более. Разумно.
Резко развернувшись, он пошёл в гостиную.
И конечно эти слова разумными не были настолько, что, опешив, я даже отправилась за ним не сразу. А когда нашла его у выхода, он уже был одет — только шарф видимо не нашёл, но всё равно, не глядя на меня, направлялся к двери.
— Вы куда? — растерялась.
— Какая разница. Ты же теперь принцесса. Король Севера обеспечит тебя приданным и найдёт тебе достойного жениха. Я-то явно под эти критерии не подхожу. Даже целовать меня не хочешь.
— Да при чём тут вообще король и какой-то жених⁈ — захотелось приложить его скалкой.
Принц распахнул дверь, и нас обдало морозным воздухом. Он поморщился, шмыгнул носом и приподняв плечи так, чтобы воротник прикрывал подбородок, шагнул наружу.
— А ну стой! — не выдержала я. — Мы даже не поговорили нормально! Сколько можно вести себя как…
Принц медленно развернулся.
— Как ты меня хотела назвать? — прорычал угрожающе.
— Дураком хотела назвать, — смело встретила его взгляд. — Круглым. Потому что дальше своего носа не видишь. А выводы за других делаешь!
Вьюга засвистела, забрасывая в дом порцию снега из ближайшего сугроба в человеческий рост. Принц смотрел на меня и молчал. Я стояла напротив в одном платье, но не чувствовала холода.
— Ты не поняла, — заговорил снова, спуская мне неуважительное обращение. — У меня ничего нет. Совсем. Я пришёл сюда, потому что… С тобой всё по-другому… Я с тобой… другой. И тебе одной было всё равно на то, что я потерял.
— Мне и сейчас всё равно, — сделала шаг ему навстречу.
Принц тяжело дышал, и из его рта вырывались облачка пара.
— Значит, Вы и правда ко мне шли, не за магией, да? — сердце защемило, когда до меня дошло, почему он так зол сейчас.
Принц формулировал свои чувства хуже некуда, но я уже уловила главное — потеряв всё, что казалось важным ему, он не придумал ничего лучше, чем три дня идти пешком ко мне. Лишь потому, что я никогда не смотрела на него как на наследника огромной страны, а видела его отдельно от этого всего. И рядом со мной ему и самому не был важен его статус. И дело не в поцелуях, а в том, что он решил, что такой он мне больше не нужен. И в том, что приревновал меня к какому-то гипотетическому жениху.
Наверное, он чувствовал, хоть и не мог сформулировать, что впервые понравился кому-то без всей той мишуры, за которую нравился другим. И ощущая себя, как он сказал «никем», шёл сюда увидеть опровержение своих же мыслей от меня. А ещё те слова, что я украла его покой… Это ведь значит, что…
Моё дыхание тоже сбилось.
— К тебе я шёл, — он не отводил от меня взгляда. И в какой-то момент просто кинулся навстречу, заключая в свои объятия. — Я научусь топить камин. И готовить. И… найду средства нам на жизнь. Но это имеет смысл только если ты…
Он явно не мог выразить то, что бушевало у него внутри. Но прямо сейчас его слова мне перестали быть нужны. Я будто бы увидела всё прямо из его сердца.
— Если я тебя люблю, да? — озвучила тихо и обняла его за шею, впиваясь пальцами в грубый мех воротника, чтобы не упасть.
Принц кивнул.
Глава 15
— Вот. Все дрова разом не закладываем. Нужно сначала, чтобы разгорелось. Вот сюда, вниз щепки. Понятно? — показывала я, пока он сидел сбоку, внимательно наблюдая. — Потом подносим артефакт… Готово!
Тёплое пламя затрещало, наконец согревая. А то замок совсем остыл.
— Я всё же потребую у отца хотя бы золото, которое положено мне по праву рождения. Ты не будешь всегда топить камин. А пока я не могу позволить нам слуг, буду топить сам.
Его губы снова вытянулись в тонкую ниточку. Ледяной принц всё никак не мог угомониться. Уже раз в сотый пытался убедить меня в том, что придумает что-то ради нашего будущего. И каждый раз, когда он говорил о «нас», у меня внутри сердце ёкало.
Не верилось, что это на самом деле.
— Это лишь до тех пор, пока твой отец не одумается и не позовёт тебя обратно, — вздохнула.
Мне было приятно слушать о его планах. Но не могла не понимать, что он сразу перестанет планировать, когда снова станет тем, кем был. И наверняка вновь заговорит о гареме… Но несмотря на мои чувства, я на это не пойду. Однако и оттолкнуть его сейчас тоже не могу.
Хотя понимаю, что правитель, вероятно, решил проучить сына. Но очевидно же, что сильно долго это не продлится. И тогда он с радостью вернётся обратно. К своему положению, роскоши и… гарему…
Но на моё замечание принц нахмурился:
— Ты решила, что он меня прогнал?
Я развернулась к нему:
— Разве нет?
— Это я отказался…
— Что⁈ — выдохнула.
— Он сказал, что лишит меня прав наследника, мы поругались. Позже за то, чтобы остаться во дворце, отец потребовал жениться на той, кого он мне выбрал. Я ответил, что женюсь только на тебе. И когда он отказался требовать тебя обратно у короля Севера, я отрёкся от всего сам. Связался с сестрой, уговорил рассказать мне, где ты. Правда, обещал отправить гонца с письмом и подарком… соврал. И пришёл сам. Только не подумал, что за пределами дворца никто меня не знает и помогать мне не будет. Пришлось расплачиваться тем, что было на мне из драгоценностей. Теперь понимаю, что зря не взял то, на что всё же имею право. Потому что нам нужно будет где-то жить и…
— Ты из-за меня отказался? — перебила, не веря в услышанное.
— Я много думал. Когда ты исчезла, весь смысл пропал вместе с тобой. Зачем так жить, когда тошнит от тех, кто окружает? Когда больше не радует ни роскошь вокруг, ни слуги. Мне хотелось хотя бы поругаться с тобой, но чтобы ты была где-то рядом. Даже желание занять трон оказалось не таким уж и сильным. И когда я это понял, стало вдруг так легко. Показалось, что всё ясно и логично — мне просто нужна ты. А не всё остальное. Только когда уже шёл пешком, сообразил и ужаснулся тому, что возможно я-то тебе не
