Белые стены, лампочки, встроенные в белый потолок, голубые бархатные шторы, длинный коричневый стол… Нарушить логику? Например, признать свое поражение?
— Сдаюсь! — крикнула я белому потолку. — Больше не буду с тобой спорить. Ты, как всегда, прав!
Тишина. От этой гробовой тишины стало немного не по себе.
«Неувязочка, барыня»…
Внутри меня зрела паника, но я не позволила ей вырваться наружу. Встала посредине комнаты.
— Макс! Выходи! Я больше не играю!
И почему мы с ним так до сих пор и не договорились о способах связи? Он меня может найти, а я его нет.
Дышать стало тяжело, я суетливо одернула свитер, поправила манжеты на рукавах, похлопала себя по бокам.
Тише, тише, сейчас все решим…
Это все из-за медведя, да, из-за медведя. Что зверь так на меня смотрит? Я отбежала в сторону, присела на краешек кровати.
— Никогда, никогда, никогда, никогда не буду с тобой спорить, — прошептала я, сжимая кулаки.
Никакого движения.
А если попробовать по-другому? Что там предлагал Колосов?
— Сивка-бурка, вещая каурка, встань передо мной, как лист перед травой! — быстро отбарабанила я, чувствуя себя неуютно. Ну, полный бред. Никакого результата он, конечно же, не принес.
По полу словно потянуло сквозняком. Я сбросила ботинки, забралась подальше на кровать. Что там Макс говорил про это место? Что оно зациклено на неприятности? Если однажды здесь уже что-то произошло, то и дальше жди беды. Пожар, убийство — что может быть хуже? Наводнение? Я покосилась на потолок. Полуподвалы обычно всегда затапливает. Заползла на середину кровати, подтянула к себе подушку. Макс не даст мне утонуть. Как только я начну изображать из себя «Титаник», он примчится меня спасать. Не хотелось только проверять вероятность того, что он не примчится. В древности был такой веселый обычай ловить предполагаемых ведьм и топить их. Настоящие ведьмы не тонули. А если женщина тонула, значит, ведьмой не была. Вот такая неувязочка с проверкой выходила. Я не всплыву уж точно.
Забилась в самый угол кровати, натянула на себя одеяло.
Мы с мастерской должны вместе хорошо смотреться — она притягивает неприятности, и меня сильно везучей не назовешь. Но, с другой стороны, чему быть, того не миновать, и если Макс вернется, то придет сюда.
Я мысленно очертила вокруг себя линию, коснулась крестика на груди, сжала кулачок, чтобы почувствовать на пальце перстенек с бирюзой.
Будем ждать. Впереди у меня целый день. Мне нужно оружие! Я очень хочу раздобыть оружие. Желательно саблю. Мысленно я представила клинок из тренерской, с маленькой рукоятью, с темляком. Вспомнила, как свистит разрезаемый клинком воздух. Оружие! Мне надо!
Все, желание сформулировано и отправлено по просторам Вселенной. Осталось немного подождать.
Ровный свет лампочек рождал ощущение бесконечности. Я обнялась с подушкой, сползла в горизонтальное положение. Окружающие предметы настороженно уставились на меня: щерился зубами-клавишами синтезатор, таращились спинками стулья, катил в мою сторону глянцевое презрение стол, выплевывал черную ненависть камин. Я поджала ноги, уткнулась носом в колени. Пускай немного потерпят меня, это ненадолго. На всякий случай сбегала и выключила свет. Все тут меня и без света хорошо видят, а вот мне смотреть не очень хотелось.
Не знаю, сколько времени я просидела без движения, но потом почудилось, будто слышу какой-то звук. Маленькие осторожные лапки ступали по паркету, цокали коготки. Не кошка. У кошки когти прячутся, она умеет ходить бесшумно. И не собака, она не умеет так семенить. У этого зверя шаг был небольшой.
Проводник?
Я приподнялась. Некстати вспомнился сон. При чем здесь валькирии? Я никогда не интересовалась скандинавской мифологией. Так, знала что-то из «Песни о Нибелунгах» и «Старшей Эдды». Особенно меня радовали «Нибелунги» со своими брутальными девушками, одни их имена чего стоили — Брюнхильда и Кримхильда. Интересно, кто из них двоих сейчас ко мне идет? Или все-таки валькирия?
Поначалу мне и правда показалось, что в дверях вот-вот возникнет грозная воительница с рогатым шлемом на голове, в доспехах и с копьем. Мне уже чудилось, как храпит, бьет копытом ее конь, как плещут на спине его огромные крылья. Правда, я не могла себе представить — если у него крылья, то где сидит валькирия? Как она крепит седло? На крупе, что ли? И если перед ее лицом все время машут крыльями, то как она разит воинов? Она же обречена все время промахиваться либо рубить по крылу…
— Черт! — прошептала вошедшая, споткнувшись обо что-то в темноте. Образ грозной воительницы исчез, оставив вместо себя Лерку Маркелову, которая неуверенно прошептала: — Есть тут кто?
Крыса Белла по-хозяйски подошла к столу, задрала мордочку, принюхалась. Но сегодня пира не предвиделось.
— Максим?
От удивления я не сразу сообразила, что ответить. Маркелова в мастерской у Макса? В голове все спуталось.
Крыса побежала по столешнице, ища подходы к вероятному угощению. Коготки негромко цокали.
Маркелова повела рукой, раздался странный лязгающий звук.
Что она собралась здесь делать?
Хлоп, хлоп — Маркелова искала выключатель. Нашла.
Я крепче обнялась с подушкой.
Вспыхнул свет.
Лерка стояла передо мной с саблей в руке. Удивленно распахнутые глаза, рот открыт. Всегда бледное лицо от испуга стало серым, черная подводка подчеркивала красноту воспаленных от недосыпа глаз. Сабля дергалась — было видно, что держать ее Маркеловой неудобно. Для неопытной руки тяжеловата.
Валькирия, говорите? А вместо коня крыса?
— Ты чего тут делаешь? — грозно спросила Лерка. Сабля опустилась, острием царапнув паркет.
— Это ты чего тут делаешь? — приподнялась я на кровати. Отмахиваться подушкой от сабли? Неплохое сочетание.
— Я пришла… — начала Лерка, стремительно теряя свою уверенность.
— А Макса нет. — Я медленно спустила ноги на пол. — Ты чего с саблей-то? Головы рубить собралась?
— Нет, — замотала башкой Маркелова. — Мне надо было… — Она попятилась.
— Ух ты! — Я быстро посмотрела на Беллу — крыса обнюхивала ножку стула. Но если здесь когда и пахло съестным, то очень-очень давно.
Киношный трюк удался на сто процентов: Лерка оглянулась следом за мной, и я, прыгнув вперед, ребром ладони ударила ей по запястью. Зазвенела упавшая сабля. Белка метнулась к камину. Маркелова взвыла, я подхватила саблю и забросила ее на кровать.
— Так чего ты пришла? — накинулась я на стонущую готку. — Что тебе здесь нужно?
Маркелова подняла на меня ненавидящие глаза.
— Где хочу, там и хожу! — выпалила Лерка, пытаясь от меня оттолкнуться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
