— Гм… а король знает?
— Знает! — Слезы градом лились из глаз королевы. — Говорю ж тебе, я совсем недавно сказала ему, потому что раньше не понимала сама. Слишком поздно! Он уже послал Виндакса на верную смерть. Но конечно, он заверил меня, что все в порядке, не о чем беспокоиться.
При столь интимных беседах не присутствует даже Король Тень.
— Поэтому он послал вдогонку письмо, чтобы вернуть Виндакса, — объяснила королева, утирая глаза кружевным, невесть откуда взявшимся носовым платочком.
Не поэтому. Из-за Джэркадона.
Бывший барон Хондор заставил себя оторваться от планов бегства. Мог ли Оролрон послать Виндакса на смерть? Ему было чем заткнуть рот Джэркадону. Не спровоцировал ли он юнца специально, чтобы посмотреть, как далеко способен тот зайти в своей низости? Но какое это имеет значение теперь, а особенно для него, беглого изменника? Он поднес письмо к глазам, кое-какие слова разобрал, другие угадал.
— Нет, не вижу пока. — Король Тень опустил руку с письмом и взглянул вниз, на королеву.
— Ложь! — завизжала она, выхватила письмо и разорвала сначала пополам, потом на четыре части. — Покорительница Ветров! Это ее вина. Она жаждала мести. Она так и не простила мне бегства из Аллэбана. Орлы никогда ничего не прощали мне.
Король Тень устало прислонился к стене. Нет, пользы от этой сумасшедшей никакой, она только свяжет его.
Деньги? На королеве полно драгоценностей, пробравшись в город, он выручит за них немалую сумму. Но сама-то Мэйала? Хондор содрогнулся. Ее придется убить. Единственного человека, который всегда ему улыбался.
Она сосредоточенно разрывала письмо на мелкие клочки.
Прежде всего одежда. Как достать ее? Может, в кухонных подвалах найдется подходящее изношенное тряпье, или же подкрасться сзади к кому-нибудь из слуг и оглушить дубинкой… Правда, это все в основном такие здоровенные тупицы, опомниться не успеешь, прихлопнут на месте. Да, выбраться отсюда, а потом — в город.
А дальше что?
Дальше ничего. Даже знай он, где находится бывшее поместье барона Хондора, до него все равно не добраться. Да и место это небезопасное. Когда барон Хондор превратился в Короля Тень, его поместье перешло под опеку короны — проще говоря, Оролрон присвоил его. Тамошние жители никогда не слышали о Хондоре, а если и слышали, ни капельки не интересовались им.
— Умные, умные орлы! — бормотала королева.
Кто теперь правит страной? Если в голове у королевы прояснится и они вместе выступят против Джэркадона, кто взойдет на трон? Трудно сказать. Наверное, кто-то из дряхлых герцогов, в жилах которых течет королевская кровь. Так что же, поступить честно и благородно — вернуть королеву, свидетельствовать против Джэркадона и надеяться на милость и благодарность его преемника? Почему-то это не особенно вдохновляло барона Хондора.
Нет, скрыться — и как можно скорее. И тут он вспомнил об убежище под королевскими покоями. Как раз для подобных целей оно и предназначалось, хотя ни разу не использовалось; он даже не показал его новой Тени Виндакса, да и сам не видел уже пять тысяч дней, с первого дня в роли Короля Тени. Может, Оролрон тоже позабыл об этой каморке. Между тем там имелась кое-какая мебель: две кушетки, стул, умывальник с запасом воды, даже книги. Выхода было три, один вел в королевскую кухню, и после отбоя пленник мог прокрасться туда и стащить что-нибудь из провизии. Были и секретные глазки — наблюдать, что делается снаружи. Лучше не придумаешь! Тюрьма, но какая удобная, и он сможет исчезнуть на долгие годы, пока все не забудут незадачливую Тень Оролрона XX. Тогда он преспокойно удалится в Пиаторру.
— Идемте, мадам, — властно сказал он. — Надо идти. — Охранники наверняка будут выстукивать стены кабинета в поисках потайных ходов.
— Куда, дорогой? — спросила Мэйала, доверчиво протягивая руку. Теперь он снова был королем.
— Идемте поищем Виндакса. — Он помог ей подняться.
— Прекрасная мысль! — воскликнула королева и послушно пошла вперед.
На лестнице Хондор поддержал ее, чтобы Мэйала не запуталась в длинном платье. Внизу коридор кончался массивной металлической дверью. Король Тень захлопнул ее за собой, задвинул засовы. Преследователям придется изрядно попотеть — древние архитекторы знали свое дело. Он нашел кремень, старинное огниво и свечи.
Этот ход длинный и извилистый, нужно быть предельно внимательным, чтобы не заплутаться, не свернуть в сторону. Но королева… У него недостанет мужества просто придушить ее.
Решение пришло неожиданно и, на удивление, легко. Они медленно брели по пыльному коридору, и тут барон Хондор заметил, что одна из боковых дверей открыта. Неверное пламя свечи освещало небольшую пустую камеру, по-видимому, выдолбленную прямо в скале. Подземная тюрьма?
— Сюда, мадам, — пригласил он.
Мэйала благодарно улыбнулась, ожидая, что он последует за ней, — и застыла. Хондор захлопнул дверь. Эхо разнеслось по подземелью. Так, теперь засовы. Он непроизвольно вздрогнул. Она умрет от голода. Нет, от жажды. Он вернется за бриллиантами — но не скоро, сотни дней спустя. Бедняжка! Но в конце концов, сама виновата: она и втянула его в эту передрягу. Он заковылял дальше. Наверное, будет кричать и барабанить в дверь. Нет, тишина.
Коридоры, люки, выдвижные панели… Он кружил по подвалам, однажды выскочил на обсаженную кустарником аллею, бежал как крыса с тонущего корабля. Но его никто не слышал и не видел, и сам он лишь раз заметил в «глазок» нескольких торопящихся куда-то мужчин. Больше никаких признаков погони. Но во дворце наверняка поднялась ужасная суматоха, поэтому даже на кухнях никого не было. А те, до кого весть об убийстве короля еще не дошла, спокойно спят, ведь до подъема еще далеко. Все это облегчало его задачу.
Наконец Хондор достиг королевских покоев и удвоил осторожность. Один вход в каморку находился в королевской спальне. О нем и думать нечего. Второй — в кладовой, третий — в общем коридоре, в гардеробе. Надежнее всего кладовая.
Пришлось покинуть потайные ходы. Он вошел сначала в заваленный всяким хламом чулан, через него проник в винный погреб. На цыпочках пробрался между огромными ароматными бочками — плохо, что в пыли останутся следы, — заглянул в кухню. Пусто. Он спустился вниз.
В кладовой было не просто темно, а черным-черно, ни проблеска. Устало пыхтя, он сходил за второй свечой, зажег и ее, потом спустился опять и, петляя между полками и ларями, направился в дальний угол. Проклятие! Путь ему преградила целая груда ящиков. Хондор переставил их так, чтобы можно было пройти и при этом никто не заметил бы. От страха и непривычного напряжения барона прошиб пот. Уф! Зато ящики хорошо маскируют дверь, и он не раз еще воспользуется плодами своих трудов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
