– Всё, лейтенант, он готов, можете спрашивать, – сказал доктор.
– И так, кто ты такой?
– Воспитанные люди, лейтенант, говорят – вы? – перед глазами у меня всё начало плыть.
– Лейтенант, помягче, а то с ним может приключиться истерический криз.
– Хорошо, хорошо. Так кто же Вы такой?
– Я аспирант Стрельцов Мстислав Степанович, эколог. Работаю в зоне по гранту международной неправительственной организации. Изучаю вопросы контроля над численностью популяции слепых псов. Кроме того …
– Стоп, стоп. Всё понятно. А кто такой Стрелок?
– А это тоже я. Ведете ли, контроль над численностью штука хитрая, приходится иногда и отстреливать мутантов. И я неплохо стреляю. К тому же, местные сталкеры используют клички, а Стрелок это производная от фамилии. Знаете ли ….
– А кто такой Меченый?
– Это, наверное, то же я. Что-то в голове у меня всё путается, – сказал я растерянно.
– Ладно, Мстислав Степанович, что вам понадобилось в Рыжем лесу?
– Любопытство, нам с Призраком стало интересно, что пытаются скрыть военные с помощью пси-излучателей.
– Кто такой Призрак?
– О, Призрак – это сама зона! Он живет в Мясорубке и его не возможно убить на совсем. Зря вы обидели Призрака, теперь он вернется и всех вас убьет. Сначала убьет себя, а потом и вас.
– Доктор, он несет какой-то бред, – сказал лейтенант доктору.
– Лейтенант, у него сейчас катоническое возбуждение, его мозг путает реальность с фантазиями. Продолжайте спрашивать дальше, действие «сыворотки» скоро пройдет. Потом с полиграфом во всём разберемся.
– Доктор, фантазии это не по моей части. Вот я вам сейчас расскажу одну историю, которая приключилась со мной. Отправился я, значит, однажды на охоту, а ….
– Мстислав Степанович, не отвлекайтесь. Вы знаете, что такое «Ведьмин студень»?
– Разумеется! Это такой калоидный газ, гораздо плотнее воздуха. Проходит через металл и пластик как вода через промокашку, но не проходит через камень. Очень любит органику. Сам-то я его не видел, а вот сталкер по кличке Бабай рассказывал, что он «живой» и дышит, будто и не газ это вовсе, а инопланетная биомасса. Мол, из него «зелёные человечки», могут слепить, как из пластилина, всё что угодно, – доктор и лейтенант переглянулись.
Ого, как их заинтересовали Бабайские байки, они даже замолчали. И мне, наконец-то тоже удалось заткнуться.
– Мстислав Степанович, а что вы знаете о Порталах?
– Ничего, – буркнул я.
– Всё, лейтенант, действие «сыворотки» закончилось. Надо отложить дальнейший допрос.
– Нет, нет, вколите ему ещё!
– Опасно, лейтенант. Вторая доза может повредить его рассудок.
– Плевать, вколите ему! Я настаиваю!
Доктор пожал плечами, сходил за шприцем и сделал мне второй укол. Этот лейтенант меня угробит, почем зря. Юрка говорил – включай фантазию, надо попробовать. Через пять минут я начал ерзать на кресле, я пока молчал, но говорить хотелось нестерпимо. Перед глазами опять всё поплыло.
– Лейтенант, можете начинать. Только помягче, прошу вас.
– Мстислав Степанович, будьте так любезны, ответьте на вопрос, что вам известно об аномалии Портал? – спросил, улыбаясь, лейтенант.
– А кто вам сказал, лейтенант, что Портал это аномалия? Это инопланетное нуль-транспорное устройство, – улыбка сползла с лица лейтенанта. Лейтенант украдкой глянул на доктора, доктор остался невозмутим, но отвел глаза в сторону. Ага, кажется в жилу. Я же слышал, как сержант сказал, что у лейтенанта на почве инопланетян съехала крыша. И кажется доктор такого же мнения. Я еле сдерживался, чтобы не высказать свои мысли вслух.
– И кто эти инопланетяне.
– Мангошиване, конечно! Это же всем известно! – я постарался ответить как можно более убежденно. Доктор фыркнул. Лейтенант остался серьезен.
– И вы видели, этик, как их, Мангошиван?
– К сожалению нет. Но вот Бабай видел и он рассказывал …
– Стоп, стоп. Не надо про Бабая. Расскажите про Контроллеров. Они и есть инопланетяне?
– Что вы, лейтенант, Контроллеры всего лишь биороботы. Они «водители», «кондуктры» и «охранники» Порталов. Куда им хозяева прикажут, туда они Порталы и переключают.
– Доктор, а я что говорил! Мне доверено охранять государственную тайну, а эти двое – не желательные свидетели, от них надо избавиться.
– Лейтенант, не надо верить каждому слову этого парня. Под двойной дозой кетамина, он может насочинять чего угодно! Кроме того мы вытянули из него не всю информацию, мы ещё не допросили его на полиграфе. Например, мы ещё не знаем где он раздобыл шлем с ИСЗ от пси-излучения.
– Согласен, – поколебавшись, сказал лейтенант, – Тогда продолжим?
– На сегодня достаточно, парень в эйфорическом возбуждении, ничего путного он уже не скажет.
– Сержант, – заорал лейтенант. В бункер вбежал сержант, – Уведите.
Меня вели переходами от «пыточной» к нашей камере, а я шел и улыбался – мне пока удалось не назвать три клички – Гурон, Матис и Док. Лейтенант, под грузом свалившейся на него ответственности, сам находится на грани срыва и от него можно ожидать чего угодно. А вот доктор – это действительно серьёзный, вдумчивый противник. Этот не забудет про шлем.
Меня втолкнули в камеру. Я прошел к своей койке и сел. Юрка подсел ко мне.
– Ну что, прошел полиграф?
– Нет, сегодня я познакомился с «сывороткой правды».
– И как?
– Я думаю, нормально. Лейтенант с его инопланетяноманией сыграл мне на руку.
– И что, мечтаешь ещё померяться силами с полиграфом?
– Нет, будем прорываться завтра.
14. Камера (Стрелок)
Как только доктор склонился надо мной, я улыбнулся и заехал правой рукой ему под дых. Юрка ударил доктора по ногам, поставил дока на колени и схватил его за шею. Я подскочил с кровати, подхватил табуретку и засунул её металлическую ножку в ручку двери. Теперь дверь не открыть. Залепив глазок жеваным хлебом, уже не торопясь пошел к медицинской сумке доктора. Порывшись в металлической коробке с инструментами, отыскал скальпель и передал его Юрке. Юрка зажав скальпель в забинтованной ладони, приставил его к горлу доктора. Доктор к этому моменты уже успел немного отдышаться.
– Парни, что вы делаете? Я спасал ваши жизни, в том числе и от лейтенанта, а вы такое творите?
– Мы ценим это доктор, поэтому вы пока ещё живы.
– Если вы хотите обменять мою жизнь на вашу свободу, то у вас ничего не получится. Лейтенант не пойдет на обмен, он вас не выпустит. У него приказ – избежать разглашения, любой ценой. На что вы надеетесь?
– Доктор, любая цена нас не устраивает. Мы рассчитываем на высокую цену. А надеемся мы, всё же, на удачу, – я продолжал копаться в сумке доктора, нашел одноразовый шприц и упаковку кетамина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
