раздирающий горло кашель, и сквозь пальцы в наступившей тишине брызнула кровь. Руки, лицо, все тело его посерело. Он свалился на пол, держась за живот и рот. Кровь хлынула вновь, забрызгав ботинки подоспевшего к нему Саши.
