– Уже лучше. – Её глаза на мгновение становятся влажными. – Я просто хотела поблагодарить вас за то, что пришли поговорить со мной. Вы сказали мне, что Харви умер быстро и во сне, и что он не страдал – это дало мне такое успокоение. А потом вы позволили мне целый час болтать, рассказывая истории о нём, хотя я уверена, вы были крайне заняты.
Его щёки краснеют.
– О, я не возражал.
– Вы такой хороший слушатель, – говорит она. – Вы были так добры ко мне. Это было одно из самых тяжёлых времён в моей жизни, и то, что вы были рядом и слушали, действительно помогло. Благослови вас Бог, доктор Брюэр.
Том выглядит смущённым, но улыбается.
– Рад, что смог помочь.
Пожилая женщина переводит взгляд на меня. – У вас хороший парень, молодая леди. – Она снова смотрит на Тома. – И он такой красивый!
Ну, это я знала.
Женщина благодарит Тома ещё раз пять, затем неторопливо выходит из ресторана, оставляя нас двоих обедать димсамами. Я вижу, что это взаимодействие действительно порадовало его, и он всё ещё улыбается, когда мы садимся в нашу кабинку.
– Это было мило, – говорит он. – Я не часто общаюсь с пациентами. Очевидно. Иногда мне действительно этого не хватает.
– Ты всегда знал, что хочешь быть патологоанатомом?
– На самом деле, когда я был моложе, я хотел стать хирургом.
Могу это представить. Он такой умный и знающий, и я заметила, что у него очень умелые руки. Уверена, он был бы отличным хирургом.
– Почему же не стал?
– Э–э… – Он проводит рукой по своим чёрным волосам. – Полагаю, я просто… не знаю. Оказалось, это не для меня.
Я оглядываюсь через плечо на дверь – пожилая женщина давно ушла.
– Почему она продолжала называть тебя доктором Брюэром? Я не была уверена, стоит ли её поправлять.
Том колеблется на долю секунды.
– Моя фамилия – Брюэр.
Что?
– Ты говорил мне, что твоя фамилия – Браун!
– Нет, Брюэр.
– Ты определённо сказал Браун!
Я хорошо это помню, в основном потому, что в тот момент я думала, что Том Браун – это имя, которое невозможно найти в Google, потому что будет слишком много совпадений. И действительно, мой поиск ничего не дал, даже когда я добавила «доктор медицины», «Нью–Йорк» и «патологоанатом». Не то чтобы Том Брюер был намного лучше.
Том пожимает плечом.
– Извини, должно быть, ты расслышала неправильно. Я на сто процентов уверен, что моя фамилия – Брюэр. Могу показать водительские права, если хочешь.
Я не уверена, что об этом думать. Я была уверена, что он сказал Браун, но мы были в шумной кофейне, а у меня хлестала кровь из носа, так что признаю, возможно, я могла расслышать неправильно.
Он наклоняется ближе и улыбается так, что я вижу его белые зубы.
– Я тебе всё ещё нравлюсь, даже если я Том Брюэр, а не Том Браун?
– Полагаю…
– Хорошо. – Он встаёт с места, отряхивая ладони о свои синие джинсы. – А теперь я пойду в туалет помыть руки, потому что я только что был в такси. Захвати мне немного шуми с креветками, если подойдут с ними.
Отлично. Теперь у меня есть возможность погуглить его, раз я знаю его настоящее имя.
Как только Том исчезает в туалете, я достаю свой телефон. Я не собираюсь тратить время впустую, поэтому ввожу в поисковую строку «Томас Брюэр, доктор медицинских наук, патологоанатом».
Сразу же получаю результат. Я нажимаю на него и…
Ладно, это интересно.
Глава 38
Единственная информация о Томасе Брюэре есть на сайте больницы Маунт–Синай. Когда я нажимаю на ссылку, появляется его недавняя фотография и небольшая биография. На фотографии он выглядит невероятно красивым, одетым в белоснежный халат, его тёмные глаза смотрят прямо в камеру. В его биографии упоминается, что он получил степень бакалавра в Корнеллском университете, а затем окончил медицинскую школу и ординатуру в Пенсильванском университете. Впечатляет. Но одна вещь привлекает моё внимание.
Я почти уверена, Том говорил мне, что работает в Нью–Йоркском университете.
Нью–Йоркский университет и Маунт–Синай находятся далеко друг от друга. Когда он упомянул это, я помню, думала, что его больница довольно близко от моей квартиры. Я бы так не подумала, если бы он сказал «Маунт–Синай».
Какого чёрта?
Я возвращаюсь к поиску, прокручивая, чтобы найти другие результаты. Больше ничего нет. У него нет профиля в Facebook. Я не вижу его страницы в Instagram или Twitter, по крайней мере, под его настоящим именем. И когда я ищу в Cynch, я не могу найти ни активного, ни неактивного профиля.
К тому времени, как Том возвращается из туалета, я полностью сбита с толку. Он скользит в кабинку напротив меня и хватает меню.
– Давай закажем еды, – говорит он. – Я голоден как волк.
В этот момент к нам подходит официантка с тележкой, ломящейся от тарелок с едой. Том – всегда любитель экзотической еды – берёт тарелку куриных лапок. Я придерживаюсь пельменей из свинины. Но пока Том с энтузиазмом набрасывается на свою еду, я просто смотрю на свои пельмени, аппетит пропал.
– Эй, – говорю я как можно непринуждённее, – в какой больнице, говорил, ты работаешь?
На этот раз нет колебаний.
– В Маунт–Синай.
– Я бы поклялась, что ты говорил, что работаешь в Нью–Йоркском университете.
Он приподнимает бровь, на его губах играет забавная улыбка.
– Ты гуглила меня, пока я был в туалете?
Попалась. Хотя часть меня чувствует, что он попался больше, чем я.
– А что, если так? Ты определённо говорил, что работаешь в Нью–Йоркском университете.
– Раньше я работал в Нью–Йоркском университете, – говорит он. – Недавно перевелся. Может, я был так очарован тобой, что оговорился.
Возможно ли это? Полагаю, да. Но всё это, вместе с неправильным именем, оставляет у меня лёгкое беспокойство. Я могла бы принять, что одна из вещей – ошибка, но обе?
С другой стороны, я не могу забыть, что единственная причина, по которой это вообще происходит, – женщина подошла к Тому, чтобы восторгаться тем, как он был сострадателен, когда она страдала от потери мужа. И я верю в это. Я встречалась со многими парнями и могу сказать, что Том – хороший парень. Трудно поверить, что он действительно лгал мне.
– Почему у тебя нет профиля в Cynch? – спрашиваю я.
На его губах играет улыбка.
– Это вопрос с подвохом? Мы с тобой встречаемся, верно? Ты хочешь, чтобы у меня был профиль в Cynch?
– Нет, – говорю я. – Я просто имею в виду, большинство одиноких людей в городе сидят в этом приложении.
– Я просто не люблю приложения для знакомств.
– Тогда как ты знакомишься с женщинами?
Он ухмыляется мне.
– В основном просто ищу девушек с носовым кровотечением и предлагаю купить им новую футболку. Обычно срабатывает.
– Ха–ха, очень смешно.
Он приподнимает бровь.
– Но, если это беспокоит тебя, я с радостью создам профиль во всех приложениях для знакомств.
Теперь он ведёт себя как придурок, что, полагаю, справедливо, учитывая, как я его допрашиваю.
– Нет, спасибо.
– Или… – он тянется через стол за моей рукой, – может, ты тоже удалишь свой профиль, и мы просто будем встречаться. Как насчёт этого?
Я задерживаю дыхание. Хотя отношения с Томом становятся серьёзнее, я всё ещё удивлена, что он это говорит, особенно учитывая его относительно небольшой предыдущий опыт отношений. Я удивлена, но не расстроена. Как раз наоборот, на самом деле. Может, он наконец готов забыть ту мёртвую девушку из старшей школы.
– Это звучит очень мило, – говорю я.
И вот так просто у меня появился бойфренд.
Глава 39
Сидни.
Два месяца спустя.
Том пьёт кофе с половиной пакетика сахара.
Он всегда готовит его одинаково. Когда официантка приносит ему кофе, он берёт пакетик сахара, зажимает его посередине и высыпает ровно половину в чашку. Если этого недостаточно, он переворачивает пакетик, чтобы в чёрную жидкость попало ещё несколько крупинок сахара. Он всегда делает это практически с научной точностью.
