рассматривала изящную фигуру Талии и завидовала. У меня нет такой точёности и таких грациозных изгибов. Я ненавижу, когда люди называют меня коровой, но в уме понимаю, что мои формы тела ближе к её формам. Гипертрофированные, избыточные.
Сейчас, глядя на её спину, заметила длинный плавник, идущий по всему хребту. Родители сильно рисковали, так кардинально меняя её человеческий генотип. Зародыш мог бы не выжить или, того хуже, родиться в такой уродливой форме, что обречён был бы существовать, а не жить.
— Я тебе не нравлюсь? — спросила я сразу в лоб.
Талия замерла, потом осторожно, в пол-оборота посмотрела на меня, телом по-прежнему стоя спиной. Я заметила румянец на её щеках.
— Нравишься… — тихо сказала она.
Такого поворота событий я не ожидала. И как это расценивать?
— Ты мне тоже, — начала я играть с ней в сапёра и отвернулась, ожидая, что она скажет.
Но ответа не последовало, только тонкие пальчики скользнули по моей талии к животу. Она прижалась ко мне всем телом и щекой к плечу. Я почувствовала спиной её напряжённые соски и холодную кожу и покрылась мурашками.
— Можно я потрогаю тебя? — смущённо и тихо прошептала Рыбка.
— Тебе нравится моё тело? — удивилась я.
— Да. Я бы хотела иметь такое. — Руки девушки гуляли по моим грудям и сжимали соски.
Мне очень нравились её прикосновения, впивающиеся пальчики и горячее дыхание или пар из ноздрей, окутывающий шею и плечи. Такая осторожная ласка, словно она ощупывает, представляя себя на моём месте.
— Удивительно. А я восхищаюсь твоим. Ты стройная и очень… нежная, — сказала я, разворачиваясь к ней лицом.
Розовое, зеркально гладкое личико утонуло в моих грудях, а руки гладили попку. Не сказать, что я испытывала возбуждение, как и она. Похоже, мы просто восхищались друг другом и, была бы возможность, поменялись бы телами хоть ненадолго.
— Ты врёшь, чтобы меня подбодрить. Я доска, — сказала она, но я взяла рукой её за волосы и подняла голову так, чтобы наши глаза встретились.
— Я говорю правду. Ты зря себя недооцениваешь, — что дальше делать, я не знала.
Поцеловать её? Хочет она этого или нет? А я? Тонкие пальчики вцепились в мои ягодицы, словно стремена в бока коня, и я сделала первый шаг, прильнув к полоске бледных губ, языком ощупывая острые иглы у неё во рту. Скользила руками по зеркальной поверхности её спины и талии и, схватив за упругие ягодицы, заставила встать на цыпочки. Руки Талии вернулись на мои груди и мяли их, сжимая вместе.
— Вообще мне мужчины нравятся, — смущённо сказала она, когда наши губы разорвали связь.
— Ты так застеснялась, увидев Юджина. Ты девственница?
— Нет, но опыта у меня немного. И я никогда не видела его глазами, только держала. — Розовые щёчки снова спрятались между грудями.
— Ты про член? — спросила я, и кажется, в неё попал выстрел, так она взвизгнула и прижалась ко мне. — Это слово тоже нельзя произносить?
— Нет, можно, просто вспомнила его… — отозвалась она, тяжело задышав.
— И ты никогда не смотрела порнографию? — в лёгком шоке искала я, за что зацепиться в этом ангеле.
Талия покачала головой.
— Как ты вообще оказалась здесь?
Она меня отпустила и вернулась к водным процедурам.
— Мне нравится оружие. И сражения. Мне всегда хотелось побеждать, но победа в спарринге это не то. Это победа ради победы. Не щекочет нервы и нет стимула. Я хочу настоящий бой, соперничество между противниками, стремящимся к одному и тому же.
— Звучит как описание победы, — призналась я, также продолжая омывать тело.
— Понимаю, но здесь в случае поражения ты теряешь баллы и время. Это весомей, чем просто поражение, значит, и противники будут ожесточённее сражаться. И ещё хочу встретиться с боссом хотя бы на первом уровне башни. Мне кажется, это будет серьёзное испытание, — закончила она, и я хмыкнула.
Странная цель, но кто я, чтобы судить об этом.
— Пойдём сходим в магазин одежды? — предложила я. — Подберём тебе что-нибудь более подчёркивающее фигуру?
Талия вскинула на меня искрящийся взгляд, но, похоже, её беспокоило что-то.
— Я не уверена. Может, подождём Гролша?
— И с ним идти примерять шмотки? Это глупо! Брось, я позабочусь о тебе, если ты впадёшь в ярость, — ответила я, обтираясь полотенцем.
— Хорошо, — кивнула она, и я впервые увидела её улыбку.
Немного страшную из-за узких губ и острых зубов, но улыбка глаз добавляла дружелюбия её лицу. Я улыбнулась в ответ.
Мы оделись и вышли из квартиры, захлопнув дверь. Талия носила с собой круглый щит и длинный меч для защиты, а я, как и прежде, полагалась только на тело.
Мы вышагивали по солнечным улицам, стараясь идти по теневой стороне. В это время, почти полдень, прохожие на улице встречались очень редко.
— Забыла предупредить. Вообще-то я в минусе, но Глория посоветовала всё равно сходить в магазин, может получиться… — сама не знаю, почему запнулась, возможно, ангельская суть собеседницы мешала мне говорить как есть. — Иными способами получить то, что понравится.
— Да, у меня тоже не много баллов. Спаррингами много не заработаешь. Поэтому я только посмотреть смогу, — ответила Рыбка серьёзно.
Некоторое время мы молчали.
— А почему твои родители решили дать тебе такие мутации? — наконец спросила я.
— Хи-хи. Прости, — засмеялась она и встретила мой удивлённый взгляд. — Просто обычно люди стараются говорить на отвлечённые темы поначалу, а ты сразу в лоб спрашиваешь то, что хочешь.
— О, извини. Я не… — нехватка общения и тактичности сказалась, и я смутилась.
— Нет, нет. Это даже хорошо. Мои родители пловцы, они очень хотели, чтобы я пошла по их стопам. И мне нравится плавать, но… — Талия немного погрустнела. — Но связывать с этим всю жизнь я не хочу. Они были против того, чтобы я участвовала в шоу, считая это аморальным и ужасным. Но мне надоели соревнования. Мне хочется неизвестности. Ярости. Победы на грани. Почти без правил.
— Понятно.
— А ты? Почему твои родители сделали тебя такой… сексуальной? — Талия смутилась, заканчивая
