Читаем без скачивания Клад замедленного действия - Андрей Трушкин

Выдохнув воздух, будто собираясь прыгнуть с парашютом, из-за манекена высунулся Рольф, а затем, хоронясь за его спиной, Олег. Головы мальчишек всего лишь на секунду появились в зале и тут же спрятались.

— Он, точно он, — подтвердил Олег.

— Интересненько, интересненько, — присел на корточки Гришка. — Знаете что? А давайте за ним проследим! Узнаем, где он живет. Он-то нас еще не заметил?

— К-кажется, нет.

— Ты чего, испугался? — повернулся Гришка к Олегу.

— К-кажется, да. Сам бы на себя посмотрел, — буркнул тот. — Ты сейчас выглядишь не лучше, чем граф Дракула, которого с поличным в донорском пункте сдачи крови поймали. Да и потом, как следить мы за ним будем? Задержится он чуть на эскалаторе, мы в него и врюхаемся. Думаешь, он нас не узнает?

— Определенно узнает, — согласился Гришка. — Но выход есть.

— Какой?

— Вот он, выход, — ткнул Гришка в Рольфа. — Его-то он еще, надеюсь, в лицо не видел? Вначале за ним пойдет Рольф. Потом и мы с тобой.

— А это не опасно? — поежился Рольф, который, как и большинство жителей спокойной, сытой Западной Европы, не любил ввязываться ни в какие истории.

— Конечно, опасно, — пожал плечами Гришка. — Но, думаю, менее опасно, чем когда мы под пулями на болоте бегали. Верно, Олег?

Тот лишь серьезно кивнул, и оба русских мальчишки уставились на своего немецкого приятеля.

— Ну надо, так надо, — пожал тот плечами, поскольку ни одному подростку в мире не понравится, если его заподозрят в трусости.

Выглянув еще несколько раз из-за манекена, Рольф запомнил приметы мужчины, и, как только тот с покупкой под мышкой направился к эскалатору, выскользнул за ним. Досчитав до десяти, из укрытия выбрались и Гришка с Олегом. Самого Первого они видели не все время. То его спина исчезала за перекрытиями, то ее заслонял какой-то стенд, но вот за Рольфом следить было удобно, поскольку его бейсболка выделялась красным пятном на общем фоне, словно мухомор в лесу.

— Слушай, — шепнул Олег Гришке на ухо, — давай догоним и скажем, чтобы он снял с себя гриб этот.

— Ничего, — успокоил его Гришка. — Пусть ведет себя естественно. А то напугаем, начнет дергаться. Нам же всего-то надо этого Первого до дома довести. Где он живет — дома или в гостинице? А может, ничего не получится: такси он сейчас возьмет и пока-пока…

Но Первый такси брать не собирался. Он вышел на улицу, глянул на часы и прогулочным шагом направился к центру города. За ним с таким же скучающим видом двигался Рольф, а по другой стороне улицы — Гришка и Олег, удачно пристроившиеся в хвост дородной семейной паре, тащившей на себе охапку покупок. Дойдя до центральной площади, Первый еще раз взглянул на часы и уже более целеустремленным шагом двинулся в небольшую крытую галерею, уходившую в глубину жилого квартала. Рольф тут же нырнул за ним. Олег и Гришка, не уверенные, далеко ли ушел их преследуемый, осторожно подобрались к углу и заглянули в полумрак. Впереди мелькнула бейсболка Рольфа, и друзья сообразили, что он по-прежнему преследует Первого. Чуть ли не на цыпочках, поскольку в галерее гулко отдавался каждый шаг, они двинулись в глубь кварталов, но за очередным поворотом Рольфа не увидели.

— Черт! Наверное, Первый слишком быстро идет, — прошипел Гришка. — А ну давай бегом!

Однако не успели они сделать и пяти шагов, как из темноты вынырнула чья-то рука и схватила Гришку за рукав. Он крутанулся на месте, дернулся было и вдруг обмяк.

— Тьфу ты, черт! — сплюнул он. — Напугал чуть ли не до полусмерти!

— Это тебе маленькая компенсация, — осклабился Рольф. — За то, что ты нас чуть в супермаркете не задушил.

— Ну чего? Ты его упустил, что ли? — кинулся с расспросами Олег.

— Да нет.

— Чего «да нет»?! Да или нет? В квартиру, что ли, вошел какую или в офис?

— И не в квартиру, и не в офис. Вон, — показал вперед Рольф.

Мальчишки оглянулись. Впереди маячили какие-то скульптуры, и вниз вел ход.

— Стоянка для подземных гаражей?

— Да какая стоянка! — прыснул Рольф. — Ресторан это. Чего, не узнаете фигуры, что ли?

Гришка прищурился и увидел, что одна из статуй изображает некое хвостатое существо с рожками на голове и чрезвычайно хитрой лисьей мордой.

— Вроде черт.

— Не черт, а Мефистофель, — торжественно поднял палец кверху Рольф. — Это вход в ресторан. В ресторан «Фауст». Тот самый «погреб Ауэрбаха», который Гете описал в своем «Фаусте». Одна из наших достопримечательностей. Забыл показать. Сейчас вспомню, как там Гете писал:

«А Лейпциг — маленький Париж.

На здешних всех налет особый,

Из тысячи нас отличишь» note 1.

— А мы-то думали, — схватился за голову Гришка, — что за «Фауст» такой? И фаустпатроны перебрали, и московские все забегаловки. А вот оно, оказывается, в чем дело! Слушай, Рольф, — со свойственной ему напористостью обратился Гришка к приятелю, — а ты не мог бы этого, того…

— Чего — того? — не понял Рольф Гришку, думая, что не в состоянии разобраться с каким-то новым русским сленгом.

— Ну того, — неопределенно махнул Гришка рукой в воздухе, словно фокусник, у которого фокус не получился, но вот-вот получится. — Ты бы не мог туда за нашим Первым спуститься и посмотреть, чего он там делать будет? Или с кем встречаться? Тебя-то он в лицо не знает.

— Годится, — уже легко согласился Рольф. — Только вы здесь не маячьте, спрячьтесь вон там, за колоннами. Я, когда выйду, в вашу сторону двинусь. Вы еще понаблюдайте, не будет ли за мной «хвоста», и валяйте за мной. А встретимся на площади у оперного театра.

Русские мальчишки согласно кивнули. Рольф скучающей походкой подростка, которого уже вконец задолбали дискотеки и вечеринки с девчонками, спустился по лестнице на небольшую площадку, куда выходили двери сразу двух ресторанов. Но Рольфа интересовал совершенно конкретный, тот самый, знаменитый, о чем напоминала еще одна табличка, висевшая непосредственно у входа в заведение. Рольф, поскольку здесь он был своим и не приучен был чего-либо бояться или стесняться, открыл дверь тяжелого дерева и шагнул в уютную прихожую.

Справа и слева у стен, отделанных темными дубовыми панелями, здесь стояли столики. На стенах висели гравюры — то ли оригиналы, то ли копии — отсюда Рольф разглядеть не мог, да и его искусствоведческие познания определить это не позволяли. В углу, в дальнем конце комнаты, сидела веселая компания, сидела веселая компания, изрядно накачавшаяся пивом. Рольф мазнул по ней взглядом, но Первого там не заметил. Тогда он пошел дальше и повернул направо, где находилась еще одна комната. В ней не было никого, если не считать семейной пары, которая пристроилась в уютном уголке и явно никаких соседей иметь не желала. Тут уж к Рольфу подскочил бойкий официант и плавным жестом, будто его обучали не в гостиничном колледже, а в балетной труппе, показал ему на свободный столик. Однако Рольф отрицательно покачал головой и отправился к небольшой лесенке, которая вела в еще одно подвальное помещение, то самое, знаменитое, описанное Гете в «Фаусте». Официант тут же оценил, что Рольф знает ресторан как свои пять пальцев и отнесся к нему соответственно — как к уважаемому клиенту. По этой причине он даже не стал напоминать, что крепкое пиво Рольфу пока что не полагается, и предоставил мальчишке самому выбирать свой, возможно, любимый, столик.

Рольф простучал каблуками по деревянной лестнице и инстинктивно нагнулся, чтобы скользнуть в высокую, но тем не менее какую-то давящую арку. Так он попал в сильно затемненное помещение, также отделанное темными дубовыми панелями, подсвеченными неяркими светильниками. На полу, теснясь у огромной дубовой бочки, стояло несколько нарочито грубо сработанных столов. Именно здесь, по уверению великого немецкого писателя, Фауст с Мефистофелем веселили местных студентов, добывая вино прямо из дырок в столах.

Рольф на секунду притормозил в дверном проеме, будто дожидаясь, пока глаза привыкнут к темноте. Того, кто ему был нужен, он увидел сразу. Высокий сухощавый мужчина с короткой стрижкой и жестким, будто высеченным рукой камнетеса, лицом сидел почти у самой бочки. Напротив него, чуть ли не болтая ногами в воздухе, примостился на широкой скамейке маленький человечек, издалека больше похожий на ребенка, чем на взрослого господина, которому позволено пить темное пиво.

Рольф, стараясь не привлекать лишнего внимания, скользнул вдоль столов и уселся спиной к интересующей его компании. Первый и неизвестный маленький человечек переговаривались по-немецки очень негромко, но, видимо, акустика «погреба Ауэрбаха» была такова, что Рольф все прекрасно слышал.

— Значит, вы уверены, что медальон безвозвратно потерян?

— Да, — согласился мрачно Первый. — К сожалению, это так, мы проверили. И нечего, кстати, было темнить. Сказали бы, что только медальон нужен — мы бы его быстрее нашли…