кивает и жестом приказывает мне опуститься на место. Послушно сажусь. Надеюсь, организационные моменты мы на этом проехали и можно будет услышать главное: про тварей разлома.
Следующие два часа я наконец-то впитываю интересующую меня информацию. Первое – это, конечно, химеринги. Как я и думал, ментальное давление химерингов усиливается в зависимости от их количества. И это первые твари, которых надо убивать.
– Но как убить бесплотное создание?
– Огнём, Бородин, – отвечает майор. – Задача одарённого с аспектом огня – рассеивание материи химерингов. Что было бы невозможно без сильного ментального щита. Кто-то должен отражать ментальное давление, пока вы разбираетесь с техниками.
Значит, менталист в команде тоже обязателен. У нас есть Лекс Львов. Интересно, кто ещё в казарме владеет ментальными техниками.
– А было такое, чтобы химеринг обретал плотность? – спрашивает Токсин, смотря при этом на меня.
Киваю, благодаря его за этот вопрос.
– Считается, что в своём мире из-за большей плотности эфира они вполне себе материальны. Но вне разлома, в нашем мире, химеринги нежизнеспособны. Их рассеют первые же лучи солнца, – отвечает Зверевич.
– Но есть же убежища? Норы какие-нибудь? – продолжает Токсин. – Может же он где-нибудь спрятаться днём? А ночью напасть.
– Химеринги – энергетические симбионты, – наконец говорит Зверевич то, что мне на самом деле интересно. – Если погибает питающий зверя хозяин, погибает и сам химеринг. И если хозяин остаётся в том мире, а химеринг в этом, то симбиотическая связь будет разрушена, и химеринг погибнет.
Значит, я должен найти, что он будет жрать, – иначе он сожрёт меня. Есть ещё третий вариант: он вернётся туда, откуда пришёл.
«Если погибает питающий зверя хозяин, погибает и сам химеринг», – повторяю про себя слова майора.
Но мой химеринг вполне себе жив и здоров. А значит, у него есть хозяин. Здесь, в этом мире. И не он ли натравил на Никиту Каменского эту тварь?
* * *
О тварях разлома Зверевич говорит мало и вскользь. Не думаю, что это какой-то секрет. Скорее, господину майору не хочется тратить время на бессмысленные лекции. Всё равно нам ещё пять лет изучать монстров в училище.
Зато в голове застревает куча всякой шелухи. К примеру, то, что разломы в этом мире были не всегда. Началось всё лет четыреста назад, примерно во времена смены старой императорской династии на нынешнюю.
И одновременно по всему миру.
В Российской империи первые разломы не вызвали ужаса, скорее интерес. Думаю, тогдашние одарённые даже обрадовались новым перспективам. Ведь любая магическая тварь – это в первую очередь источник ценных ингредиентов.
Кстати, есть и местные магические твари, хотя я с такими ещё не сталкивался. Но они тут точно есть. Общее название – «нечисть». Именно к ней относится, например, ворон Мунин. Ну, тот самый хранитель рода Горчаковых, который признал Токсина. Так что разломных тварей просто посчитали неизвестной разновидностью иномирной нечисти.
А потом эфир этого мира начал исчезать. Аристократические роды мельчали. Магия ослабевала. А разломы появлялись всё чаще.
Не справляясь с монстрами, люди были вынуждены изобрести оружие, работающее на совершенно иных, немагических принципах. Так появился современный огнестрел.
И вот теперь мы наконец имеем то, что имеем: ослабевший дар аристократов, высокую разреженность магического эфира и постоянное проникновение иномирных тварей.
Но магический эфир не исчезает в никуда и не появляется из ниоткуда. Это первичная материя. Если его становится всё меньше тут – куда-то он определённо истекает. Это первое.
И второе. Скорее всего, из-за разреженности эфира тут образуется что-то типа областей с низким эфирным давлением. В мире разломов концентрация эфира высока, поэтому он и стремится заполнить области с разреженным эфиром. Это как сообщающиеся сосуды. Получается что-то вроде пузыря, который выпучивается в наш мир и лопается, выпуская тварей.
И если это так, когда-нибудь эти два мира сольются. И подобного апокалипсиса боги точно не видели.
* * *
Итак, свершилось. Без предупреждения.
Сразу после завтрака нас выстроили в строй и маршем привели к складскому зданию. Я даже подумал, что сейчас нам дадут любимое в любой армии задание «бери больше – кидай дальше».
Но неожиданно пол под ногами разъехался, обнажив тёмный зев подземелья.
«Шагайте, там разберётесь!» – напутствовал нас майор в ответ на вопрос Юсупова «Чё делать-то?». Хорошо, что спуск пинком не ускорил. С него станется.
Входили группами. Временной промежуток между спусками вниз групп составлял три-четыре минуты. А спустившись, мы не встретили парней из других команд. Они как в жопу Шанкры провалились. Первый звоночек, что всё не так просто, как кажется…
А, да… Нападение на будущих курсантов тоже никто не запрещал. Поэтому теоретически от других групп возможна любая подлянка.
Моя команда – Бородин, Палей, Ильин и Львов – в темноте не видят, в отличие от меня. Навык ночного зрения очень полезная штука…
– Чё за хрень? – спрашивает Токсин, нервно оглядываясь.
– Тш! – внезапно говорит Ильин. – Я что-то слышу. Будто камень трётся о камень.
Мы прислушиваемся. Сначала я ничего не слышу. Потом звук, о котором он говорил, становится громче. Какой-то шорох и треск. Откуда – не понять.
– Всем отойти от стен! – раздаётся из ниоткуда странный нечеловеческий голос.
Мы дружно отпрыгиваем от дверного проёма в центр почти треугольного помещения сразу с четырьмя арками проходов. Нет, уже с тремя: витой лестничный пролёт, по которому мы спустились, со скрипом прокручивается вокруг своей оси и закрывается каменной стеной.
– Жопа мрака, блин, – хмурится Токсин. – Они нас что, заперли тут? Обратно, типа, не вернуться? А если мне приспичит в сортир?
– Давай свет! – командую я.
– Есть свет! – отзывается он. Раскрывает ладонь и делает несколько пассов. На ладони появляется мутный шарик света.
Палей хмыкает, хочет что-то сказать, но…
– ВНИМАНИЕ!!!
Все, кроме меня, подпрыгивают от неожиданности. Даже Львов содрогнулся.
Голос разносится откуда-то из стен. Наверное, там динамики. И голос странный. Не женский, не мужской. Я бы даже сказал, неприятный.
– Участники испытания…
Неожиданно голос прерывается, и его заменяет бас Зверевича:
– Так, ну-ка дай сюда. Эй, детишки, слышно меня? Алло-алло? Все собрались? Молодцы. Вам уже весело? Что ж, сейчас будет ещё веселее. Первое. Хочу сказать, что я вас всех терпеть не могу. Вы все меня просто бесите. Вылизанные мамками, избалованные, сопливые. Пожалуй, впервые за мой срок службы империи я столкнулся с настолько изнеженной малышнёй, не понимающей, почему она здесь и для чего. Натуральные девки!
Палей сжимает зубы:
– Майор попутал что-то. Раньше он так не выражался вообще… Не думал, что он такой солдафон.
Голос из динамика продолжает вещать. Причем даже тон у Зверевича изменился: не такой спокойный
