врачи забегали, как ужаленные. Он дома.
Через полчаса в палату вошли трое. Лекарей выгнали. Мордехай молча считал свечи на люстре. Он знал, кто это. Троица паладинов из высшего совета пяти: Валтасар, Соломон и Захир. Их доспехи украшал вавилонский грифон. Раздвоенные плащи, богато ушиты золотистым орнаментом. Вавилоняне, как и все члены ордена. В волосах заплетены сотни косичек, свидетельствовавших о бесчисленных сражённых ордынцах.
Первым заговорил Валтасар, положив руку на рукоять фламберга. Он всегда так делал, когда злился:
— Тебя принесли в наш храм, как побитого уличного пса! — заревел низким голосом.
— Кто это с тобой сделал? — зазвенел звонким голосом Соломон.
— Я могу всё объяснить.
— Чего тут объяснять? Ты проиграл битву, какой-то ордынской шлюхе. — насмешливо произнёс своим тенором Захир.
— Поведай нам свою историю, а мы будем судить сами о твоих грехах. — заключил старейший паладин.
— Я Нашёл ордынку у вавилонского караванщика — Набопаласара. Их защищали пиптские наёмники. Она перебила всех моих рыцарей по одному при обыске. Я победил её в бою. Вмешался капитан Торквил и исподтишка напал на меня. Теперь я безрукий инвалид.
— Это укротило твой дух? — спросил Валтасар.
— Нисколько!
— Ты жаждешь расплаты? — испытывал Захир
— Всей душой!
— И ты выполнишь приказ? — ехидствовал Соломон.
— Не сомневайся — процедил последнее раненный.
— Тогда мы позаботимся о тебе. — заключил глава ордена.
Он потёр морщинистое лицо. Минута молчания раздирала сердце Мордехаю.
— Захир, отправляйся по рынкам и торговым площадям. Найди караванщика и его людей. Приведи всех.
— Слушаюсь.
— Соломон!
— Да, старейший!?
— Отправляйся к Узочи. Призови их на службу. Соглашайся на все условия. Нельзя позволить никому из наёмников вернуться на родину. Торквила ко мне! И — живым!
— Старейший! Ты хочешь нанять этих чернокожих проходимцев? Почему не послать наших лучших людей? Я бы повёл отряд.
— Завтра великий праздник! Ты хочешь нарушить пост?
— Нет, старейший. — склонил голову Соломон.
— А я? Что делать мне? — взвыл Мордехай.
— Набирайся сил. Ты будешь выпытывать у пленных маршрут ордынки. Затем отправишься за ней.
— О да! — злорадствовал капитан.
— Кстати, ты узнал её имя?
— Нет. — отвёл взгляд, как провинившийся мальчишка.
Валтасар покачал головой. Он и его свита важно покинули лазарет. Мордехай остался в одиночестве. Он размышлял и говорил сам с собой:
«Власть — это продуманная борьба с обстоятельствами, которые нам неподвластны, это способность превращать невзгоды в преимущества.»
Ипподром
Мама, говорят на ипподроме сегодня будет сам великий победитель — Абубакар! — радостно восклицал Дарий.
Хилини облокотилась о прилавок. Торговля не отличалась в этот день особой бойкостью. Женщина слушала сына, ожидая вопроса.
— Зарубабель не пропускает ни одной игры! Наш Ибрагим пойдёт. Айше и Шмуля тоже хотят, но без меня не пойдут.
— И? — подводила она подростка к решимости.
— Так я пойду? — лукаво скорчил мордашку парнишка.
— Ох, какие глаза хитрющие! — засмеялась мать.
— Ну так и что ты решила
— Не уверена, что это хорошая идея. — заявила она сыну. — Ты же знаешь, что там ошивается всякий сброд. Бездельники, нищие и того хуже — преступники!
— Мам, ипподром не бойцовский клуб! — коротко и уверенно заявил малец. Его протест был встречен немногословным жестом руки у пояса и сын сдался. — Я буду осторожен.
— Так уж и быть. — растаяла мать. — Возьми плащ. Прикрой лицо капюшоном, чтобы скрыть свою смазливую мордашку.
С этими словами мать нежно потрепала сына за щеку. Он с важным видом отвёл её руку в сторону, не маленький ведь.
— И присматривай за Ибрагимом. Он не из нашего каравана, а местный повеса.
— Мам, он нормальный парень! Ибрагим ему доверяет.
— Не будь наивным! Вот возьми деньги на билеты.
Ребята встретились в условленном месте за час до начала игр. Путь предстоял не близкий.
— Веди нас Зара!
Мальчуган — ровесник Дария — помчался по улочкам, минуя большие скопления народа. Многие спешили на представление. Нужно было избегать эти медлительные толпы.
Подростки мчались по трущобам. Сворачивали в проулки. Перепрыгивали через высокие заборы. Скакали по крышам. И всё это ради знаменитых вавилонских скачек! Дарий ни за что не скажет матери, как они добирались к играм.
Быстрые ноги подростков вели к цели. По пути познакомились с местной фауной попрошаек, бандитов и шарлатанов. Вавилон славился не только богатством. На любой вкус можно найти магов, гадателей, пророков и прочих сладкоречивых лгунов.
Зара летел с лёгкостью ветра. Шмулик и Айше не могли сохранять такой быстрый темп. Дарий замыкал отряд. Как лидер, он не мог потерять никого из своих.
Наконец они прибыли на площадь. Перед стадионом столпились тысячи людей, ожидающих своей очереди к кассам. Невозможное для взрослых — возможно для детей. Дарий организовал вереницу. Змейка юрких ребят проскальзывала в толпе, как мыши.
— Пять билетов с лучшим видом! — выпалил Зара.
— Мест нет! — был строгий ответ.
— Пять динариев за места и ещё два сверху для милой дамы. — подмигнул женщине ловкий парнишка.
Женщина улыбнулась и протянула ладонь.
— Дарий! Давай динарии! — торопил Зара.
— Ловко ты её убедил. — заметили спутники.
— Это ничего! Надо ещё внутрь попасть в этой давке. — заметил прыткий малый.
Ничего в этот день не могло остановить подростков. Фортуна им улыбалась. Они умудрились не только попасть на ипподром, но, ещё и заняли места напротив царской ложи.
— Отсюда можно увидеть саму царицу Астинь! — восхищался Зара — Она прекрасна! Однажды я поцелую ей руку.
— Кто? Ты? — скептически воспринял заявление Ибрагим. Дарий и Шмуля захихикали.
— Вот увидите! Я буду смеяться последним.
Детскую фантазию нельзя назвать пороком. Вот и Зара слепо верил в мечту.
Айше закатила глаза. Гримаса, которая означала не что иное, как — ох, мальчишки!
Отсюда наблюдалась почти вся дистанция. В центре располагались различные зоны для соревнований. Люди постепенно продолжали занимать места. Ребята, как и все дети, не могли терпеть ожидание. По рядам лезли торгаши. Предлагали шашлыки, пахлаву, фрукты, вино и прочие лакомства.
Наконец прозвучали горны. Стражники стали разгонять толпу с арены. Начинался парад участников. Диктор взял свою трубу и начал вещать массам своим знаменитым голосом.
— Дамы и господа! Начинаются десятые международные игры наездников! Присаживайтесь на места и готовьтесь! Кровь и пот омоют этот день!
Зал взорвался аплодисментами. Народ приветствовал каждый своих земляков и любимчиков.
— Первой встречайте нашу родную вавилонскую сборную! Приверженцы классики — они не изменяют традициям! Как всегда — восседают на псах.
Овации и венки полетели в сторону вавилонских спортсменов.
— Марволетяне издревле славились, как искусные дрессировщики медведей! И обычно неплохо зарабатывают в цирке!
Ипподром взорвался хохотом. Диктор жёг, как мог!
— Секвано-карнаутская команда и её вепри! Шутки в их сторону могут лишить меня языка, а
