– Неужели? Может, скажешь еще, что уже придумал, как туда попасть?
– А как же, – с упреком взглянул на нее Паскаль. – Мы взломаем ее. Никаких проблем, ведь дом оснащен сигнализацией.
Глава 10
Дом, в котором находилась квартира Макмаллена, представлял собой типичное строение девятнадцатого века и стоял прямо на берегу Темзы. Он был огромным и похожим на крепость. Семь лет назад, во время тэтчеровского бума, его с огромным тщанием, не жалея денег, перестроили.
Паскаль остановил мотоцикл, не доезжая нескольких кварталов, и повел Джини по ветреным, выложенным брусчаткой улицам, где вдоль тротуаров стояли «рейнджроверы», «ягуары» и дорогие немецкие машины. От фасада с вычурной решеткой и декоративными деревьями в кадках Паскаль потащил ее в большой внутренний двор, к черному ходу, приговаривая:
– Через парадный вход нам сюда соваться пока рановато.
Взяв Джини за руку, он нырнул за угол, и они оказались на маленькой, выложенной булыжником дорожке, затененной с обеих сторон огромными двенадцатиэтажными домами. Дорожка вела к ступеням, спускающимся к самой Темзе.
Прилив только начинался. Джини вздрогнула, ступив на прибрежную грязь и гальку. Здесь был совсем другой Лондон – тот, рядом с которым она работала и которого в то же время совершенно не знала. У ее ног плескалась серая плоть реки, с левой стороны блестел шпиль Кэнари-Вэрф. Справа по течению реки виднелся мост и приземистые каменные стены Тауэра. Мимо них по Темзе проплыли катер речной полиции и баржа, однако Паскаль не удостоил их даже взглядом. Он не сводил глаз с дома Макмаллена, глядевшего на них высокими стрельчатыми окнами.
– Вон она – квартира Макмаллена, – ткнул пальцем Паскаль, – там, посередине, на самом верхнем этаже.
Джини посмотрела вверх, и у нее закружилась голова. Отвесная кирпичная стена вздымалась на двадцать метров над водой, а по ней змеилась черная пожарная лестница, нижние ступени которой нависали над самым берегом. Паскаль обернулся с улыбкой.
– Отлично. А теперь слушай меня и делай в точности так, как я скажу. Ты должна поговорить с консьержем. Он же по совместительству и охранник. Отвлеки его минут на пять. Я уверен, у тебя это получится. – Улыбка Паскаля стала еще шире. – Обычно я действую один, но совершенно очевидно, работа на пару с такой восхитительной блондинкой имеет свои плюсы.
Пропустив его слова мимо ушей, Джини спросила:
– А что потом?
– Услышишь сигнал тревоги. Это сработает сигнализация. Побудь там еще пять минут, а потом уходи. В этом же здании, справа от главного входа, есть кафе в американском стиле. Буду ждать тебя там.
– Паскаль, ты думаешь, это сработает? Ведь тут установлены телекамеры, я видела их со двора.
– Конечно, как им не быть! Если в них есть пленка и если они работают вообще, камеры должны держать под наблюдением вход, вестибюль, лифты и коридоры. И, естественно, пожарную лестницу. Вот я и говорю: очень хорошо, что ты блондинка.
Не пытаясь больше понять хоть что-то, Джини пошла обратно. На секунду остановившись, она подкрасила губы – у нее всегда была при себе помада «на всякий пожарный», вроде этого случая. Затем пересекла внутренний двор и вошла в вестибюль. В углу, за столом, сидел консьерж. Перед ним было видимо-невидимо всякой аппаратуры: несколько телефонов, система интеркома, диспетчерский пульт, а позади – целая шеренга видеомониторов. На одном из них застыло зернистое изображение пожарной лестницы. Пустой пожарной лестницы. Консьержу было около тридцати, он был одет в синюю униформу. Приветливо поздоровавшись с ним, Джини согнала с лица меланхоличное выражение, усилила свой американский акцент и принялась врать напропалую.
Впоследствии она с трудом могла вспомнить, какую именно чушь несла в те короткие минуты: какую-то путаную историю о друге, который снял здесь квартиру и порекомендовал ей сделать то же самое. Она долго выясняла, можно ли снять квартиру сейчас, и если да, то в какое агентство недвижимости следует обратиться… Войдя в положение Джини, консьерж буквально распластался у ее ног, а она стояла, не смея взглянуть на телеэкраны за его спиной. Он как раз был занят поисками телефона агентов по недвижимости, когда сработала сигнализация.
От испуга Джини чуть не подпрыгнула на месте. За стойкой заверещал зуммер, на пульте замигали красные лампочки, из отдаления, скрадываемый огромными размерами здания, донесся прерывистый звук самой сигнализации.
Однако консьерж отреагировал самым неожиданным образом. Выругавшись, он тут же извинился:
– Простите, мисс, у нас только что установили новую охранную систему. Высокая технология, только вот, кроме неприятностей, никакого толку. Подождите секундочку…
Стоило ему отвернуться, Джини впилась взглядом в центральный телемонитор. На нем по-прежнему было изображение пожарной лестницы. Пустой пожарной лестницы.
Сверившись с инструкциями, консьерж взглянул на мигающий лампочками пульт.
– Двенадцатая квартира. Снова у мистера Макмаллена. Нет, ну надо же, а? Второй раз за неделю! С ног собьешься, а у нас и без того людей не хватает. Вот вам адрес, который вы искали, мисс. Через минуту здесь будет полиция, а я пока должен сейчас же подняться и проверить…
– Полиция? – переспросила Джини.
– Сигнал поступает прямиком в отделение полиции, а оно находится тут через улицу. Только время теряем – и я, и они. Знаете, отчего в половине случаев срабатывает эта штука? От тепла. От тепла и насекомых, черт бы их всех побрал. Все эти «волшебные глаза», как их называют, представляют собой детекторы тепла и движения, а насекомые их просто обожают: забираются в них, устраивают себе там уютные гнездышки, вот сигнализация и срабатывает… И все же мне нужно сходить наверх. Может, там кошка совершила кражу со взломом, как полагаете? – Он ухмыльнулся.
Поблагодарив консьержа, Джини вышла.
В безлюдном кафе играла негромкая музыка. Возле входа в него располагалась пустая терраса со сложенными друг на друга столами и стульями. Паскаль расположился таким образом, чтобы через зеркальное окно видеть, что творится и на улице, и во дворе. Он читал газету и курил, на столике стояли две чашки кофе. В дальнем углу, навалившись на стойку, со скучающим видом читала книгу официантка Джини села.
– Паскаль, – начала она, понизив голос, – по-моему, нам самое время смыться. Сейчас сюда нагрянет полиция.
Паскаль взглянул на часы.
– Разумеется, нагрянет, в том-то все и дело. Сиди спокойно. Мы должны ждать.
– Может, прикажешь и вести себя как ни в чем не бывало?
– Было бы неплохо.
– Ты понимаешь хоть, как бросаешься здесь всем в глаза? Под два метра ростом и говоришь с безобразным французским акцентом.
