действия, я не заметила, как вновь возбудилась, желая полного слияния. Да, меня это возбуждало, и хотелось продолжения.
– Злата, ты меня сведёшь с ума своим порочным ротиком! Откуда столько фантазий у такой неопытной малышки? Иди ко мне, – он поднял меня и сжал в крепких объятиях. Заснули мы почти на рассвете, Игнат продолжал меня нежно любить, как и обещал, всю ночь. Столько ласки мое тело не познавало никогда. Его пальцы, язык и губы исследовали каждую клеточку моего тела, не упуская ни миллиметра. Опьяненная его ласками, я провалилась в яркие сны, в которых Игнат продолжал меня сладостно любить. Нет покоя ни во сне, ни наяву! Утро у нас наступило веселое: спать хотелось до жути, и совсем не было желания вылезать из тёплой постели и крепких объятий Игната. Чувствовала себя так, будто мы всю жизнь живем вместе.
– Волчонок, – щекотал его голос мое ушко, – я бы не отказался от утреннего секса, но команда ждать не будет. Пойдём покорять речные пороги.
– М-м-м, Игнат, ты монстр порока! Откуда только силы берёшь?! – зевнула я и наконец-то разлепила свои веки.
– Ну, солнышко мое, просыпайся, не то помогу проснуться! – окунулся он под одеяло.
– Все-все, встаю! – заливалась я смехом. Этот проказник решил меня защекотать!
А я-то думала… Хотя, прикоснись он к моей «помидорке», как он называл ее вчера, боюсь, лодка уплывет без нас. Но пропускать спуск по реке совсем не хотелось. Кто его знает, смогу ли я ещё хотя бы раз в жизни попасть на такой отдых. Поэтому нужно выжимать из него все! Я натянула на себя новый гидрокостюм, предоставленный Игнатом. Кстати, занятие это не из лёгких. Позже я узнала, что это «мокрая» модель, и ее лучше надевать, предварительно смочив. Игнат объяснил, что под такие костюмы попадает вода. Особенностью является то, что оттуда она практически не выходит, создавая тепловую изоляцию, предварительно нагревшись от тела. Во время быстрой инструкции, которую, как я поняла, проводили исключительно для меня, я могла думать лишь о сне. Запомнила только то, что во время сплава необходимо неукоснительно выполнять все указания инструктора и следовать обозначенным правилам. Не то можно оказаться за бортом. Исходная позиция такая: пятая точка – на бортовом баллоне, а обе ноги – внутри лодки, при этом ноги нужно подсунуть под эластичные растяжки, идущие поперек дна рафта. Грести можно начинать по команде инструктора. А главное – не забыть значение команды «табанить», что значит «грести в обратном направлении». Боже! Как бы теперь ничего не забыть! Ночью спать надо, а не… Ладно, что уж теперь говорить!
– Волчонок, не паникуй, я буду рядом. Сядем в корму, там тебе будет спокойней. И ещё: если прозвучала команда «всем в лодку!», запрыгивай, не раздумывая, и не забывай правильно сложить весло, не то огреешь соседа сзади или спереди, – хохотнул он в кулак. Ему смешно! Стоит, глаза горят, а я с этого всего и про ночную неловкость забыла, пытаясь запомнить все указания.
– Не смешно. Садись ты позади меня, если что – огрею тебя, – посмотрела я на него с надеждой.
– А меня, значит, можно?! – обалдел он от моей наглости.
– Игнат, тебя так просто не вырубишь, я же всю ночь проверяла! – не в силах более сдерживать смех, я прыснула от его озадаченной мордашки.
Спуск по реке ‒ не менее яркое и захватывающее приключение. Адреналин в крови от новых ощущений зашкаливал. Несмотря на мои опасения, я всего пару раз ошиблась в самом начале и гребла не в том направлении. Сбитая с толку из-за Игната, между прочим. Я все время старалась повторять за ним, но оказалось, что это не всегда верное решение. Он сидел возле меня на левом бортовом баллоне, а я ‒ на правом, и в тех случаях, когда было необходимо выровнять лодку, две стороны гребли в разные стороны: кто-то назад, а кто-то вперёд, в зависимости от положения и ситуации. Оказалось, для меня это было самое сложное, руки все время сами работали в том же направлении, что и у Игната. А в основном команды были ясны, и то, что на первый взгляд было невозможным, оказалось вполне мне под силу. Я гордилась сама собой, ну а что? Кто-то ведь должен гордиться, вот я и задирала нос от осознания, что я стойко пережила, ну то есть почти пережила, это испытание жизни. На пути попадались пороги разной величины. Участки, где сливалась река, были самыми сложными, бурлило так, что у меня челюсть отвисала. В такие моменты мне было приказано сесть в лодку и не вмешиваться в слаженную работу более профессиональной команды. А я что?! Сказали сидеть, я и не против, мысль оказаться за бортом в бурлящей воде ну прям очень освежала и отрезвляла от всякой попытки лезть своим симпатичным носиком, куда не просили. Наблюдать за командой было не менее интересно. Оказывается, познавать этот спортивный мир можно также внутри рафта. Мы проплывали действительно непроходимые места. И увидеть всю красоту дикой и завораживающей природы можно было лишь, спускаясь по реке. Пожалуй, время летело неумолимо быстро, ускользало, словно песок сквозь пальцы. Хотелось остановить его, но разве это возможно?! Разве под силу кому-то остановить то, что не удалось в этой жизни никому? Вот и мне, наверное, не попытать счастья. Этот день ещё не успел закончиться, а легкое расстройство от того, что он непреклонно подходит к концу, нахлынуло на меня волной.
– Эй, Волчонок, ты чего притихла? – обратился ко мне Игнат.
– Все хорошо, – быстро ответила я, – красиво здесь, вот и любуюсь. Спасибо тебе, Игнат, ты открыл для меня совсем другой мир, – не знаю, удалось ли скрыть сквозившую в голосе грусть. Может, меня выдавали глаза? Не уверена, но Игнат как-то странно поменялся в лице, сказав:
– Это не конец, впереди нас ждёт ещё небольшой водопад. Пороги мы прошли уже все, во всяком случае, высокие, только «малыши» остались, – смахнув веточку, застрявшую в моих волосах, он улыбнулся своей лукавой улыбкой. – Злата, а ты плавать умеешь? – с опозданием спросил он меня, так как в этот момент наша лодка перевернулась.
– Игнат! – кричала я, прокручиваясь вокруг себя и пытаясь найти его, но безуспешно.
– Игнат… —в моем голосе отчетливо слышались неподдельные нотки паники. Сама я держалась на воде, словно поплавок, так как на мне был спасательный жилет, а вот Игнат проигнорировал сей атрибут, и сколько не настаивал наш инструктор, угрожая, что не возьмёт его на борт, он все равно его не надел. Уже начали показываться остальные члены нашей группы, выплывая и направляясь к берегу, а его все нет. Паника цепкими пальцами ухватила меня за горло, безжалостно сдавливая
