— Это зло невидимо, оно поглощает тебя изнутри, — продолжил Алфей, пройдя сквозь Рона.
Развернувшись к оказавшемуся позади призраку, градоначальник ответил:
— Мрачное место, не могу привыкнуть.
Вернувшиеся в Озео, путники еще не подозревали о приготовленной для них ловушке. Уфлан предусмотрел вариант внезапного возвращения половинки Рона домой и поэтому придумал на этот случай еще одну уловку.
— Похолодало! Ух! — взбодрившись, произнес градоначальник.
— Холодно? — удивился Алфей.
— Конечно, а ты не заметил? Ну да, привидения же ничего не чувствуют.
Только сейчас, обратив внимание на собеседника, хранитель приметил легкий пар, сопровождающий его дыхание.
Ускорив шаг, путники города забвений продолжали свой путь. Но чем быстрее они двигались, тем интенсивней опускалась температура воздуха в Озео.
Не ощущая смены погоды на себе, призрак Алфея уяснял это, глядя на первые последствия резкого похолодания. По краям луж появлялись легкие ледяные паутинки, которые сковывали собой воду, а застывающая грязь под ногами шагающего Рона уже не проваливалась так глубоко, как прежде. Легкий морозец обжигал лицо градоначальника и заставлял его периодически греть озябшие руки своим теплым дыханием.
А мороз все крепчал, теперь Рон, съежившись, потирал ледяными ладонями нос, уши, потом пытался согреть руки, и затем вновь беспорядочно повторял те же самые движения.
— Д-д-далеко еще? — спросил он.
— Надо бежать, а то не успеем, — ответил хранитель.
Под действием заклинания мрачные мысли Рона становились все более пессимистичными.
— Не-не могу, лу-лучше разож-жем костер.
— Как ты не понимаешь, это колдовство! Огонь тебе не поможет, ты замерзнешь! — возмутился призрак.
— Мы все равно не ус-успеем. Разожжем костер.
— Я понял, у тебя депрессия. Подожди меня здесь, я скоро вернусь.
Оставив Рона, Алфей полетел к ближайшему дому, чтобы отыскать там какую-нибудь теплую одежду.
Пролетев через стену ближайшей хижины, он чуть было не наткнулся на ловца смерти, однако, вовремя обнаружив опасность, хранитель затаился в углу следующей комнаты, откуда тайком наблюдал за всем происходящим.
— Откуда он здесь? Я же защищен заклинанием!?
Алфей был прав, ловец пришел не по его душу, поэтому возникал следующий, логический вопрос:
— Тогда за кем?
Высокая безликая тень вглядывалась в очередную жертву проклятого города.
Пораженная депрессией, возле кухонного стола, покрытого густой темной плесенью, образовавшейся от испортившихся продуктов, лежала старуха. По ее позе и валявшемуся рядом предмету мебели можно было сделать вывод, что она упала со стула, а подняться так и не смогла.
Особого интереса у ловца смерти она не вызвала, поэтому задерживаться возле нее он не стал.
В жилище остался только Алфей, по крайней мере, он так думал. Приблизившись к лежащему на полу телу, хранитель, испугавшись, тут же отлетел в сторону. Из живого организма женщины вылетела блуждающая душа. Это был призрак мужчины, который тут же стал прояснять все происходящее:
— Не бойся, они ищут меня с самого начала проклятья.
— Но как тебе удается так долго скрываться?
— Я прячусь в телах местных жителей, поэтому они не могут меня найти. Живые их не интересуют, к ним нет доступа. А беспомощные тела не в силах сопротивляться заблудшему призраку, такому как я. Черт возьми! Ну и холод ты с собой принес.
— Рон! — выкрикнул Алфей.
Увлекшись разговором, он совсем забыл про градоначальника, который ожидал его снаружи.
— Теплые вещи, мне нужны теплые вещи, — засуетился хранитель.
— Ты сказал: Рон?
— Да.
— Но Рон находится в своем жилище!?
— Потом объясню. Мне нужна теплая одежда и место, где можно согреться.
Выбравшись снова на улицу, теперь уже два призрака подлетели к Рону.
Поникшего духом градоначальника знобило от холода, движения его замедлились, уши побелели, обморозился нос, а волосы и брови покрылись инеем.
— Ф-ф-ф-ф! Уф-ф-ф! В-в-в-в!
— Да, вид у него неважный! Не выживет! — сказал новый попутчик Алфея.
— Отправится на тот свет, если не поможешь, — ответил хранитель.
— Бери под руки, так будет быстрее.
Развернувшись обратно, два привидения на себе понесли замерзшего градоначальника в избушку. Оказавшись там, они растопили печь, нашли шубейку и укрыли ей трясущегося Рона, усадив его возле самого огня. Затем согрели кипяток, заварили чай и принялись отпаивать им пострадавшего.
За окном крепчал мороз, разрисовывая узорами окна дома, в котором продолжался разговор двух призраков:
— Значит, это Рон.
— Да, он самый, точнее, его половинка.
— Теперь понятно, почему я его не узнал.
— Свою историю я тебе поведал, теперь твоя очередь, расскажи, как ты здесь оказался, — сказал Алфей.
— Моя история печальна, перед тобой находится самоубийца.
— Суицид?
— Да, именно так. Я был последним, кто испытал на себе это проклятье. Поверь мне, тяжело наблюдать за всем происходящим с самого начала. Многие этого не выдержали, в том числе и я. Прыгнув с крыши самого высокого здания в городе, я распрощался с жизнью. Лишь только потом ко мне пришло осознание содеянного, но было уже поздно. В отличие от остальных, мне удалось найти способ оставаться незамеченным для ловцов смерти, о нем я тебе уже рассказывал.
— Покончить жизнь самоубийством — великий грех, — подытожил Алфей.
— Да, все самоубийцы попадают в ад. Рано или поздно там буду и я.
— Кто знает, если поможешь вернуть Озео градоначальника, может быть, это зачтется тебе на том свете.
— Ха-ха-ха! — рассмеялся призрак. — Мы и так почти на том свете.
— Но я-то — нет, я еще жив! — с оптимизмом вмешался в беседу градоначальник.
— Все в порядке? — уточнил у него Алфей.
— Да, можно идти дальше.
Согревшись у печурки, напившись горячего чая, заваренного из чудо-травы, поднимающей настроение, Рон был готов продолжить свой путь, тем более что депрессия отступила в сторону, на время предоставив его мыслям возможность течь спокойно.
— Подожди! — сказал призрак самоубийцы, удалившись на чердак дома.
Через пару минут он появился снова, и не с пустыми руками. Призрак принес градоначальнику пару валенок и заношенную шапку-ушанку с округлой проплешиной на макушке, пошитую из шкурки серого кролика.
— О! Вот это да! — воскликнул Рон, натянув головной убор.
Затем он примерил шубейку, которая была ему мала на пару размеров, и новую, теплую обувку, из которой, как ему показалось, он может выскочить при первом же шаге.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
